Сердце героя

Сингх Налини

– Нет.

Он сказал это так тихо, что родители Сесили не услышали.

Глаза Джесс распахнулись. Она не могла понять, почему он демонстрировал подобную холодность к невинному ребенку.

Отдав Сесили в руки ее матери, Джесс почувствовала легкую тошноту и должна была несколько раз глубоко вздохнуть.

Кейла оценивающе взглянула на нее и повернулась к Дамону.

– Ты не мог бы принести мне минеральной воды?

– Конечно. – Дамон посмотрел на Гейба. – Я в долгу перед вами за ту

ночь. Позвольте мне угостить вас кофе.

К удивлению Джесс, Гейб согласился. Кейла молчала, пока шаги мужчин не стихли, а потом спросила:

– Ты беременна?

– Откуда ты знаешь? – ахнула Джесс.

– Я ведь и сама недавно, была беременна. Как ты себя чувствуешь?

– Ужасно волнуюсь.

Она только что это поняла. Если Гейб так безразличен к детям, каким он будет отцом? Слишком поздно она сообразила, что поставила под угрозу счастье своего будущего ребенка, когда вступила в этот брак.

– У меня было так же. – Кейла сделала паузу и робко улыбнулась. – Мы можем быть подругами, Джесс?

Удивленная внезапной переменой темы разговора, Джесс кивнула.

– Мы уже подруги.

– Нет, ты не понимаешь – Вздохнув, Кейла прижала Сесили к своей груди. – Я не знаю, смогу ли спасти свой брак, если рядом все время будешь ты.

Джесс вспыхнула.

– Я никогда не нарушу данные клятвы и не попрошу Дамона нарушить его.

– Знаю. Но ты напоминаешь ему… о том, чего он лишился. – Глаза Кейлы погрустнели. – Я попросила его переехать из Кауваи к заливу Хок. Моя семья живет там, и ему будет легко найти работу.

Джесс было тяжело чувствовать себя виновницей несчастья этой женщины, хотя из-за Кейлы сердце Джесс тоже страдало. Но теперь все в прошлом.

– Надеюсь, вы справитесь.

Дамон вошел и поставил банку минералки на прикроватный столик.

– Вот. О чем вы разговаривали?

Кейла улыбнулась.

– Кажется, теперь наша очередь поздравить Джесс и Гейба.

Джесс побледнела, но Кейла была так взволнована новостью, что ничего не заметила.

– У них тоже будет ребенок! – объявила она.

Лицо Дамона окаменело, и несколько секунд он молчал.

– Вот это да!

– В чем дело? – раздался голос Гейба. – Держи, Джесс. – Он протянул ей кофе. – Весьма неплохой.

Она машинально взяла бумажный стаканчик.

– Ребенок, – как эхо повторил Дамон. – Ты, должно быть, очень счастлива!

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

– Нам пора, – заявил Гейб, сверля Дамона взглядом.

– Спасибо, что приехали.

Кейле удалось сохранить улыбку, когда Дамон обнял Джесс.

– Если я понадоблюсь… – прошептал он ей на ухо.

Джесс покачала головой.

– Заботься о своей семье, Дамон.

Она взяла под руку мужчину,

который отныне должен быть ей опорой. Но будет ли?

Умиротворенное синее небо лежало перед самолетом, но воздух в кабине, казалось, был наэлектризован.

– Ты ничего не скажешь? – не выдержала Джесс после нескольких минут полета.

– Что ты хочешь услышать?

– Мне жаль, что так получилось. Кейла сама догадалась и сказала Дамону.

Гейб посмотрел на нее, и она увидела, что его глаза потемнели от ярости.

– Почему ты не сказала мне, как только узнала?

– Мне нужно было время, чтобы привыкнуть к своему положению. Мне и в голову не пришло, что кто-нибудь догадается прежде, чем я скажу тебе.

Она была готова к вспышке его гнева, но он не произнес ни слова.

Следующие несколько дней они держались друг с другом словно чужие.

Джесс было необходимо обсудить с Гейбом и свою беременность, и его отношение к их будущему ребенку. Но заставить себя говорить с ним она не могла и поэтому углубилась в работу. Однако даже живопись не отвлекала ее от грустных мыслей.

Она все время повторяла себе, что их брак основан на расчете, а не на любви, и в то же время не могла не думать о Гейбе как о своем спутнике жизни.

Постукивая карандашом по блокноту для эскизов, она смотрела на красивую кобылу в стойле. Джесс захотелось сесть верхом и умчаться куда глаза глядят, просто убежать от всех проблем. Однажды она это уже сделала. И если к сегодняшнему дню не стала достаточно сильной, чтобы справляться с жизненными трудностями, то год в Лос-Анджелесе потратила впустую.

Гейб отправил ее в Америку, поверив обещанию, что она вернется. Он дал ей то, что она хотела. Значит, он хороший человек? Или просто достаточно расчетливый, чтобы рискнуть и убедиться, что вышел победителем? В конце концов, из-за того года свободы она в еще большем долгу перед ним.

Она начала рисовать в блокноте конюшню и двух лошадей.

Прошло несколько часов. И, наконец, Джесс перестала думать о проблемах и целиком отдалась своему любимому делу.

Гейбриел говорил с Джимом о ремонте дома, но его мысли все время занимала конюшня… и Джесс. Вдруг он понял, что Джим давно молчит.

– Что ты сказал?

– Ты в порядке, Гейб?

Нет. Сейчас он может думать только о своей жене. Он догадывался о причинах ее отчуждения – ведь Дамон сказал ему, что они с Кейлой уезжают.

Не понимая, почему он так злится на неспособность Джесс пережить свой разрыв с Дамоном, Гейб сперва не делал попыток преодолеть отчуждение. Разве что ночью. И постепенно пришел к выводу, что скоро станет единственным мужчиной в жизни Джесс. По-другому быть не может.

– Давай обсудим это потом.