Семь девиц для некроманта
Шрифт:
А вот Сюзетт, кажется, обиделась не так на слова Хильды, как на взгляды брата, уделявшего ей самой очень мало внимания. Она выпрямила спину ещё больше и сердито произнесла:
— Мне не к лицу знакомиться с какими-то простолюдинками, ничего не понимающими в культуре общения высшего общества! Потому я стараюсь оставаться на расстоянии.
— Однако, — усмехнулась Хильда, — так ты никогда не выйдешь замуж. Вероятно, ты так же сторонишься всякого общества… Таким бледным девушкам необходимо привлекать к себе внимание своими силами, ведь иначе мужчины вряд ли станут
Сюзетт поджала губы и с вызовом взглянула на брата в поисках защиты. Тот, вместо того, чтобы возмутиться словами Хильды, внимательно рассматривал её. Айрис, наверное, на месте ведьмы почувствовала себя обнажённой, а той, кажется, даже льстило мужское внимание.
— Твоя культура так ярко демонстрируется твоими же словами… — протянула Сюзетт.
— Однако, — Хильда отодвинула от себя тарелку, на которой осталось не тронутым мясо, и отклонилась назад, позволяя скелету её забрать, — ты только за столом столь прилежна. Куда же девается ангел, когда мы оказываемся немного дальше от господина некроманта?
— Туда же, — прошипела Сюзетт, — куда и эта милая ведьма, что в отсутствие лорда Брайнера столь старательно варит зелья для его упокоения!
— Успокоения, ты хотела сказать? — ласково уточнил Кристиан.
— Я сказала то, что сказала! — скривилась его сестра.
Подали третье блюдо. Айрис взглянула на него всего лишь мельком, но с трудом сумела сдержать вскрик. Да, это был великолепный и, наверное, вкуснейший десерт, вот только выглядел он очень… натуралистично. И напоминал вырванные глаза. Бабушка тоже любила такое готовить, у Айрис даже остался рецепт — помнится, её любимый зять с трудом проглотил кусочек, а потом осознал, что внутри нежнейший крем и лёгкий, воздушный бисквит.
Но еда не усмирила ни Хильду, ни Сюзетт, и их перебранка набирала обороты.
— Я, в отличие от некоторых, хотя бы не ношусь со своей царственной особью, как с писаной торбой, — прошипела Хильда. — И могу сама себя защитить. А ты вынуждена прибегать к помощи других, да и к моей тоже. Не ты ли стащила у меня защитное зелье перед своим первым свиданием?
— Я? — усмехнулась Сюзетт. — Я?! А не я ли украла волос некроманта для твоего следующего произведения искусства? Кто ещё смог бы сделать подобное?
Наверное, в их разговор следовало вмешаться, например, рассказать смешную шутку, но Кристиан сидел с открытым ртом и внимательно слушал переругивание сестрицы и её конкурентки по отбору. Девушки же, обладающие неиссякаемым запасом ругательств, могли б придумать и что-нибудь почище — но не успели. Их прервал истошный вопль Луизы, увидевшей на своей тарелке глаза.
— Это всего лишь десерт! — попыталась успокоить её шепотом Айрис, осторожно дотронувшись до девичьей руки, но это очень слабо помогло. В ответ Луиза завопила ещё сильнее.
— Я не буду это есть! — захрипела она. — Не буду есть! Не буду! Я не каннибал!
Сюзетт, даже не обратившая внимания на происходящее, с силой пнула локтем под рёбра Хильду. Хильда от злости едва не взорвала на своей тарелке те самые пресловутые глаза, и Айрис подумала, что в реакции
Визг Луизы повторился вновь.
— Довольно! — лорд Брайнер вскочил на ноги и ударил кулаком по столу. — Я бы выгнал вас двоих сию же секунду, наплевав и на одарённость, и на родовитость, но вот это… Это терпеть больше не намерен. Луиза, вставайте. Ваше пребывание на отборе закончилось. Вы не прошли испытание.
Глава двадцать третья
— Нет! — завизжала Луиза. — Нет! Я не хочу умирать! Умоляю! — она сорвалась со стула и рухнула на колени. — Прошу вас, я не хочу…
— Умирать?! — взревел Себастьян. — Это ещё что за шутки!
Айрис только развела руками. Ей не хотелось рассказывать о дрязгах, происходивших между девушками, о том, что самого лорда Брайнера считали убийцей, несмотря на то, что с Джейн не случилось ничего плохого. Да что там, ей вдруг стало неловко от мысли о том, что сама не разубедила девушек, не объяснила, что Себастьян — хороший, просто у него определённые трудности. Айрис сама не знала, отчего ей стало так стыдно, ведь все здесь друг другу конкурентки, но ей отчаянно захотелось отмотать время назад и найти несколько часов на разговор с Луизой. Рассказать ей о том, что лорд Брайнер никому не желает плохого.
Дараэлла перехватила её испуганный взгляд и медленно поднялась со своего места. Когда она заговорила, Айрис вдруг отчётливо осознала, в чём на самом деле таится власть горной ведьмы. Мягкий, вкрадчивый голос Дараэллы звучал завораживающе, обволакивал, отводя мысли прочь от всего дурного. Её невозможно было слушать без дурацкой улыбки на губах, о чём бы ни говорила Дара. И это при том, что она не могла пользоваться своим даром в полной мере!
— Луиза, как и другие девушки, свято уверена в том, что выживет только победительница, — произнесла она, причём так буднично, что Себастьян даже не стал возражать. — Или, возможно, другие только притворяются. Но Луиза очень переживает. Ей, разумеется, не хочется умирать.
— Что за глупости! — рассмеялся Кристиан. — Вы ещё скажите, что некромантов интересует невинная кровь, и девица, разделившая ложе с другим мужчиной, будет в полной безопасности от возможных посягательств с его стороны! Сюзетт, ты тоже в это веришь?
— Мне нечего бояться, — гордо вскинула голову маркиза де Ожелл. — Ведь я, так или иначе, стану женой лорда Брайнера.
— Ты?! — скривился Кристиан. — Ну, конечно же. Ты станешь…
Его взгляд, наверное, против воли самого мужчины, метнулся к Дараэлле. Что ж, Айрис могла его понять. Даже её скромное женское мнение, которое в данном случае можно было считать более-менее непредвзятым, сообщало, что мимо таких, как Дара, мужчины спокойно не проходят. Красота Дараэллы была неоспоримой, к тому же, сочеталась с умом и силой горной ведьмы.