Серая радуга
Шрифт:
В последнее время у Кристо прорезалась склонность к язвительности, и он пользовался ей вовсю. Вот и сейчас обвел ладонью рассветный сад в легком флере тумана, указал отдельно на лужайку и изрек с деланым достоинством:
— Я вышел на утреннюю прогулку, просто так, послушать птичек. А ты тут воздух палкой щупаешь — ты это… кофе не перепил?
— Он его переел, — отозвался голос из зарослей акации. — Посмотри, какой он дерганный — и станет ясно, что в последнее время он лопает его прямо в зернах.
Макс
Дара шагнула на полянку и принялась деловито стряхивать с плеч белые, одуряюще пахнущие цветы.
— У тебя в руках палка, — констатировала она.
— Да неужели.
— А если тебе все-таки попадется стальной меч?
— Тогда буду драться со стальным.
— Врешь.
Макс не ответил ничего. Времени на разминку оставалось всё меньше, того и гляди птицы совсем разойдутся, Гелла Нереида выползет погреться на солнышке, еще кто-нибудь…
До колющего сверху, если он будет в лежащем положении, доводить нельзя, перекат сделать вряд ли успеет, отвести тоже… подсечка? Если смоделировать на максимальной скорости — падение, замах… на какой дистанции он сможет достать Гиацинта в…
— Дара, он, кажись, дрыхнет.
— Не-ет, это такой способ тренировки: закрыл глаза и отдыхаешь.
— Я думал, тренировка — когда ногами дрыгают.
— И мечами машут. Это мы, смертные, а Оплот Февраль выйдет на арену — посмотрит вот так…
Макс в этот момент посмотрел именно так. На Кристо, поскольку свято верил, что это Кристо так дурно влияет на свою напарницу. Ладно, если эти двое решили смотреть — пусть, на арене побольше зрителей будет. Взмах… удар щитом… разрыв дистанции… хватит длины деревяшки достать противника или нет? Фелла говорила, вроде, клинки будут стандартными полуторными, прямыми, старинной Целестийской ковки ещё времён Альтау. Во всяком случае, стальной будет старинной ковки, а деревянный — вырезан по его образцу.
— Прям стрекозел. А если он так на арене станцует — Магистры похлопают?
— Магистры могут, а Гиацинт, наверное, обидится.
Звук вспоротого воздуха вышел таким хлестким, что канарейка в ближайших кустах с испугу выдала «ку-ку!». Кристо вовремя выставил щит, палка треснула напополам, а Макс, которого очень легко было достать именно в это утро, прошипел:
— Хотите, чтобы я умер на пару часов раньше, а?
— Дак со вчерашнего вечера дожидаемся, — хмыкнул Кристо, но Дара вдруг нахмурилась. Ее шутливая нервозность куда-то делась, осталась просто нервозность.
— Умер? Ты разве собираешься сегодня умирать?
Макс выбросил бесполезный кусок палки. Как с ними разговаривать? Убивать умеют. Простейшие вещи понимать — отказываются. Он так и не привык за все время…
— Пятьдесят
— Ты сражаться идешь или умирать?
— Первое, разумеется. Не волнуйся, я буду отважен, как Витязь Альтау, хотя исходящего от лица сияния обещать не могу…
— Макс! — она оказалась перед ним, и теперь уже явно была в бешенстве. — Ты что. Собрался. Умереть. Из-за нас?!
Кристо, сиротливо приоткрыв рот, наблюдал это зрелище: трясущаяся Дара с поднятыми руками, того и гляди, вцепится в рубашку Макса. И озадаченный Ковальски — мол, ребятушки, откуда такие эмоции? Макс посмотрел даже на Кристо, как бы прося унять напарницу, и Кристо поступил как всегда в таких случаях: помотал головой.
— Я не желаю отправляться на тот свет, — отчеканил наконец Макс. Он умудрялся вклинивать слова между птичьими голосами, которые становились все громче и отчаяннее: шло приветствие солнца. Малиновки на соседней аллее распелись не на шутку. — Сегодня на арене я выступлю в полную силу. Но, поскольку он тоже будет там не шутки шутить…
Дара только хмыкнула и махнула рукой, будто исход этого боя был предрешен заранее, после его слов о «полной силе». Отвернулась и с задумчивым видом принялась ощипывать ближайшую акацию.
Приятно, когда твои скромные силы оценивают подобным образом, подумал Макс. Он не стал договаривать, что среди зрителей будут Магистры, и никогда нельзя рассчитать все до конца, так что на всякий случай — он все-таки готов…
— Какого черта пришли? — повторил уже с более любезными интонациями.
Ответила Дара:
— Тебе нужно собраться.
— Легче легкого. Отвалите от меня часа на два — я соберусь и сконцентрируюсь, а вполне возможно — верну еще и душевное равновесие…
— Ты не понял, — тихо и спокойно оборвала Дара, — нужно собрать тебя в бой. Ты не пойдешь туда без кольчуги.
Макс на миг онемел, а Кристо довольно заржал при виде выражения его лица. Оно с лихвой окупало все, что Кристо пришлось вытерпеть ночью, когда Дара изложила ему свою идею.
— Бой Правды — ритуал, — пояснила Дара. — Очень древний. Если ты явишься на него так, как ходишь обычно, — ты не дойдешь до арены.
— Я читал эти ваши Кодексы Правого, — попытался Ковальски.
В результате увяз в пышных словесах, выяснил, что особых правил в бою не наблюдается, а само сражение идет до того, как меч одного из противников будет разрублен, поинтересовался условиями жеребьевки — и решил, что с него хватит.
— Поздние, — уточнила Дара, хмурясь. — Вот только Магистры могут решить провести Правый Бой по Кодексам эпохи Альтау. В конце концов, сами-то они как раз из той эпохи.
— Ага, а ещё они жуть как не любят, когда традиции нарушаются!