Сердце бури
Шрифт:
Ее небольшое, аппетитное тело лежало как подношение языческому богу. Сам будучи когда-то языческим богом, он знал, о чем идет речь, и, определенно, оценил вид. Свисавшая с кровати голова вытягивала ее фигуру, подчеркивая округлую сочную грудь, пышную по отношению к узкой талии. Блеснувшее в пупке колечко просило, чтобы его облизали. Шорты так обтягивали ее изящные бедра и попку, что просто должны были быть запрещены Конгрессом. Стройные голые ноги, с окрашенными в дерзкий розовый цвет ногтями, завершали картину, так что его восприимчивый член
Тьяго рассердился на сильную и нежелательную реакцию своего тела. Осади, жеребец. Под вонью сигаретного дыма он почувствовал запах женского парфюма и чего-то еще… крови?
— Ой, не стоило этого делать, — сказала Ниниэн, пытаясь сфокусировать на нем огромные фейрийские глаза из своей перевернутой позы. — Взлом с проникновением. Это противозаконно, — девушка хмыкнула.
Тьяго вернулся из плена странных эмоций к гораздо более знакомой агрессии.
— Что ты делаешь? — потребовал ответа он. — Что значит, “Возвращайся в Нью-Йорк”? И это запах крови я чую?
— Я могу отвечать на один вопрос за раз, знаешь ли, — ответила Фейри с поразительным достоинством. — Я вишу вниз головой, чтобы услышать, как шумит ветер. Никогда не понимала слов этой песни. Как можно услышать шум ветра, когда висишь вниз головой? “Свесь свою голову” откуда (Нang your head over, and hear the wind blow… — снова слова из песни “Down in the Valley”. — прим. пер.)? Что бы это значило? Знаешь?
Тьяго понятия не имел, о чем она болтала. Кажется, о глупой песне, которую пыталась спеть. Захлопнув дверь ногой, он подошел к тлеющей сигарете и погасил ее в пепельнице.
— Это отвратительно, — возмутился он. — Почему ты не звонила? Мы с ума сходили от беспокойства за тебя.
— Ух ты, — выдохнула Ниниэн, глядя сверху (или снизу), на промежность Тьяго, которая остановилась прямо перед ней. Мужчина представлял из себя жуткого, огромного варвара в черных джинсах, тяжелых ботинках и черном кожаном жилете. Он был обвешан оружием и искрился злостью. Мышцы натягивали ткань одежды. Его промежность тоже выпирала. Очень значительно. Девушка облизнула губы. Может, она и пьяная, но пока еще не мертвая. Этот вид не скоро выветрится из памяти.
Обсидиановые глаза заблестели.
— Трикс, какого черта? Серьезно.
— Я скоро стану Королевой, знаешь ли, — сказала Ниниэн. — Прекращай звать меня “Трикс”. Я как будто цирковой клоун. И не думаю, что мне удастся пробыть Высочеством довольно долго, так что стоит попрактиковаться, обращаясь ко мне “Ваше Величество”. — Икнув, девушка махнула рукой. — Можешь начинать.
— Я заметил, как ты игнорируешь самую важную часть того, что я сказал, — проговорил Tьяго. Присев на корточки, лицо мужчины вдруг оказалось прямо перед ней. — Так что, повторяю: какого черта?
Ниниэн пыталась проследить за тем, куда пропала аппетитная выпуклость в его паху, но не смогла, и поэтому сосредоточилась
— Тебе кто-нибудь говорил, что ты похож на Дуэйна Джонсона? — спросила Фейри.
Он нахмурился.
— Какой, черт возьми, Дуэйн Джонсон?
Мужчина попытался вырвать бутылку водки из ее рук, но Ниниэн вцепилась в нее изо всех сил.
— Ну, знаешь, Скала? Горячий, сексуальный футболист, который стал рестлером, а потом и киноактером? Только... ты намного круче, — сосредоточенно зажав язык зубами, Фейри коснулась кончиком указательного пальца его нахмуренных бровей. Бутылка водки стукнула Тьяго по носу, и он отдернул голову.
Его глаза сузились. Был ли в его темном сверкающем взгляде мужской интерес? Она не доверяла своей наблюдательности в данный момент.
— Горячий, сек..., — он остановился как вкопанный, а когда заговорил снова, обычное рычание превратилось в хрипловатое бормотание соблазнителя. — Ты сравниваешь меня с киноактером? Блядь, да конечно я намного круче.
Хэх. Ну чем не гарцующий жеребец?
— Не бери в голову, — произнесла она насмешливо. — Ты далеко не так сексуален, как я представляю. — Ниниэн зажмурилась. Погоди-ка. Это прозвучало как-то неправильно. Она попыталась разобраться во всем сквозь нагнанный водкой туман в голове. Еще больше ее запутала сверкнувшая белозубая ухмылка.
Которая исчезла слишком быстро. Снова вернулся хмурый Доктор Смерть.
Ох. Сексуальный. Нет, страшный. Нет, сексуальный. Фуф.
Тьяго схватил девушку за руку, мгновенно ощутив хрупкие кости. Он так легко мог раздавить ее. Любой из тех Темных Фейри запросто сломал бы ей шею, ухвати только под нужным углом. Он старался прикасаться к ней как можно нежнее, даже будучи обозленным на Трикс сверх меры.
— Черт побери, Фейри, тебе лучше бы начать отвечать на некоторые вопросы.
— Или что? — наставив на Тьяго пульт дистанционного управления, Ниниэн нажала на кнопку отключения звука. — Пуф! Я найду кого-нибудь, чтобы сделать настоящую кнопку отключения звука, которая будет работать.
Что-то вроде отчаяния исказило его черты. Выхватив бутылку водки, Тьяго сделал глоток. Девушка с интересом смотрела на то, как шок отразился на его лице. Крякнув, он выплюнул жидкость на ковер и посмотрел на бутылку.
— Водка со вкусом жевательной резинки? Жевательной резинки?
— Что? Хорошо же, — Ниниэн снова потянулась за бутылкой.
Мужчина убрал водку подальше.
— Ни за что.
Фейри нахмурилась.
— Это мой ужин. Отдай.
— Ну, нет, юная леди. Ты уже достаточно набралась.