Сердце Дамиса
Шрифт:
У меня от ярости перехватило дыхание, потому что я поняла, что всё, что с таким трудом я зарабатывала последние месяца, они так бездарно потратили на спиртное.
— Мама, как ты могла?! Ты же знаешь, что я эти деньги копила, чтобы купить билет в Питер и жить там первое время! — воскликнула я, глядя ей в глаза.
— Доча, ну что ты злишься на свою мать! — она нетвёрдым шагом направилась ко мне. — Подумаешь, я у тебя одолжила чуть-чуть денег! Заработаю — отдам, — она попробовала меня обнять и я с отвращением оттолкнула её.
— Ты? Заработаешь? Да ты последние шесть лет нигде не работаешь, а только бутылки и макулатуру
— Не кричи на мать! — она, покачиваясь, погрозила мне пальцем. — И потом, я растила тебя, кормила, одевала, так что имею право брать у тебя деньги.
— Ты меня растила, кормила и одевала?! Я сама себя кормила, одевала и обувала последние пять лет! Пока ты пила, я раздавала рекламные проспекты у метро, подрабатывала уборщицей, курьером и посудомойкой в ресторане. Не смей говорить, что ты что-то делала для меня! — внутри уже всё просто клокотало от ярости.
— Ты должна была проставиться за поступление…. куда-то там, — сказал Андрей и, поставив на пол гармошку, поднявшись, со стаканом водки направился ко мне. — Но ты не сделала этого, и мы решили сами помочь тебе отметить отъезд. Выпей с нами!
Протянув стакан, он ухмыльнулся и подмигнул мне. На меня накатила такая волна отвращения, что я отпихнула его и он, не удержавшись, упал на пол. Водка разлилась, и он исподлобья посмотрел на меня, а потом поднялся и сквозь зубы, произнёс:
— Ах ты, маленькая шлюшка, давно уже надо было тебя поучить уму разуму! И я сейчас этим займусь! Я тебя научу уважать старших и меня лично!
Он бросился ко мне, но я увернулась, и побежала к выходу из дома. "Господи, только не это!" — я точно поняла, что он имел в виду, потому что он всегда был похотливой скотиной. "Даже если мать меня решит защитить, у неё ничего не выйдет!". Неожиданно меня толкнули в спину и я, упав, зацепила пустые бутылки, стоящие возле входа.
— Сейчас я тебе покажу, что может сделать мужик, если его разозлить, — дохнув на меня перегаром, пробормотал Андрей, переворачивая меня на спину.
Сев мне на живот, он схватил меня за ворот футболки и ткань затрещала. "Ну уж нет!" — внутри что-то перемкнуло и я, схватив валяющуюся рядом бутылку, занесла её и ударила его голове. На меня посыпались осколки, а потом он обмяк и упал на меня. На лицо капнуло какая-то тёплая жидкость, и я с ужасом поняла, что это кровь.
— Убили! — заголосил женский голос и я, отпихнув Андрей, вскочила на ноги.
Кричала женщина, мужчины стояли в проёме двери и непонимающе смотрели то на меня, то на Андрея, а мама, с бутылкой водки в руках застыла, глядя на подонка, лежащего на полу. "О Боже! Неужели я на самом деле его убила?" — испуганно подумала я. "Что же теперь делать?". В этот момент Андрей зашевелился, и я с облегчением выдохнула. "Нет, я его просто оглушила. И лучше мне уносить отсюда ноги, потому что когда он придёт в себя, то я уже вряд ли выйду отсюда живой".
Схватив свою сумку, я выбежала их дома и, не оглядываясь, понеслась быстрее ветра. "Нет у меня больше дома! Мать даже не остановила этого ублюдка! Ненавижу её и ей подобных!".
Я бежала к станции, и всё время оглядывалась, боясь погони. До станции уже было рукой подать и, оглянувшись в последний раз, я выбежала из-за поворота на дорогу. В глаза тут же ударил свет фар, затем раздался визг тормозов, и я почувствовала боль в
Глава 3
Дамис.
Приземлившись в Москве в десять утра, мы с Браусом прошли таможенный контроль и, получив багаж, вышли в зал прилёта. Первыми кого я увидел это Илария и Рейнир. Они оба бросились ко мне и, подхватив их на руки, я улыбнулся.
— Приветствую вас, молодые люди!
— Дамис! — Илария улыбнулась в ответ и, обхватив меня за шею, поцеловала в щёку. — Я соскучилась!
— И я по вас скучал! Вы опять подросли! Что вам мама с папой в кровь подмешивают, что вы так быстро растёте?
— Мы просто много кушаем, — с улыбкой ответил Рейнир.
В Иларии и Рейнире я души не чаял, и очень их любил. Они были очень весёлые и непоседливые, а уж если задумывали какую-то шалость, то здесь им не было равных, и не раз мы с ними устраивали деду розыгрыши.
Аскольда я всегда недолюбливал, потому что он был очень суров, и я прекрасно знал, что когда-то пришлось перенести моим родителям из-за него, но Лари и Рей, как я сокращённо называл их, деда совершенно не боялись и не давали ему расслабляться. И что было самым странным — он спокойно относился к их выходкам. Даже если они переходили границы дозволенности, и он начинал хмуриться, стоило Лари надуть губки и посмотреть на него взглядом полным раскаяния, или Рею серьёзным тоном, взрослого и рассудительного вампира, попросить прощения, он начинал таять, как воск на солнце.
И это было самым удивительным для нас. Мы ожидали чего угодно от Аскольда, но не такой слепой любви и всепрощения. И мама с папой, и Гера с Майей первое время переживали, что он будет относиться к ним с пренебрежением, но порадовались когда поняли, что всё получилось наоборот. Хотя, может, дело было в том, что Лари и Рей внешне пошли больше в Геру, чем в Майю, а может и в том, что Майя со своими даром ясновидения не раз помогала ему решать возникающие проблемы, и он уже перестал вспоминать, что она бывший человек. Тем более что её способности с каждым днём становились всё более сильными. Если раньше видения были скупыми и не всегда понятными для неё, то сейчас она уже научилась распознавать то, что уже случилось, и то, что только должно случиться, а так же стала видеть более полные картинки, как она говорила. Остальные же, зная крутой нрав Аскольда, боялись даже говорить об этом. Правда, Лорды других кланов порой напоминали ему о том, что Майя бывший человек, но тут же получали такой отпор, что жалели о поднятой теме.
Когда проводились ежегодные сборы, Гера и Аскольд всегда брали с собой Майю, и стоило ей прикоснуться к какому-то Лорду или вещи, которую он держал до этого, она тут же начинала рассказывать все тайны этого вампира. А дед, потом очень эффективно затыкал рот тому, кто посмел высказать ему претензии, раскрывая его тайны при всех, поэтому в глаза уже мало кто-то смел говорить ему, что его невестка бывший человек и, что это позор для клана.
Мы же, спокойно относились к способностям Майи и давно перестали обращать внимание на то, что она легко и просто узнаёт наши тайны, и скорее видели в этом преимущество, потому что ей не надо было объяснять причины, которые нас подвигли на те, или иные действия, а она сама всё узнавала и всегда проявляла понимание.