Сердце горца
Шрифт:
Томас дважды протрубил в охотничий рог. Ривен подумал, что родичи Тэсс обладают удивительным чувством юмора — таким сигналом было принято подзывать гончих. В этот миг ответный звук рога нарушил вечернюю тишину.
— Значит ли это, что он что-то обнаружил? — спросил Ривен.
— Вполне возможно. Занимаясь поисками следов, Мартин бывает глух и слеп, пока мы сами его не найдем. Раз он отозвался, похоже, след действительно найден. А вот еще один сигнал. Он указывает нам место. Не будем заставлять его ждать.
Сильвио послал лошадь в галоп, Ривен последовал за ним. Он не обращал
Мартин стоял на опушке леса. Когда подъехали Ривен, Томас и Сильвио, он спешился и подошел к ним.
— Три всадника ушли в этом направлении, — доложил он Сильвио.
— Это значительно западнее, чем я предполагал, — тихо заметил Сильвио, разглядывая следы, на которые указал Мартин. — Ты проследил, куда они ведут?
— Да, в этом направлении. Я вернулся, чтобы предупредить вас. — Он взъерошил густые темные волосы и мрачно посмотрел на следы. — Они ведут в этом направлении довольно далеко. На много миль в сторону от имения Дугласа.
— И приведут к имению Теркетла, — сказал Ривен.
— Я подумал о том же самом, — согласился Сильвио.
— Но зачем? — удивился Томас. — Дуглас ближе на несколько миль и тоже предлагает награду за Тэсс.
— Теркетл может предложить больше. Смерть Тэсс даст ему не только ее молчание, но и ее состояние. — Сильвио посуровел. — Маккиннон выбрал Теркетла в роли палача Тэсс. И я догадываюсь почему.
— Потому, что Теркетл не станет убивать ее быстро и безболезненно, — отозвался Ривен, и сердце его сжалось от ужаса.
— Недаром Теркетл пользуется репутацией необыкновенно жестокого человека, если его разозлить, а он сейчас очень зол на нашу маленькую графиню. Именно из-за его жестокости я и не хотел отсылать к нему Тэсс.
— И все же отослали, — гневно заявил Ривен, подумав, что это по вине Сильвио Тэсс оказалась во власти Теркетла, с чего и начались все ее беды. — Не говоря уже о том, что за эти пять лет Теркетл, по крайней мере, трижды пытался ее убить.
— Так захотела ее мать. Видимо, ей казалось, что Тэсс будет полезно расти рядом с Брендой. ведь они ровесницы. Эйлин могла недолюбливать братца, но у нее и в мыслях не было, что он может навредить племяннице. Кроме того, стоял вопрос о наследстве — Теркетл был его распорядителем. Если бы его отстранили от опекунства, он наверняка обратился бы в суд или к королю и вопрос был бы решен в его пользу. Нам оставалось бы только подчиниться закону.
— Извините меня. — Ривен вздохнул и потер шею. — Не следует никого винить в том, что произошло, просто вы оказались рядом.
— Не стоит извиняться. Я бы тоже с радостью повесил на кого-нибудь все свои грехи. Терпеть не могу заниматься самоистязанием. — Он вновь обратился к Мартину: — Я знаю, ты не любишь дальние поездки, Мартин, но нам очень нужна твоя помощь.
— Понимаю. Я не стану возражать, каким бы дальним ни оказалось путешествие. — Он направился к своей лошади. — Очень жалею, что не научил бедняжку ориентироваться в лесу. Это здорово помогло бы ей сейчас.
— Боюсь, ты был бы обречен на неудачу,
— Каким образом?
— Очень просто. Он не убьет ее сразу. Станет наслаждаться победой и заставит Тэсс заплатить за те трудности, которые она ему создала. На это уйдет какое-то время, а нам сейчас именно это и нужно.
Ривену было страшно даже подумать о том, что Тэсс обречена на пытки.
— Тогда скорее в путь, Сильвио, не будем терять драгоценные минуты. — И он пришпорил коня.
— И не вздумай кричать, девка, иначе я снова заткну тебе рот, и ты не сможешь сделать даже глотка воды. — С этими словами Дермотт осторожно вынул кляп у нее изо рта.
Тэсс не собиралась кричать, да и вряд ли смогла бы — так у нее пересохло в горле. Гораздо важнее было глотнуть воды. Наконец он отодвинулся от нее, и Тэсс огляделась. Взошла луна, но ее свет с трудом проникал сквозь густые деревья. Они остановились напоить лошадей и дать им короткий отдых. Она присела на землю, измученная и уставшая, пытаясь обдумать возможные пути к освобождению. Изучив пеньковые веревки, связывающие ее запястья, она медленно поднесла руки ко рту.
— Если попытаешься перегрызть веревки и сбежать, я не буду особо церемониться. — Маккиннон присел на корточки рядом с ней. — Для меня главное — передать тебя твоему дяде.
Тэсс подняла на него глаза. Глупо надеяться перегрызть путы. Но как, черт побери, враги разгадали ее намерения? Маккиннон злорадствовал, видя ее беспомощность, и она еще больше ненавидела его за это.
— У меня в Шотландии есть только один дядя — Сильвио Комин.
— Не говори ерунды, Теркетл — брат твоей матери.
— Он мне не родственник. Скорее тебе. Он предатель, убийца, вор и лжец. Вы с ним очень похожи. — Она едва сдержала крик боли, когда он с размаху ударил ее по лицу. — Даже моя смерть не изменит твоей судьбы. Ты — труп. И лучше бы тебе позаботиться о свидании со священником. Молись, чтобы король, которого ты хотел предать, проявил к тебе хоть какое-то снисхождение и ты умер бы той же смертью, что убийцы его отца. — Тэсс с удовлетворением заметила промелькнувший в его глазах неподдельный страх.
— Труп не я, а король Яков. Скоро королем станет Дуглас — но ты вряд ли доживешь до этого дня. Говорят, Теркетл в ярости жесток. Ты будешь умирать долгой и мучительной смертью.
Ей нечего было возразить. Мысль об этом не покидала ее с момента похищения и была невыносима. Она надеялась, что у нее достанет сил умереть мужественно. Раз уж ей так на роду написано, не проявит постыдной трусости. Не доставит удовольствия Теркетлу и Маккиннону.
Вдруг она заметила, что взгляд Маккиннона скользнул куда-то ниже ее лица. Проследив за ним, Тэсс чертыхнулась. Ее платье было порвано, и из-под него почти до колен виднелись ноги. По выражению лица негодяя она догадалась, что он задумал. Его рука стала подниматься к ее бедрам, и Тэсс вся сжалась.