Семь сестер. Сестра солнца

Райли Люсинда

– Я думала, что отправимся в круиз только мы, девчонки, но Майя прилетает в Атлантис неделей раньше вместе с Флориано, не могу дождаться, когда познакомлюсь с ним, и его дочуркой Валентиной, – проинформировала меня Алли. – Стар тоже приедет не одна, а вместе с Мышью и его сыном Рори, а Тигги прилетит со своим бойфрендом Чарли и его дочерью Зарой…

– Вау! – воскликнула я с некоторым сарказмом в голосе. – Получается, что все мои сестрички, и Майя, и Стар, и Тигги, обзавелись статусом приемных матерей.

– Получается, что так, – согласилась со мной Алли.

– А

я, будучи для всех вас тоже чем-то вроде приемной матери, ни минуты не сомневаюсь, что все мои девочки будут любить своих приемных детей и заботиться о них с не меньшей любовью, чем родные матери, – безапелляционно заявила Ма.

– А Сиси тоже приедет?

– Пообещала, что приедет. И надеется, что не одна, а вместе с дедушкой и своей подругой Крисси.

– Ты хочешь сказать, со своей «подружкой» Крисси, так?

Ма и Алли уставились на меня ошарашенными взглядами, а я не без раздражения подумала: ну почему так получается, что я единственный человек в семье, кто не боится озвучить правду?

– Иными словами, у них связь, да?

– Не знаю, – ответила мне Алли. – Но голосок у нее счастливый, когда она разговаривала со мной, а это – самое главное.

– Да ведь ясно же, как божий день, безо всяких там подсказок, что наша Сиси – лесби. Отсюда и эта ее ненормальная любовь к Стар.

– Электра, мы не имеем права вмешиваться в чужую личную жизнь, – перебила меня Марина.

– Во-первых, Сиси нам не чужая, разве не так? А во-вторых, в чем, собственно, проблема? Я только рада, что она наконец сумела отыскать человека, который ей не безразличен.

– Да, в доме соберется куча народа, придется воевать за места для ночлега, – заметила Марина.

– Что ж, коль скоро все сестры уже успели обзавестись своими семьями и только я одна осталась не при делах, то в таком случае я могу и отказаться от этого круиза. Уступлю свое место другим.

– Что ты такое говоришь, Электра! Ты обязательно должна поехать вместе с нами! Ведь ты же обещала. – Было видно, что Алли расстроилась не на шутку.

– Уж не придется ли мне в итоге ночевать в том секретном бункере, который Тигги обнаружила у нас в доме в свой последний приезд в Атлантис? – повернулась я лицом к Ма.

Глаза Алли, сидящей за столом напротив меня, стали метать громы и молнии, но я уже приняла достаточно спиртного, чтобы, обращать внимание на подобные пустяки.

– Ах, ты имеешь в виду погреб, – мгновенно отреагировала Ма, обозрев нас с сестрой внимательным взглядом. – Так я же все рассказала Тигги. Там нет никаких секретов. Более того, вот разделаемся со вкуснейшим яблочным штруделем, который Клавдия приготовила нам на десерт, и я прямо сейчас устрою вам экскурсию в наш погреб.

Я метнула ответный взгляд на Алли. Дескать, «ну что я говорила!», но она лишь раздосадованно вскинула брови. Действительно, как только мы покончили с десертом, Ма поднялась из-за стола и достала ключ из шкафчика, висевшего на стене.

– Ну что, готовы?

Обошлось без наших ответов, потому как она поспешила вон из кухни, а нам с Алли уже пришлось догонять ее. В коридоре Ма взялась за какое-то

латунное кольцо и оттянула в сторону панель из красного дерева, явив нашему взору миниатюрный по своим размерам лифт.

– А зачем нам в доме лифт? – спросила я.

– Как я уже объясняла Тигги, ваш отец с каждым годом не делался моложе, но хотел по-прежнему иметь доступ во все уголки дома.

Ма открыла дверцу, и мы втроем с трудом втиснулись в небольшую кабину. Я сразу же почувствовала приступ клаустрофобии и поспешила сделать несколько глубоких вдохов.

– Ну, с этим все понятно, – пробормотала я, когда кабинка двинулась вниз. – Но зачем нужно было все это прятать?

– Электра, помолчи, ладно? – прикрикнула на меня Алли. Кажется, я окончательно вывела ее из себя. – Уверена, Ма все объяснит сама, без наших расспросов.

Собственно, наш спуск длился не более четырех секунд: я почувствовала легкий толчок и поняла, что мы уже на месте. Дверь в кабинке отворилась, и мы вошли в помещение, похожее на самый обычный погреб, заставленный, как и говорила Алли, со всех четырех сторон стеллажами, на которых хранились бутылки с вином.

– Вот мы и на месте! – Ма переступила порог первой и широким взмахом руки обвела подвал. – Как видите, ваш отец устроил здесь свой винный погреб. – Ма повернулась ко мне и улыбнулась едва заметной улыбкой. – Мне жаль разочаровывать тебя, Электра, но, как видишь сама, никаких тайн и никакой мистики.

– Но…

За спиной у Ма Алли метнула в меня такой свирепый взгляд, который даже я не рискнула проигнорировать.

– Я… То есть да, все очень мило. – Я медленно двинулась вдоль стеллажей, разглядывая папину винную коллекцию. Вытащила одну из бутылок и невольно воскликнула. – Ого! Ничего себе! «Шато Марго», урожай 1957 года. В лучших ресторанах Нью-Йорка такое вино подают по несколько тысяч долларов за бутылку. Слава Богу, что мне больше по душе водка.

– Давайте подниматься, – предложила нам Алли, одарив меня еще одним многозначительно красноречивым взглядом. – Мне надо проверить, как там Бэр.

– Пожалуйста, еще пару минут, – попросила я, продолжая осмотр стеллажей. Сняла с полки еще одну бутылку, покрытую старой пылью, и сделала вид, что изучаю этикетку, а сама исподтишка разглядывала стены в поисках той самой потайной двери, о которой мне рассказала Алли. На стеллаже, что справа, я высмотрела бутылку бургундского «Ротшильд» урожая 1972 года, а за ней в стене безошибочно проглядывали едва заметные контуры входа, ведущего куда-то. – Все! Иду! – повернулась я к Ма и Алли. – Возвращаемся!

Мы двинулись в сторону лифта, и тут я впервые обратила внимание на то, что он практически впаян в литой металлический корпус.

– А это зачем, Ма? – не удержалась я от очередного вопроса.

– Если нажать вот на эту кнопку, – Ма указала на кнопку, расположенную в боковой части стальной арматуры, – то кабинка лифта будет заблокирована снаружи стальной дверью.

– То есть, нажми мы на эту кнопку прямо сейчас, и сразу же окажемся в ловушке, да? – Я почувствовала очередной приступ паники.