Семь грехов Уилсона
Шрифт:
– Надеюсь, хоть сегодня ты сдержишь свое обещание, Адам, – тихо и немного печально прошептала женщина и начала подготовку к празднику.
– Кей, ну не убегай! – попросил Рэймонд, нагоняя брата. – Мне неинтересно гулять без тебя.
– Я не Кей, а Кларенс, – проворчал подросток. – Оставь меня в покое.
– Мама сказала быть вместе! – воскликнул Рэймонд с легкой обидой в голосе. Кларенс вздохнул и остановился, подождав брата.
– Куда пойдем? – тут же оживился Рэй. – Может, в бухту Харбор?
– Ну, пошли,
Они пробродили по городу до вечера. Поглазели на корабли рыбаков в порту, попинали мяч на пустыре, а потом Рэй потащил брата домой:
– Папа должен вернуться! Он обещал принести подарки! Помнишь??
– Я бы не надеялся, – мрачно вздохнул Кларенс. Идти домой почему-то не хотелось.
Однако, когда они вернулись, их встретила лишь мать.
– Похоже, папа задерживается на работе, – нервно поглядывая на часы, с улыбкой сказала мама. – Думаю, он не обидится, если мы начнем без него. Садитесь за стол!
Нормальных друзей ни у Кларенса, ни у Рэймонда не было, так что все Дни Рождения они праздновали дома с родителями.
– С Днем Рождения вас, с Днем Рождения вас, – мягко напевала женщина, занося на кухню ягодный пирог со свечами в нём. – С Днем Рождения, мальчики, С Днем Рождения вас, – с улыбкой закончила она.
– Ну зачем все это, мам, – смущенно произнес Кларенс. – мы ведь уже не маленькие.
– Для меня вы всегда останетесь моими маленькими ангелочками, – произнесла женщина, поцеловав обоих сыновей в лоб. – Ну же, задуйте свечи и загадайте желание!
Кларенс и Рэймонд одновременно дунули.
“Хочу, чтобы мы жили лучше”, – подумал Кларенс. А Рэймонд широко улыбнулся, явно загадав нечто не менее фантастическое.
– Ну, давайте съедим этот симпатичный праздничный пирог! – женщина налила братьям сока и присела рядом с ними, с улыбкой наблюдая за детьми.
После сытного ужина, Кларенс протянул ей последний, самый большой кусок.
– Этот твой, мама.
– Спасибо, что приготовила такой вкусный пирог! – Рэймонд обнял мать. – Это лучшее празднование шестнадцатилетия, какое у меня было!
– Ах ты, хитрый льстец! – рассмеялась она, погладив мальчика по волосам. – Ну, чем займемся теперь?
И они втроем до позднего вечера смотрели телевизор, играли в шахматы и веселились как могли. Однако, Кларенс замечал, что со временем лицо матери начало грустнеть, а ее глаза все чаще обращались к стареньким часам, висящим на стене. Отец так и не пришел.
После одиннадцати мать отправила сыновей спать. Кларенс уже улегся в свою постель, и читал, а Рэймонд все никак не мог уснуть, и сидел на своей кровати, болтая ногами.
– Хороший сегодня был день, правда? – спросил Рэй у брата. Кларенс покосился и нехотя пробормотал:
– Нормальный.
– Жаль только папа не смог прийти, да? – не отставал Рэймонд.
– То, что его сегодня не было, и сделало этот день таким хорошим, – проворчал
Тут, он сел на кровати и тревожно уставился в сторону, прислушиваясь. Ему померещилось, или в замке входной двери загремел ключ?
– Папа пришел! – Рэй вскочил с кровати и бросился встречать отца.
– Подожди! – Кларенс попытался остановить брата, но тот ловко проскользнул мимо него и выбежал из комнаты. Кларенсу ничего не оставалось делать, как последовать за Рэем. Мальчик выглянул. Рэй, как оказалось, стоял у двери, остановленный матерью.
– Адам, где ты был? – тревожно спросила мужа женщина. Тот хмуро уставился на нее, и Кларенс с содроганием понял, что отец мертвецки пьян. Но, это было не единственной проблемой. В квартиру вошли двое тоже далеко не трезвых мужчин. Одного из них Кларенс знал – это был старик Ричардсон, постоянный собутыльник отца. А вот второго он видел впервые. Мужчина, заметив подозрительный взгляд мальчика, подмигнул ему.
– Не твое дело, где я был, Маргарет! – прорычал Адам, опираясь рукой о стену. – Лучше сходи-ка в магазин, и притащи нам еще выпивки! Я встретил старого друга!
– Адам, ты пропустил День Рождения своих сыновей, – дрожащим голосом произнесла Маргарет.
– Плевать я хотел на твоих выродков! – рявкнул Адам, а Кларенс вздрогнул и медленно потащил стоящего рядом брата обратно в комнату.
– Пойдем, – пробормотал он. – Он снова нас побьёт, если мы будем путаться у него под ногами.
Рэй безропотно позволил затащить себя в комнату, и Кларенс усадил его на кровать.
– Сиди и не высовывайся, понял? – приказал он. Притихший Рэй кивнул. А Кларенс подкрался к двери и прислушался. Все было прекрасно слышно.
– Грязная потаскуха, я знаю, что они не мои дети! – рычал пьяный Адам. – И не смей больше перечить мне!
Мальчик услышал звук удара и тихий всхлип матери. Кларенс сжал кулаки и скрипнул зубами в бессильной злобе, но не двинулся с места. Мать всегда говорила: “Когда отец приходит пьяный, сидите в своей комнате тихо, и не выходите, что бы вы не услышали”. Кларенс и сам знал, как им может достаться. Однажды, он выбежал, чтобы защитить мать, и тогда отец в слепой ярости едва не забил его до полусмерти. После того случая Кларенс почти две недели не ходил в школу, залечивая кровоподтеки и синяки.
Мать что-то тихо спросила, а Адам чуть спокойнее ответил:
– Пива, и побольше. И шевелись!
Раздались торопливые шаги, дверь в комнату мальчиков открылась. Кларенс едва успел отшатнуться, сделав вид, что сидит рядом с братом. Вошла мать, прикрывшая ладонью стремительно растущий на скуле синяк.
– Сидите тихо, – прошептала она дрожащим голосом, пытаясь улыбнуться. – Не ходите на кухню. Я сбегаю до магазина и вернусь, ладно?
– Мама, давай уедем от него! – Кларенс бросился к ней и схватил за рукав. – Он ведь тебя бьет! Нам с ним плохо!