Сэндсторм
Шрифт:
– По-твоему, он сам вышел на ливийцев, или наоборот?
– Все может быть. Вообще-то, Джек всю жизнь предпочитал проявлять инициативу. – Прислушавшись, Мунго различил вдалеке рокот двигателей. У дорожников наверняка полным-полно воды. Он облизнулся, постарался отвлечься от мыслей о ней и о том, что впереди их ждет длинный и жаркий день.
Чарли проснулся и не понял сначала, что же его разбудило, но потом сообразил – мертвая тишина, полное отсутствие каких-либо звуков. Солнце находилось в зените; ливийцы бросили работать и попрятались от палящих лучей. Было нестерпимо жарко, даже в тени под самосвалом; воздух
– Пора глотнуть водички.
Мунго прищурился, поглядел на солнце, одобрительно кивнул. Они выпили каждый по глотку. Вода была теплой и солоноватой и слегка отдавала хлоркой.
– Мне угрожали, что убьют Синтию, – проговорила Дженнифер.
– Она в безопасности, – Чарли погладил женщину по голове, надеясь, что говорит правду. – Понимаешь, теперь, когда мы сбежали, она им ни к чему. – Дженнифер взяла его за руку. Он наклонился, поцеловал ее в губы, затем чуть отодвинулся, посмотрел Дженнифер в глаза и поцеловал снова. Они обняли друг друга, и какое-то время спустя Дженнифер задремала.
Прошло несколько часов. Дорожники снова принялись за работу. Чарли от нечего делать прислушивался краем уха к мерному рокоту дизельных двигателей. Солнце медленно перемещалось по небу, на песке пустыни танцевали тени; камни подпрыгивали в воздух, словно вдруг ожили. Чарли моргнул, протер глаза. Ему вспомнились курильни Каира: ждешь не дождешься, пока до тебя дойдет трубка с гашишем, жадно затягиваешься… Живя в Каире, он искал галлюцинаций, а теперь те приставали к нему по собственному желанию. Чарли заснул. Он спал без сновидений, а когда проснулся, увидел, что дорога погрузилась в тень, а небо окрашено в золотистые тона. Он выбрался из-под грузовика. Солнце зависло над горизонтом; казалось, до него можно дотянуться рукой. Еще несколько минут – и небо сделалось фиолетовым, а затем одна за другой высыпали звезды. Чарли разбудил Дженнифер и Мунго. Они допили остатки воды и зашагали по шоссе.
Двадцать минут спустя они добрались до поворота, за которым сверкали огни, – до строительной площадки было не больше трех миль. Чем ближе подходили беглецы, тем отчетливее вырисовывались во тьме очертания приземистого, вытянутого в длину здания; затем показался забор, за которым стояло с десяток самосвалов, а также грейдеры и прочая строительная техника. В сотне ярдов от шоссе виднелись домики, окна которых ярко светились; слышались обрывки разговоров, смех, у кого-то вопил телевизор. Мунго почудилось, он узнает передачу. Ну конечно! Ливийцы смотрели «Брэйди-Банч». Внезапно ко всем этим звукам присоединился еще один – рев автомобильного двигателя. Троица спрыгнула с дороги. Мгновение спустя мимо прокатил джип, в котором сидели двое мужчин, а из кузова торчал ствол пулемета; кроме того, на заднем сиденье лежала винтовка. Из коротковолнового приемника доносились отрывистые фразы на арабском. Мунго поглядел вслед джипу, фары которого вспарывали ночную тьму.
– Далеко отсюда до границы, Чарли?
– Четыре с половиной сотни миль, не меньше.
– До рассвета часов шесть, так? Если нам повезет, то когда джипа хватятся, мы будем милях в ста пятидесяти от этого места, – этакая крошечная булавочка в громадном стоге сена.
– Нам понадобится
Мунго и Дженнифер забрались в один из домиков. Чарли остался караулить снаружи. Вскоре его товарищи возвратились – Дженнифер несла пластиковые бутылки с водой и еду, а Мунго, который обыскал весь домик, прихватил два спальных мешка. На упаковку продуктов ушло пятнадцать исполненных напряжения минут. С бензином проблем не возникло – на стоянке самосвалов обнаружился ручной насос и множество бочек по сто галлонов каждая, а в сарае, что стоял поблизости, отыскались десятигаллоновые канистры.
Они наполнили шесть канистр; взяли бы больше, но Чарли заявил, что джип скорее всего не потянет такую тяжесть.
Около часа спустя провиант и канистры оказались на обочине дороги, на достаточном удалении от света фонарей. За это время джип проезжал по шоссе дважды. Чарли прикинул, что на объезд стройплощадки уходит минут двадцать. Они притаились в темноте и стали ждать.
Первой фары заметила Дженнифер. Она выбежала на шоссе, легла, раскинув руки в стороны и вывернув ногу под неестественным углом. Джип приближался. Водитель, должно быть, увидел женщину. Послышался визг тормозов.
Едва автомобиль остановился, Чарли запрыгнул в кузов.
Джип просел; водитель обернулся, его лицо выразило тревогу. Чарли ударил солдата ребром ладони по шее, чуть ниже уха. Тот сразу обмяк. Мунго оглушил второго ливийца прикладом автомата. Дженнифер вскочила и побежала туда, где были сложены припасы. Чарли сел на водительское сиденье и выключил фары. Они сначала погрузили в кузов канистры с бензином, затем бутылки, еду и кусок брезента, найденный Мунго в кабине самосвала. Чарли надавил на педаль газа; джип съехал с дороги и устремился вперед по песку.
Дженнифер открыла «бардачок». Там обнаружились ракетница с тремя патронами, коробка спичек, две пары очков со странного вида линзами и потрепанный экземпляр Корана. Небо над головами было усеяно звездами, крохотными искорками света, которые переливались и мерцали точно бриллианты, находившиеся когда-то в руках несчастного Азиза Механны. Отъехав от стройплощадки миль на десять, они зарыли в песок трупы ливийских солдат.
Шесть часов спустя расстояние от шоссе составило почти сто пятьдесят миль. Небо на востоке понемногу светлело.
Повсюду, куда ни посмотри, простиралась пустыня. Завязался спор о том, продолжать ли движение при свете дня или остановиться и подождать темноты. Дженнифер настаивала на первом. Мунго возразил, что за ними тянется столб пыли, который ночью в глаза не бросается, а днем без труда может быть замечен с воздуха. В итоге было решено ехать только в темноте. Они остановились в тени невысокого холма. Чарли и Мунго накрыли джип брезентом. Тот был бледно-желтого цвета, так что служил сразу двум целям – предохранял от палящих лучей солнца и отлично маскировал автомобиль.
– Я подежурю, – Мунго перекинул через плечо автомат и полез на холм.
Дженнифер обняла Чарли, поцеловала в губы, взяла за руку и повлекла под брезент. Они достали спальный мешок, расстелили его на песке у борта машины. Дженнифер снова поцеловала Чарли; он лег и принялся расстегивать пуговицы на блузке женщины. Мунго, который удобно устроился на вершине холма, услышал вскрик, огляделся по сторонам, не увидел ни одной птицы, посмотрел на джип и, улыбнувшись, отвернулся.
Ближе к полудню Чарли взобрался на холм, чтобы сменить Мартина. Над пустыней дрожало знойное марево. Мунго указал на восток.