Сердце Дуба

Кент Александер

Адам обернулся, когда входная дверь распахнулась. Должно быть, он передал ему больше, чем тот предполагал.

«С возвращением, сэр! Я уж начал думать, что вас где-то задержали! Возможно, в буквальном смысле!»

Это был Фрэнсис Трубридж, молодой лейтенант флага Бетюна, по-прежнему безупречно одетый, его форма была такой же аккуратной, как и тогда, когда он поднялся на борт дилижанса в Портсмуте.

Но в доме было что-то странное, что-то не так. Багаж в прихожей, всё ещё накрытый водонепроницаемой тканью.

Он

обернулся и увидел Джаго, выходящего из тени под большой изогнутой лестницей, с мрачным лицом и твердым взглядом.

Ожидая худшего и готовясь к нему.

«Никаких шквалов, капитан?» А потом, прочитав выражение его лица, добавил: «Я так и знал, и говорил им об этом!»

Они крепко пожали друг другу руки, словно решая что-то. Как и в те времена, когда даже само выживание было под вопросом.

«Корабля пока нет, Люк. Но и шквалов тоже нет».

Трубридж наблюдал, слушал и запомнил это. Капитан и его рулевой; но дело было гораздо глубже. Он многому научился. Он всё ещё учился.

Адам смотрел вверх по лестнице.

«Очень тихо. Где все?»

Трубридж сказал: «Сэр Грэм ушёл. Чтобы присоединиться к леди Бетюн… Всё произошло очень внезапно».

Адам потёр щёку костяшками пальцев. Не то что их появление: Бетюн ворвался в дом, словно охваченный какой-то демонической энергией, выкрикивая распоряжения и вопросы Траубриджу или его лягушачьему секретарю и редко дожидаясь ответа от кого-либо из них. Скорее, он был похож на вице-адмирала, которого Адам знал, а не на угрюмого, отчаявшегося человека, часто пьяного, который провёл большую часть времени в своей каюте во время последнего перехода «Афины» в Портсмут.

«Он оставил мне весточку? Я освобождён от должности до дальнейших распоряжений, но он, должно быть, об этом знал».

«Он знал. — Трубридж прикусил губу. — Леди Бетюн ушла раньше него. Мне показалось, она была рада такому повороту событий».

Адам сел на неудобный резной стул и подумал о худощавом седовласом Гренвилле. Некоторые назвали бы это влиянием.

Он посмотрел прямо на флаг-лейтенанта.

«Простите. Я хотел спросить. Что вы будете делать?»

Трубридж рассеянно оглядел изысканный коридор.

«Я собираюсь навестить отца. Он, несомненно, скоро узнает, что произошло».

Столько воспоминаний. Траубридж, помощник, который так ловко отражал любые проблемы или трудности, которые могли обеспокоить его начальника, в любой день, в любой час. И Траубридж, который стал настоящим другом за столь короткое время. Здесь, в Лондоне, когда он был рядом с Адамом, когда они ворвались в ту грязную студию, где Ловенна отбивала атаку. Джаго был с ними. Как сэр Ричард называл своих ближайших друзей и товарищей? Моя маленькая команда. Или, как он слышал от другого, Мы, Счастливые.

Траубридж упомянул «моего отца». Это был адмирал сэр Джозеф Траубридж,

хорошо известный и уважаемый во флоте. Ветеран Святых и Первого июня, будучи лейтенантом, он был другом молодого Горацио Нельсона.

И теперь он покидал военно-морской флот, чтобы занять престижную должность в почетной Ост-Индской компании, «Компании Джона», как ее прозвали.

Будущее Траубриджа будет в надежных руках.

Но, как и в случае с залом ожидания Адмиралтейства, это не было решением.

Трубридж впервые улыбнулся.

«Я дам вам знать. Я как-то раз просил вас принять мою службу в будущем, если будет такая возможность».

Адам схватил его за руку.

«Ты всегда будешь моим другом, Фрэнсис. Будь в этом уверен. И другом Ловенны тоже».

Дверь открылась, и в коридоре появился Толан.

Он сказал Трубриджу: «Ваш экипаж здесь, сэр», но смотрел на Болито. «Я уже распорядился, чтобы ваши вещи сняли».

Трубридж вздохнул.

«Они закрывают дом, капитан Болито. Боюсь, сэр Грэм больше не останется в Лондоне». Он быстро добавил, снова как флаг-лейтенант: «Вы уезжаете завтра. Я получил сообщение из Уайтхолла. Желаю вам удачи и благополучия».

А Джаго: «Присмотри за капитаном, ладно?»

Они снова пожали друг другу руки.

«До следующего горизонта, Фрэнсис».

Они услышали резкий стук колес, и Адам представил себе взгляды других окон на этой тихой улице.

Джаго сказал: «Скоро будет еда, капитан. Ты, должно быть, изрядно проголодался».

Адам отвернулся от двери. Трубридж ждал его. На случай, если он понадобится.

Он увидел, что Толан все еще стоит у лестницы.

«Когда вы присоединитесь к сэру Грэму?» «Должно быть, он совсем вымотался. Иначе он бы понял».

Джаго резко сказал: «Жена вице-адмирала велела ему закинуть крюк! Это голая правда!»

Толан сказал: «Я с этим справлюсь».

Адам снова сел. Пол закачался, словно палуба, и ноги у него подкосились.

Всё кончено. Он проверял каждую мысль, прежде чем она обретала форму. Завтра я поеду домой. В Фалмут. В Ловенну. Если… Он тут же остановил её.

«Я бы с удовольствием выпил чего-нибудь, если позволите. Чтобы проглотить сегодняшние сомнения и сожаления. — Он помолчал. — Если хочешь, Толан, мы можем принять тебя в Фалмуте».

Джаго кивнул, не улыбаясь. Толан лишь смотрел на него с недоумением, его обычное самообладание дрогнуло.

Затем он сказал: «Я сделаю так, чтобы ты никогда об этом не пожалел».

Яго распознал эти знаки.

«Я пойду с ним и помогу».

Адам едва его слышал. Он бы уснул прямо сейчас, если бы не взял себя в руки.

Так тихо. Ни призыва к оружию, ни грохота барабанов, ни топот бегущих ног. Узел, скручивающий живот. И страх, который ты никогда не мог показать, когда был так нужен.