Сердце Абриса
Шрифт:
– Давайте ключ.
– И тебя не смущает спать в одной комнате с мужчиной? – спросил он, когда хозяин отвернулся и принялся копаться в шкатулке в поисках нужной связки.
– Я так устала, что меня ничего уже не смущает.
– А как же Рой? – изогнул брови Кайден.
– Не понимаю, господин наследник, у тебя ночевки в одной комнате с женщиной всегда проходят одинаково? – начала раздражаться я.
– Да.
– В том случае, пришло время менять традиции! – отрезала я, забирая ключи.
– Я буду внизу.
– Да, – невпопад ответила я. Несмoтря ни на что, в нем осталась знакомая деликатность, которая подсказывала мужчине уйти из тесного номера и дать девушке возможноcть привести себя в порядок.
В дверях он неожиданно обернулся:
– Ты знала о существовании планшета.
– Это второй вопроc? – уточнила я с горящим лицом, хотя он не спрашивал, а утверждал.
– Я видел, что ты понимала, о чем именно говорил Винс.
И все. Он вышел.
Я резко выдохнула и без сил повалилась спиной на покрытую лоскутным одеялом постель. Обиженно звякнули в сумке хрупкие вещицы, скрипнул остов ровати. Мне хотелось заснуть и проснуться через сто лет,когда Кайден меня вспомнит, но, к сожаленью, давно доказано, что артефакт для путешествий во времени создать было невозможно.
Приведя себя в порядок, я спустилась и обнаружила Кая, сидевшим в одиночестве за большим накрытым к ужину столом. Он что-то прихлебывал из большой кружки и хмуро смотрел в грязное окно, выходящее во двор. Между тарелками стоял большой глиняный горшок, бутыль с домашним вином. В плошках крупно нарезанные свежие овощи, на тарелке лепешки. Кайден и еду предпoчитал простую, но сытную. В этом мы были похожи. Невольно вспоминалась перечная каша деда Вудса, совершенно несъедобное кушанье, которое отчего-то он страшно уважал.
– Тебе нельзя хмель, – вымолвила я, усаиваясь напротив.
– Ты пьешь порошки… oт чего-то там.
Кайден бросил на меня ленивый взгляд.
– Я решил, что тебе нравится нарушать правила.
– На самом деле, я ненавижу нарушать правила, – сухо опровергла я.
– Правила придумали, чтобы жизнь была проще.
– Попробуй, Лерой,тебе понравится.
– Уже пробовала, ничем хорошим не закончилось.
– Совсем? – усмехнулся он.
– Меня арестовали.
– Милый ребенок, а ты открываешься с новой стороны, – ухмыльнулся он и попытался плеснуть мутно-бордовый напиток
– Не переношу алкоголь.
– Знаю, – спокойно отозвался он, отставляя сосуд. – Просто хотел проверить.
Я замерла.
– Откуда?
– Откуда-то. – Он сощурился и снова отхлебнул вина.
– Мы встречались на той стороне?
– Да, – не дрогнув, ответила я. – И не раз.
Сердце трепыхалось в груди. Неужели он вспоминал?
– Я некоторое время провел в Кромвеле. Жил в старом доме с мансардой и со слышимостью, как в храме. – Он меня словно гипнотизировал, нe давая отвести взгляда. – У меня была соседка, адептка университета, в котором мне пришлось преподавать. Это была ты?
– Да.
– Дерьмо!
– выругался он и растер лицо ладонями.
– Ты разочарован, что мы были соседями? Или что? – нервно улыбнулась я и потянулась за стаканом воды, чтобы смoчить пересохшее горло, но руки тряслись так сильно, что пришлось спрятать их под крышку стола.
Я ненавидела тонкий, слабый росток надежды, проклюнувшийся в душе. Надежда – безжалостный враг отчаявшегося человека. Она застит глаза, не позволяет видеть вещи ясно, и потом, когда увядает,то взамен не оставляет ничего, кроме горечи. И реальность бьет сильнее в десять, в сто – нет – в тысячу раз!
Неожиданно наше внимание привлекла странная суета. В дверях вдруг возникло несколько стражей, и с их появлением воцарилась звенящая тишина. Оторвавшись от трапезы, народ с напряжением следил за богато одетым человеком, стремительно вошедшим в обеденный зал.
– Постарайтесь не обращать на меня внимания, - объявил он с фальшивой улыбкой, а бледно-серебристые глаза излучали холодное бешенство. Кажется, он ненавидел саму мысль,что был вынужден зайти в дешевый, пахнущий горелой едой, постоялый двор.
– Поднимись, - едва слышно приказал мне Кайден, и сам встал. – Господин Макалистер, приветствую!
Глава клана?! Быстро же ему донесли о появлении наследника Вудсов.
Я моментально одернула закатанные рукава, скрывая предплечья в шрамах, и потупилась, но все равно успела заметить острый, недобрый взгляд нежданного визитера.
– Кайден, мальчик мой, почему ты нe предупредил о своем приезде в Спелиш? – Он расставил руки для дружеских объятий. Улыбка, чужеродная лицу с глубокими носогубными складками, казалась жуткой. Как у серийного маньяка.
– Это неофициальный визит, я в городе простой покупатель, – ответил он и позволил мужчине, едва достававшему ему до плеча, похлопать себя по спине. – Приехал на один день, и не хотел создавать шума.
Народ со страхом и жадным любопытством следил за шумным обменом приветствиями.