Секундо. Книга 1
Шрифт:
Желая поразить низкопоставленных гостей, элдормен Соллени переоделся в пышный дублет ярко-бордового цвета, недопустимый при трауре, который должен был бы объявить по родной сестре, но так и не объявил, и отправился на встречу с незваными гостями.
Величественно войдя в комнату, хотел было небрежно поздороваться, но, увидев, кто к нему пожаловал, напряженно замер. Вспыльчивый характер наследного принца был известен всем. Чем аукнется ему столь непочтительное отношение?
Низко склонившись, с трудом выговорил непослушными губами:
— Прошу
Не отвечая на поклон, принц высокомерно, так, что элдормен почувствовал себя полным ничтожеством, заявил:
— Мы с элдорменом Ветте не представились вашему тупоумному мажордому, вернее, это он не додумался поинтересоваться нашими именами. Вы всех своих гостей, элдормен, держите на пороге, как простолюдинов, не предлагая им даже бокала местного сидра? Вы настолько обеднели?
В этих унизительных словах была одновременно и угроза, и издевка, ведь всем было известно, что элдормен получил от принца немалые деньги. Негостеприимный хозяин поспешил исправиться, позвонив в сонетку. Появившийся на зов мажордом чуть не грохнулся в обморок, услыхав:
— Немедленно лучшего вина наследному принцу и главе тайного королевского сыска!
Поняв, что за допущенную оплошность ему придется ответить весьма серьезно, напуганный мажордом лично принес бутылку лучшего вина и разлил по бокалам.
Сумрачно следящий за ним принц поинтересовался:
— Как устроены наши спутники?
Мажордом побледнел еще больше. Он и не подумал заботиться о свите незваных гостей. Мысленно стукнул себя по лбу — ведь если б соизволил выглянуть за дверь, вмиг по гербам на карете узнал, что за гости к ним пожаловали!
Его обескураженное молчание говорило само за себя. Торрен угрожающе нахмурил бровь, и мажордом рысью припустил вниз. Пригласив стражников в замок, приказал слугам устроить их как можно лучше.
Утолив жажду, принц стал осматривать комнату. Он был здесь лишь однажды, привезя элдормену деньги по просьбе Агусты. Она просила помочь ее брату, получившему в наследство полностью разоренный менор. В то время эти стены были покрыты полусгнившими дубовыми панелями, и в воздухе витал прельный запах нищеты и запустения.
Сейчас здесь было новым все — начиная от оббитых золотистым штофом стен и кончая дорогой мебелью из полярной березы. Удовлетворенно кивнув, принц повернулся к пристально следившему за ним элдормену Соллени.
— Рад, что вы с пользой потратили деньги, полученные от меня за Агусту. — Это не было похвалой, что понимали все присутствующие.
Владелец замка закусил губу от этих унизительных слов. Напоминание о том, что он практически продал сестру, было невыносимо, оно тяжким камнем висело на его гордости аристократа.
— Но до меня дошли слухи, что вы не собираетесь достойно прощаться с сестрой, — жестко добавил принц, сердито сжав кулаки и смерив с ног до головы Соллени угрожающим взглядом, молча намекая на его неподобающий вид. — Убрать ее тело с глаз долой и больше никогда о ней не вспоминать — ваше
— Но ведь убита-то она по вашему приказу! — вспылил элдормен, в негодовании вскочив с места. — Это вы виновны в ее смерти!
Торрен ищуще провел рукой по боку, будто намереваясь выхватить меч, которого не было, и тут, прекращая опасный спор, в разговор вмешался глава тайного королевского сыска.
— Милейший элдормен Соллени, — с угрожающей ласковостью произнес он, отчего у хозяина замка по спине пробежал неприятный морозец, — вам прекрасно известен эдикт о королевских бастардах. Он вынужденный и справедливый, и не мне вам говорить о том, что нарушать его нельзя. Если бы наследный принц позволил вашей сестре родить этого ублюдка, то лишился бы права наследования, и следующим королем стал бы принц Юрис, а бастард все равно был бы уничтожен. Торрен — не король и менять закон себе в угоду, как это сделал его отец, не имеет права. — И добил горделиво слушающего его хозяина: — Кроме того, был бы истреблен весь ваш род, как пособник нарушения закона. Элдормесса Агуста Соллени была предупреждена о данных последствиях в самом начале ее связи с наследным принцем, но ослушалась. Что бы вы сделали на месте принца? — он сделал паузу в ожидании ответа.
Но его не последовало. Элдормен опустил голову и потерянно молчал, упершись взглядом в бокал, который продолжал держать в руке.
— К тому же, признайтесь, что связь вашей сестры с его высочеством пошла на пользу всему вашему далеко не процветающему роду, — с усмешкой заметил Ветте. — Вместо достойного приданого, которое вы были бы ей обязаны выделить, если б нашли подобающего мужа, вы получили весьма солидную сумму. Так будьте благодарны ей хотя бы после смерти, если уж при жизни вы ее знать не хотели.
Элдормен Соллени во время всей этой выволочки упрямо скрипел зубами.
— Я не буду устраивать достойных похорон для какой-то королевской подстилки! — выпалил он зло и тут же получил от принца удар в скулу такой силы, что упал навзничь, болезненно ударившись затылком об каменный пол.
Тут же вскочил и угрожающе двинулся на Торена, сжав кулаки. Глава тайного королевского сыска кинулся между ними.
— Вы что, элдормен, забыли, кто перед вами? — прокричал он забывшемуся хозяину. — За покушение на особу королевской крови вас повесят, как жалкого простолюдина! А перед этим выпорют плетьми на главной площади столицы! И весь ваш род будет лишен всех дворянских привилегий! Вы этого хотите?
Элдормен с ненавистью посмотрел на убийцу сестры. Он никогда ее особо не любил, сестер у него было шесть, для него они все были на одно лицо, он даже имена-то их путал. Но честь главы рода взывала к отмщению. Если б перед ним был равный ему по положению человек, он, не задумываясь, вызвал бы его на поединок и с удовольствием убил. Принца он считал жалким слабаком, не умеющим дать отпор, и не скрывал этого.
Догадавшись о его непочтительных мыслях по кривившим лицо элдормена уродливым гримасам, Торрен язвительно предложил: