Семь звезд
Шрифт:
К звездам
Она нервно носилась по комнате, не в силах заставить себя оторвать взгляд от пола. Спалось ужасно, и теперь рассветное солнце болезненно резало глаза. Сердце грохотало под ребрами. Ну и как теперь быть? Как себя вести?
До этого момента единственным другом и опорой среди незнакомых подозрительных лиц был только Макс. На поддержку Макса Дэлл рассчитывала до этого, на его помощь надеялась, если, вдруг, что. Теперь от страха подгибались колени, ведь она попросту ушла вчера. Нашла Генриха, убедила в том, что Грегораст сильно занят с Ивой, и ушла. Полупьяный
И все на этом. После этого Аронст не видела Макса, не пересекалась с ним в коридоре, он не стучал, не приходил.
От волнения сосало под ложечкой. Что он теперь думает? Обиделся? Разочаровался? Мокли пальцы, и Дэлл украдкой вытирала их о подаренный им же шелковый халат. Высовываться в коридор было жутко, но аппетита не ощущалось, так что выходить, в общем-то, совсем не обязательно.
Можно отсидеться в номере до конца отпуска. Отличная идея, разве нет?
Иногда из-за двери доносились какие-то звуки. Говор, мужской, иногда его перебивал слабый женский голос. Кто говорит? Аронст пыталась понять, но сейчас это плохо получалось. Каждое слово, оброненное низким тембром, казалось словом Макса, и с этим ничего нельзя было сделать. Тело вздрагивало от каждого шага, словно он вот-вот зайдет. Вот-вот заглянет. И… и?
«Наверно, ему обидно» — выла себе под нос Дэлл, хотя после этого лицо перекашивала гримаса насмешливого отчуждения. За то не обидно пускать к себе в штаны одну из первых молодежных айдолов страны. Что ж, если он не мог определиться, то вчера Аронст помогла ему с этим. И поступила правильно, она нисколько в этом не сомневалась. Правда колени так и продолжали дрожать, а по спине полз нервный холод.
Девушка присела на свою удивительно широкую кровать, и тут же упала на нее спиной, раскинув руки. Из окна доносились крики чаек, иногда колени трогал легкий сквозняк.
Она пролежала так целый день. Вопреки ожиданиям, к ней никто не зашел, не постучал и даже не позвонил, чтобы предложить еду. Один раз Дэлл заказывала себе говяжий стейк с овощами и его принесла послушная молчаливая горничная. Не то чтобы волнение уходило, нет, оно просто перерождалось. Из импульсивного становилось тягостным. Коробящим. Идей, что делать, так и не появилось. Вполне возможно, первый шаг к звездам после клуба придется делать ей самой, несмотря на страх перед Максом. Придется, или же перспектива просидеть одной в номере до конца отпуска станет вполне реальной.
Утром следующего дня её разбудил стук в дверь. Такой сильный и раздраженный, что Аронст нервно подскочила, так же нервно натянула халат и метнулась ко входу, спотыкаясь о собственные тапки.
— Эй. Миннесота. — Послышался сдавленный женский голос, и Дэлл облегченно выдохнула. Судя по всему, это Тереза. Кого-кого она не ожидала услышать после дня молчания, так это Терезу. Ожидала Генриха, или его брата, ожидала кого-то из остальных, самого Макса, или, в конце концов, Иву, но нет. Смахнув со лба пот, девушка открыла, и чуть сдвинула брови.
— Утро. — Карикатурно надменно продолжила Д’Остер. — Мы выходим в океан сегодня. Ты с нами?
— Что это значит? — Аронст вопросительно подняла брови.
—
— Ну. — Дэлл опустила взгляд. С одной стороны ей хотелось, очень. Ради таких вот вещей она мечтала выиграть этот чертов золотой билет, именно об этом думала, когда летела в самолете от Миннеаполиса до Далласа.
Но сейчас что-то внутри неприятно царапало. Почти наверняка Грегораст теперь будет её игнорировать, как и Ива. Наверняка… всем остальным она даже не интересна, кроме какого-нибудь Генриха, который просто проходил мимо, оттого они с ним разговорились. Будет ли Аронст чувствовать себя лишней на этой дорогой, шикарной яхте? Конечно да. Её подруга… была права в этом отношении. Это, конечно, неприятно признавать, но была права.
Груз. Балласт.
— Если честно, я не знаю. — Призналась Дэлл. — Мне кажется, вы меня не слишком-то рады видеть. Я… начинаю думать, что вопрос о том, поеду ли я, был задан тупо из вежливости. — Раздался тихий вздох. После разрыва скоротечных отношений с Максом пыла строить со звездами дружбу порядком поубавилось. Почему — сложно сказать, но вместо бурного ключа светлого энтузиазма внутри теперь плавал лишь скверный осадок собственной ненужности и ничтожности.
— А даже если и да? — Тереза скрестила руки на груди. — Ты сейчас ждешь, что я тебя переубеждать, что ли, буду? Или уговаривать? Да сдалась ты мне. — Она чуть прищурилась. — Тебя Генрих позвал. Сказал, ты прикольная, хочет тебя с Биллом сблизить. Типа… по-дружески. Меня тупо попросили передать, потому что они сейчас на серфе.
— Вот как? — Аронст мгновенно оживилась, пыль подступающей печали сдуло всего парой слов, однако, в груди все равно что-то кольнуло. Он там будет.
Со своими фирменными взглядами, жестами. Ухмылками. Будет пить алкоголь, болтать с друзьями. А она… будет на него нервно коситься, глотать бесконечные комья и слушать нервный стук собственного сердца. Ощущать… горячий озноб, а потом криво улыбаться, если их взгляды встретятся, и глупо махать рукой. Всем видом показывать, что он её друг, просто после клуба, почему-то, забыл об этом.
Отвратительно иронично и мерзко. Из нужды загнала Максимилиана Грегораста во френдзону, а теперь будет улыбаться, как полная дура, потому что иначе нельзя. Просто ужасный сценарий, но отказаться от прогулки на яхте не поворачивался язык. Если она еще на день-два выпадет из жизни звезд, больше они её точно никуда не позовут. И последняя надежда на дружбу… хоть с кем-то, как и на славный отпуск рассыплется в ничто.
Нужно засунуть куда подальше… все. Обиду, ревность, неловкость, разочарование, страх. Засунуть и делать то, что должна. То, зачем приехала. Дружить и наслаждаться жизнью. Все равно от слез и отсидки в номере легче не станет.
— Тогда окей. — Дэлл вскинула брови и нарочито расслабленно кивнула. — Раз он хочет меня там видеть — круто, я поеду. Что надевать?
— Да что хочешь. — Бросила Тереза. — Платье, сарафан, что угодно. И купальник возьми, будем плавать.
— А акулы? — Аронст чуть сконфузилась. — Их там не будет?