Серая радуга
Шрифт:
Нынче рок повернул так, что Экстер мог читать только «на случай». Так что он собрался с духом (слушатели сделали то же самое), припомнил… но вдруг поперхнулся и тихо, неуверенно начал:
Вырвать цветы? Но дневную истому
В этом саду невозможно нарушить.
Это шипы. Вам они незнакомы?
Гибкие, тонкие — прямо сквозь душу.
Янтариат выпучил глаза, забыв
Только смотрите — касаться не надо,
Просто почувствуйте, как это верно:
Нынче для сорной полыни преградой —
Белый нарцисс, окольцованный терном.
Бестия, тихо хмыкнув, исчезла из-за плеча у Мечтателя, но он едва ли это заметил.
Пусть без шипов остальные — не стонет…
Только б цвели — об ином и не молит…
Музыка капель в пронзенных ладонях –
Горькой симфонией жертвенной боли…
Рассеянный взгляд директора уходил куда-то далеко, туда, где лежал упавший с неба дракон, нет, еще дальше — в само небо.
Жизнь на полу расплывается алым…
И, непривычно, пугающе кроток,
Он поникает бутоном усталым.
Раньше, чем смолкнут последние ноты.
Мечтатель удивлённо потряс головой и смущенно оглядел всех собравшихся. Кажется, он сам понимал, что выдал что-то не совсем в духе праздника.
Свита Семицветника тихо костенела вокруг, и на лицах гостей смешалось смятение, унынье и то мучительное выражение, которое говорит о боли всех зубов одновременно. Фелла блестяще рассчитала свой манёвр. Драконы с небес? Ха! Господ из Семицветника интересовало сейчас только: как заесть и запить услышанное, как убраться подальше от Экстера и (самое главное) — а что если директор будет читать и дальше?!
Мечтателя и гостей выручил Янтариат, который в самый подходящий момент громогласно спросил:
— Танила, ну что… потанцуем?
Когда дракон грохнулся о землю, Кристо показалось, что каждая косточка в его теле треснула, подскочила и переломилась на три-четыре части. На секунду все органы перепутались местами, пятки оказались в мозге, а сердце — в коленях, но потом отпустило, только уши были заложены. Он потрогал прокушенную губу, потер нос, который слегка приплющился при ударе, и попробовал извлечь из себя какой-нибудь звук. Звук не хотел покидать организм просто так, пришлось приложить усилие.
— Вроде как, это были не ирисы, — наконец выдавил Кристо
Дара не отвечала. Ее отчаянно рвало, и она с трудом успела свеситься из дракона.
Макс сидел на прежнем месте, сосредоточенно глядя перед собой. Он сам не мог поверить, что видит не пророка Илью, показывающего ему шиш у райских врат, а вполне конкретный сад Одонара с несколько непонятным гульбищем в нем. Впрочем, сегодня ведь праздник. Действительно, отлично они подгадали с днём возвращения.
Дара распрямилась, вытерла рот и первой выскочила из дракона. Вместе они стояли возле автоящера и наблюдали той суетой, которую вызвало их появление. За манипуляциями Бестии тоже следили пристально, хоть и не совсем одобрительно.
— Готово, — подытожил Кристо, — запрягла директора всех отвлекать. Сама пойдет разбираться с нами.
— Не думаю, что беседа будет долгой — добавил Макс, который отметил решительность походки и руку завуча, лежащую на рукояти серпа.
— Дорого продадим свои жизни! — решила Дара и оглянулась в поисках материала для артефактов.
Они являли собой совсем уж непраздничное зрелище: одежда в пыли и крови, лица исцарапаны, а Макс к тому же умудрился ссадить кожу на виске, причем сам не помнил, как это вышло. Только почувствовал, что по щеке течет что-то теплое, попробовал вытереть, а рука тоже в крови, вышло только хуже.
Дракону тоже досталось, но он-то вел себя достойно. Жмурился фарами-глазами, изредка икал и тихонько бибикал. Зловредная ящерица желала, чтобы ее покормили чем-нибудь огнеопасным.
Фелла созерцала это зрелище пару секунд, стоя напротив боевой тройки. Затем шагнула вперед. Дара напряглась и выставила руки, но Фелла всего лишь подошла к Максу и коснулась его щеки.
— Ранен?
— Мелочь, — скривился Ковальски. — Это первый дракон с подушками безопасности. Кустам не повезло больше.
Фелла скептически оглядела уничтоженную растительность.
— По периметру стоят артефакты против атак с воздуха.
— На это и был расчет, когда нас атаковали.
— То есть вы свалились сюда специально? — глаза завуча угрожающе сузились, и Кристо почувствовал, что сердце опять спускается к коленям.
— Мы долетели сюда специально, — уточнил Макс. Машинально он похлопал дракона по морде.
Бестия бросила настороженный взгляд на Дару, потом вопросительный — на Кристо.
— Ага, — сказал тот, — на нас тут вроде как навалились в воздухе. Не драконы, поменьше твари, с кожистыми крыльями.
— Смахивают на гигантских птеродактилей, — подтвердил Макс. — Пытались сбить, и им это почти удалось.
— С кожистыми крыльями?
Завуч нахмурилась, но сердце у Кристо мало-помалу начало возвращаться на место. Авось, и не прибьет. У Бестии был такой вид, будто сердится она не на них.