Секреты

Vorabiza

– Надеюсь, ты понимаешь, что я всего лишь пытался дискредитировать Уизли, - ровным тоном произнес Люциус.

Гарри не хотел вступать в спор. Он тяжело вздохнул.

– Да, понимаю. Кроме того, мне известно, что вас сильно наказали, а вы до сих пор не знаете, что этот дневник значил для Волдеморта.

Драко осторожно поглядывал на отца и бойфренда.

– Почему мне всегда кажется, что я что-то пропустил?
– наконец спросил он.

– Потому что так оно и есть, - просто ответил Гарри.

– Драко, - мягко сказала Нарцисса, - мы считали, что не стоит посвящать

тебя в эти события. Мы полагали, что ты слишком юн и чем меньше знаешь, тем меньшей опасности подвергаешься.

– А я ничего не рассказывал тебе о Тайной комнате потому, что не люблю об этом вспоминать, - сказал Гарри, не в силах скрыть горечь, звучавшую в голосе.
– К тому же тебе не понравилось, когда я назвал твоего отца сволочью.

Драко машинально стиснул челюсти.

– В данном случае Гарри прав, - спокойно сказал Люциус сыну.

Оба юноши удивленно посмотрели на него.

Поттер покачал головой.

– Послушайте, я не хочу говорить об этом. Дело прошлое. Надеюсь, мне больше никогда не придется возвращаться в это треклятое место.

– Нельзя ли вернуться в настоящее время?
– насмешливо поинтересовался Снейп.

Гарри сделал глубокий вдох и продолжил рассказ:

– Гермиона сварила зелье. Мы с Роном добыли яд василиска. Я забрал последнюю реликвию Волдеморта. Мы сняли со всех предметов защитные чары. Для этого мне пришлось произносить заклинания на парселтанге. При помощи зелья мы их уничтожили. Мощный взрыв сбил нас с ног. Фоукс нейтрализовал зелье. Мы вернулись домой. Все. О, кстати! Гермиона сняла проклятье с должности преподавателя ЗОТС. Теперь профессора смогут вести этот предмет больше одного года.

– Место действительно было проклято?
– резко спросил Северус.

– Да. Волдеморт разозлился, когда Дамблдор не взял его на работу несколько лет назад.

Гарри рассказал про найденный камень и про то, как Гермиона уничтожила его, прежде чем расправиться с остальными артефактами.

– Могу я теперь пойти спать?
– нетерпеливо спросил он, нарушая молчание, воцарившееся в комнате. Было всего лишь пять часов вечера, но его это абсолютно не волновало.

– Сколько тебе пришлось использовать темномагических заклинаний сегодня?
– спросил Северус, прищурившись.

– Достаточно для того, чтобы сделать дело, - ответил Поттер.

Снейп изучающе смотрел на него несколько секунд, а потом приказал:

– Драко, уложи его спать.

Гарри хотел было возразить, что он и сам в состоянии добраться до постели, но потом передумал. Возможно, ему понадобится помощь, чтобы принять душ, потому что плечо все еще болело, невзирая на мазь и зелье.

– Я зол на тебя, - между прочим бросил Драко, когда они поднимались в свою комнату. Одной рукой он обнимал Гарри за талию, крепко прижимая к себе, несмотря на то, что тот весь был в липкой грязи.

– Да, все правильно, - устало сказал Поттер.
– Я знал, что ты будешь злиться.

– Тебе больше не придется проявлять подобную храбрость?

– Нет, если не считать субботу.

Драко тихо фыркнул.

– Да, в субботу ты всех нас втянешь в свою безумную авантюру.

– ----------------------------------------------------------

Гарри

проснулся один и тут же поморщился от боли. Плечо саднило меньше, но все еще было распухшим и горячим, хотя синяки и царапины исчезли. В ванной он посмотрел на себя в зеркало и увидел, что его лоб снова выглядит нормально. Если, конечно, можно было считать нормальным шрам в виде молнии.

Он вздохнул, чувствуя себя, по крайней мере, отдохнувшим, поскольку проспал целый вечер и всю ночь. И часть утра. Он решил не одеваться, пока его плечо не осмотрят. Удивленный тем, что ему позволили спать допоздна, Гарри спустился вниз.

Он остановился на пороге кухни, с недоверием глядя на происходящее. Казалось, что весь Слизерин переехал из Хогвартса на Гриммаулд Плейс. Драко сидел посреди своих однокашников, выглядя таким же высокомерным и самовлюбленным, как всегда.

Гарри должен был признать, что немного преувеличил: за столом сидело человек пятнадцать слизеринцев. Хотя по его мнению, этого все равно было много. Больше всего его шокировало присутствие Крэбба и Гойла, расположившихся за дальним концом стола. Они явно не относились к семьям, соблюдающим нейтралитет.

Гарри замер на месте, ожидая, пока Драко или кто-нибудь другой объяснит, какого черта здесь происходит. Он был проучен за то, что долго спал.

– Ооо, Поттер и правда здесь живет.

Гарри посмотрел на девушку, сказавшую это, и опознал Дафну Гринграсс. Она окинула его взглядом с головы до ног, и он почувствовал легкое беспокойство. Оглядев сидевших за столом, он заметил Блейза, который закатил глаза в ответ на реплику Дафны.

– Малфой, может быть, ты потрудишься объяснить, что, черт возьми, происходит?
– спросил Гарри, постепенно повышая голос.

Драко в данный момент сердито сверлил глазами Дафну, а все остальные уставились на Поттера.

Вообще-то, Гарри знал, что слизеринцев из нейтральных семей предполагалось привести сюда, на Гриммаулд Плейс. Винки приготовила для них две большие комнаты. Северус и Люциус, по сути, выкрали детей. К сожалению, семьям придется поволноваться, но Волдеморт должен поверить, что Снейп выполняет свое задание.

Когда Гарри поинтересовался насчет возможных подозрений в связи с исчезновением нейтральных слизеринцев, Снейп пояснил, что Волдеморт будет считать, будто он, Северус, занимается дополнительной подготовкой своих студентов, прежде чем те примут метку, именно из-за того, что их семьи остаются в стороне.

В целом, ситуация вызывала у Гарри отвращение, и он все воскресенье яростно оспаривал этот план. Но Северус настоял, чтобы все было именно так, поскольку они не могли обеспечить защиту семьям студентов и не хотели вызвать лишних подозрений. Слизеринцы оказались заперты в доме до финальной битвы.

Гарри все это знал, но… предполагалось, что в течение недели будут прибывать по нескольку человек в день. А не все сразу. К тому же никто не думал, что тут окажутся Крэбб и Гойл.

Гарри было нужно, чтобы кто-нибудь осмотрел его плечо, и он хотел есть. Было еще слишком раннее утро, чтобы он мог нормально воспринять целую толпу чертовых слизеринцев в своем доме.