Сердце Анны
Шрифт:
Маркус уехал домой, переполненный радостью оттого, что надежда достигнуть вожделенную цель ещё осталась! Он представлял себя кукловодом, а Анна была всего лишь марионеткой, коей он мог управлять, как ему вздумается. Маркусу безумно нравилось и льстило, что она полностью в его власти: заглядывает в его глаза, словно он самый дорогой в её жизни человек, слушает всё, что он говорит, соглашается и теперь полностью зависит от него. Он «держал» её сердце в своей руке и мог сделать с ним всё, что пожелает.
Глава 26
Анна стояла
Внезапно тишину, в которую погрузилась Анна, нарушил стук каблуков о мраморные ступеньки, и она тут же обернулась.
– Ой, как же я всегда боялась эту лестницу! – это была леди Рочфорд, медленно и осторожно спускавшаяся вниз, придерживаясь за перила. – Она безумно красивая, но всякий раз, когда приходится на неё ступать, мне кажется, что я могу упасть и свернуть себе шею! Когда-то давно, ещё до твоего рождения, я просила Роберта принести в жертву эту красоту ради безопасности, но он категорически не хочет ничего менять. Отказался даже покрыть её ковровой дорожкой! Каждая мелочь этого дома, каждый кирпичик и камень представляют для него величайшую ценность, поэтому моя просьба прозвучала впустую. Каков упрямец!
– Мой прадед, видимо, был бесстрашным человеком, раз он решился выложить лестницу мрамором, а папе очень дорог наш дом именно в том виде, в каком он был построен. Я бы тоже не хотела что-либо в нём менять, – ответила Анна.
– Я собираюсь поехать навестить Элеонору. Что-то давно я у неё не была. И я подумала: раз мистер Лоэр уже уехал, поезжай-ка и ты со мной, дорогая! Миссис Уотс будет рада тебя видеть!
Маргарет улыбнулась и подошла к зеркалу, чтобы надеть свою норковую серую шапочку.
– Анна, ну что же ты так долго думаешь? Поедешь со мной?
– По правде говоря, мне хотелось побыть дома и дождаться отца, – не совсем уверенно ответила Анна.
– О… тебе придётся долго ждать, думаю, до самого вечера, так что, поехали со мной! – ободрительно произнесла леди Рочфорд и приказала служанке принести для Анны верхнюю одежду. – Нечего тебе сидеть здесь одной и предаваться всяческим беспокойным мыслям!
Анна и сама не хотела оставаться в одиночестве так надолго. Она понимала, что некоторое разнообразие пойдёт ей только на пользу и поможет немного отвлечься, а в доме Уотсов всегда было весело, ведь своими нескучными и порой смешными рассказами Элеонора могла развеселить кого угодно, даже самого угрюмого человека.
По дороге к Уотсам Маргарет захотела провести с дочерью лёгкую и недолгую беседу, воспользовавшись удачно выпавшим для этого случаем.
– Я не предполагала, что мистер Лоэр приедет к тебе снова после того, что случилось, – начала она.
– Отчего же, по-твоему,
– Вчера ты была совсем не в духе и не расположена к тому, чтобы выслушать мои выводы. Отец всё мне рассказал о его разговоре с Маркусом и с тобой, и я совсем не ожидала, что буду так огорчена. Как это ни прискорбно, но я всё же встала на сторону твоего отца. Он с самого начала видел в мистере Лоэре то, чего не удалось увидеть мне.
– О, мама, я просто поверить не могу! – в недоумении воскликнула Анна. – Тебе, как мне помнится, ещё днём ранее мистер Лоэр очень нравился, и ты говорила, что он моя судьба! Как ты могла поверить в очередные глупые доводы отца?
– Это уже не доводы, а прямые факты и на сей раз весьма убедительные доказательства! Твой отец очень наблюдательный и умный человек, родная. Он сумел отыскать тёмную сторону Маркуса, где-то в самом потаённом уголке его души, куда мы с тобой просто не смогли заглянуть. Конечно, всегда легче верить в хорошее, чем признать, что плохое тоже существует и может таиться внутри человека до определённого момента, пока не настанет час проявиться.
– Я думала, мама, что ты уж точно не изменишь своего мнения о Маркусе, – огорчённо произнесла Анна. – Теперь я одна, и никто в доме меня не поддержит…
– Мне очень хорошо известно, что значит быть влюблённой, и я представляю, насколько трудно поверить в то, во что верить совсем не хочется, – объясняла Маргарет. – Мы с отцом желаем тебе только добра и не стали бы лишать счастья, будь это вправду оно.
– Я не могу отступиться от того, к чему меня тянет моё сердце!
– Нельзя верить только сердцу! Оно не способно думать и что-либо понимать. Нужно слушать голос разума – нет вернее союзника и помощника в жизни.
– Разум мешает жить свободно. Счастливым можно стать, следуя лишь судьбе и зову сердца! – спорила Анна, не желая отступать от своих убеждений. – Помощь разума мне сейчас не нужна. Я знаю, что поступаю правильно. Сегодня Маркус открылся мне и поведал о своей тяжёлой тайне, и это способно объяснить его растерянность и озадаченность во время разговора с папой.
– И что же это за тайна, которая может его оправдать? – заинтересовалась леди Рочфорд.
– Я расскажу сегодня за ужином, когда отец вернётся домой. Вы должны об этом знать, и я очень надеюсь, мама, что вы сможете правильно понять нашу трудную ситуацию, случившуюся из-за вашего упрямства! – серьёзным и непоколебимым голосом ответила Анна.
– Хм… интересно… Ты меня заинтриговала. Но почему Маркус сам не может рассказать нам об этом?
– Он смог открыться только мне, ведь я ему ближе, чем кто-либо в его жизни. Говорить кому-то другому, а тем более – Вам, ему стыдно и неудобно. Поэтому, я посчитала необходимым взять эту обязанность на себя.
Для Маргарет не составило труда догадаться, что Маркус попросту подговорил её дочь сделать всё за него, тем самым создав себе образ, якобы, скромного молодого человека. Подумав об этом, ей стало чуточку смешно, и по её лицу слегка проскользнула насмешливая улыбка.