Семь девиц для некроманта
Шрифт:
Раздался тихий звон, и слуги-скелеты прибыли с подносами, балансирующими на костистых ладонях. Перед каждой из девушек легла тарелка с первым из блюд, и когда официант поднял барашек, Айрис не без интереса взглянула на нечто, напоминающее куриные крылышки в кляре.
— Жабьи лапы, — отрекомендовал блюдо главный скелет, — в кляре!
Судя по тому, как вздрогнула Луиза, сидевшая как раз справа от Айрис, жабьи лапы в кляре в качестве еды её впечатлили крайне мало. Вообще, из всех присутствующих поданной еде обрадовалась одна лишь Сюзетт. Но она, само собой, не смотрела голодными глазами на
Айрис не была уверена в том, как сие блюдо есть, но почему-то ориентировалась не на Сюзетт, а на Дараэллу. То, с каким достоинством горная ведьма обращалась не только с едой, а и со всем на свете, поражало. Дален с трудом могла себе представить ситуацию, в которой Дара бы растерялась или не знала, что ей делать.
Жабьи лапы в кляре действительно напоминали курицу, не только внешним видом, а и на вкус. Запаха никакого не было, по крайней мере, неприятного, и Айрис, съев несколько кусочков мяса, подумала, что испытание какое-то уж слишком простое. Ведь даже Луиза, с трудом сдерживающая недовольство, так и проступающее на её белом испуганном лице, как-то справилась с одной лапкой.
— Ты угодил моей сестре, — нарушил тишину Кристиан. — Она обожает жабьи лапки, особенно хорошо приготовленные. Испытывают ли остальные дамы такое же уважение к деликатесам?
— Жабьи лапы для меня не в новинку, хотя они чаще служат ингредиентами для разнообразных зелий, — отметила гордо Хильда. — Но Сюзетт никогда не рассказывала о своих предпочтениях в еде. Иногда мне кажется, что она с удовольствием не ела бы вообще ничего, настолько ваша сестра робка за столом!
— Просто плохая компания портит мне аппетит, — пожала плечами маркиза де Ожелл, — а вот в присутствии столь воспитанных кавалеров я наконец-то могу чувствовать себя, как дома.
Глаза Кристиана вновь сверкнули тем самым неподдельным интересом, который Айрис уже замечала несколько раз в его взгляде. Было видно, что он не в восторге от сказанного сестрой, хотя оно и должно было прозвучать как комплимент для присутствующих здесь мужчин.
— Увы, — продолжила Сюзетт, — здесь мало кто может разделить со мной мои пищевые предпочтения.
То, как она смерила взглядом остальных девушек, не могло пройти незамеченным. Айрис проигнорировала выпад. Она действительно не ела жабьи лапы прежде, но зато Сюзетт не могла похвастаться ни каплей магического дара, который Дален открыла в себе совсем недавно.
А вот Лорейн обиженно вскинула голову, кажется, с трудом сдерживая гнев.
— Однако, не у всех есть возможность вкушать столь дорогую пищу, — отметила она. — Но дорогие яства на столе не подразумевают порядочность, Сюзетт, и прочие человеческие качества тоже. Потому я бы не спешила с выводами, основанными исключительно на том, кто какую пробовал еду.
— Смело, — протянул Кристиан, хотя понять, что именно он имел в виду, было не так уж и просто. Взгляд мужчины вновь не выражал ничего. — Себастьян, однако, ты ведь можешь предоставить своей будущей супруге любое меню?
— Несомненно, как и ты, мой дорогой друг, — подтвердил лорд Брайнер.
Он чувствовал себя очень некомфортно, то и дело тянулся рукой к подбородку, наверное, хотел вернуть иллюзию на место. По известным
Айрис ощутила пытливый взгляд де Ожелла на себе. Но он вновь не задержался на ней, спешно потеряв всякий интерес, и теперь смотрел на Дараэллу. Если сначала в глазах Кристиана читался вопрос, то теперь он, казалось, был просто заворожен красотой горной ведьмы.
Дара вскинула голову и встретилась с ним взглядом. Мягкая улыбка, игравшая на губах де Ожелла, сменилась гримасой раздражения. Он уже заранее знал, что проиграл этот бой, потому что продержаться дольше десяти секунд был не в силах. Молчаливое сражение могло бы так и остаться незамеченным, если б не громкое фырканье Сюзетт.
— Дорогой братец, — протянула она, — тебе не кажется, что отбор предназначен не для тебя? Впрочем, мужчины очень часто бывают столь банальны в своём выборе…
Себастьян усмехнулся.
— Вероятно, вы, леди Сюзетт, желаете посоветовать мне, кого следует выбрать? Впрочем, я задаю глупые вопросы! Разумеется, вас саму?
Айрис казалось, что Сюзетт не способна на стеснение, но она, тем не менее, зарделась и не стала отвечать мужчине. Возможно, у девушки и была заготовлена какая-нибудь подходящая фраза, но воспользоваться ею она не решилась.
За столом на некоторое время воцарилось молчание. Подали второе блюдо. Выглядело оно чуть более впечатляюще и напоминало утопленное в крови мясо, но Айрис, отважившись попробовать, определила, что это всего лишь вкусный малиновый соус. Остальные девушки тоже, пусть нехотя, начали есть. Больше всего свой страх демонстрировала Луиза, но это никого не удивляло. К тому же, трудно было не заметить, как она подпрыгивала на месте каждый раз, когда мимо проходил слуга-скелет. Луиза была единственной девушкой, что так и не сумела привыкнуть к леди Трау, и, очевидно, сейчас продолжала внутри дрожать от каждой возможности столкнуться с кем-нибудь не особенно живым.
— Сюзетт, увы, не так тесно с нами знакома, чтобы решаться рекомендовать кого-нибудь другого, — тем временем сладким голосом отметила Хильда. — Как по мне, она никогда и не познакомится с ни с кем чуть ближе…
В тарелке Лорейн что-то зашевелилось. Она вздрогнула и едва не уронила вилку, чем, несомненно, привлекла внимание герцога де Ожелла, но ни единого слова не проронила, а вернулась к своему мясу с таким видом, будто ничего не произошло, разве что глупая и никого не волнующая заминка. Кристиан смотрел на неё ещё несколько секунд, а после спокойно отвёл взгляд в сторону.
Себастьян, пожалуй, это заметил, но никаких претензий высказывать не стал. Из его поведения Айрис могла сделать вывод, что он либо попросил друга провоцировать девушек, либо совершенно не интересовался тем, сколько и кому внимания уделит Кристиан. Отвлекающий фактор? А вдруг и вправду?..
Айрис велела себе и вовсе не смотреть на герцога де Ожелла. Почему-то он в её глазах вдруг занял место того ещё ловеласа, совершенно не думающего о чувствах друга. Или слишком хорошо знающего об особенности, не позволяющей Себастьяну интересоваться женщинами столь активно.