Секреты

Vorabiza

– Дамблдор умер, - спокойно сказал он, ясно понимая, что потерпел поражение. Гарри увидел, как Люциус замер от шока. Наверно, тот рассматривал возможность перехода на другую сторону, но при условии, что у Светлых есть настоящий лидер.

Гарри не очень волновала дальнейшая судьба этого человека, но ради Драко и Нарциссы он надеялся, что тот не вернется к Волдеморту. Люциус даже не знал о внучке. Юноша тоже ничего не сказал ему о ней. Не стоило подвергать риску Викторию.

– Когда? Как?
– спросил Малфой.

Вряд

ли что-либо могло заставить Гарри рассказать - как это случилось.

– Два месяца назад, - тусклым голосом ответил он.

– Ты теперь единственный противник Темного Лорда?
– поинтересовался Люциус, он все еще пребывал в шоке.

Юноша кивнул, тяжело вздыхая. Он устало обмяк в кресле, пытаясь придумать, что будет говорить Драко и Нарциссе.

Малфой помедлил и спросил:

– Когда Драко и Нарцисса перешли на вашу сторону?

Гарри пожал плечами.

– Драко пришел ко мне в середине июня, но окончательное решение они приняли две недели назад, - он нахмурился и пробормотал, - хотя кажется, что прошло больше времени.

Люциус удивленно смотрел на него.

– Итак, ты утверждаешь, что мои жена и сын предпочли быть на твоей стороне.

Поттер медленно выпрямился, он начал понимать, в чем дело. Возможно, у него еще был шанс вернуть Драко отца. Он тихо сказал:

– Да. Люциус, я правда думал, что вы слышали о смерти Дамблдора. Я не шутил, когда говорил, что вы выбираете между мной и Волдемортом.

– Что еще случилось?
– в замешательстве спросил Малфой.

Гарри покачал головой.

– Вам нужно поговорить с Драко и Нарциссой. Я действительно считаю, что будет лучше, если они все объяснят вам.

Он опустил голову и вздохнул. Предстояла еще одна длинная ночь.

– Давайте покончим с этим делом, а потом подумаем, где вы сможете встретиться с ними, - сказал Гарри. До него дошло, что они находятся в Мэноре уже двадцать или тридцать минут, и больше ждать нельзя. Северус пока не вмешивался, значит, опасность им пока не грозит, но юноше хотелось поскорее сделать то, зачем они пришли.

– Поттер, ты победишь Темного Лорда?
– спросил Люциус, его взгляд был полон решимости.

Гарри посмотрел ему в глаза и ответил со спокойной уверенностью:

– Да.

– И судя по тому, что я сейчас здесь, ты пойдешь на все ради достижения своей цели, - Малфой не спрашивал, а констатировал факт.

Поттер лишь кивнул.

Люциус ненадолго замолчал, изучающе глядя на юношу.

– У меня есть причины изменить свои взгляды, к тому же я не хочу возвращаться к Темному Лорду и служить ему лишь для того, чтобы получать наказания, - признался он и добавил, - в Азкабане у меня было много времени, чтобы подумать.

Эти слова подтвердили предположения Дамблдора.

– Я всецело доверяю Нарциссе. И, по иронии судьбы, только ты можешь гарантировать мне

свободу, насколько это будет в твоих силах.

Он несколько секунд колебался, и Гарри невольно затаил дыхание.

– Я доверяю вам, мистер Поттер, и я ваш слуга, - официально произнес Малфой.

Гарри с облегчением выдохнул и поднял брови, удивляясь склонности Малфоев вести себя так величественно, объявляя о переходе на другую сторону. Он краем глаза заметил удивленный взгляд Северуса, но главным образом был сосредоточен на Люциусе.

– Я ценю патетические заявления, но вы никогда не будете моим слугой. И все же я принимаю ваше обещание служить Светлой стороне.

– Какие требуются доказательства моей искренности?

– Драко в свое время предложил допросить его с Веритасерумом, но я не стал этого делать, - признался Гарри.
– А вот вам я дал бы сыворотку правды, поскольку вы неоднократно пытались убить меня.

– Что ж, мудрое решение, - Люциус наконец-то усмехнулся.

– Ремус?
– окликнул Гарри Снейпа.

Тот покачал головой и пояснил:

– Сначала мы должны сделать то, зачем пришли, и убраться отсюда. Неразумно задерживаться здесь, а мы и так пробыли в доме гораздо дольше, чем я рассчитывал.

– Да, конечно, - согласился Люциус. Он встал и подошел к портрету, висевшему на стене.

– Портреты, - простонал Гарри.

– Они не опасны. На всех картинах, находящихся здесь, за исключением этой, изображены пейзажи. А данный портрет разговаривает только со мной.

Юноша понял, что Северус знал об этом. Он спокойно наблюдал, как Люциус тихо разговаривает с изображением, а потом прижимает ладони к раме. Края картины вспыхнули белым светом, и она исчезла.

Гарри мало что видел со своего места, но решил, что с его стороны было бы грубо и невежливо, если бы он полез заглянуть внутрь. Юноша был удивлен, когда Люциус вытащил из образовавшегося на месте картины отверстия магический сундук. Он жестом пригласил Поттера подойти ближе и открыл первое отделение.

– Полагаю, это то, что ты хотел получить, - сказал Малфой и протянул ему медальон.

Гарри широко ухмылялся, принимая артефакт. Он сразу же узнал его - по воспоминаниям, которые видел в думосбросе, и по своим собственным - об уборке на Гриммаулд Плейс.

– Да, это то, что я искал, - прошипел юноша. Он разглядывал медальон с выгравированной буквой С на крышке и не осознавал, что говорит на парселтанге до тех пор, пока не заметил испуганные взгляды Люциуса и Северуса.

– Простите. Инициалы выгравированы так, что напоминают змею, - пробормотал Поттер.

– Это то, что нужно?
– спросил Северус.

– Да, - ответил Гарри, даже не осознавая, что сияет от возбуждения. Он небрежно помахал медальоном.
– Вот теперь можно сказать, что день прошел плодотворно.