Сердце Химеры

Кавереелла

И тут Верис сообразила, что карту нужно обновлять после каждого изменения. Например, со сменой имени стража. Все это было указано в инструкции, которую девушка так и не нашла времени хорошенько изучить.

Фрост вздохнул и сказал:

– Мой дом уже перемещался, когда вы вероломно вломились в него пару дней назад. Теперь нужно вызвать черную курицу. Она проводник.

– Та кошмарная птица, что сидит на качелях?

– Да.

Мужчина долго смотрел на девушку.

– И что вы стоите?
–

не выдержала Ника.
– Вызывайте!

– Чертов день, - наконец сказал Фрост.
– Я позову курицу, но предупреждаю, Верис, чтобы не было никакого глумливого выражения на вашем лице, пока я это делаю.

– Даже если вы заговорите на курином языке, мое лицо останется безразличным, - сказала агент уверенно.

Грегори еще какое-то время молчал, но потом, набрав в легкие побольше воздуха, произнес:

– Ко-ко... Залубко, ко-ко...

На лице Ники появилось то, самое глумливое выражение, с которым девушка не смогла справиться даже при титаническом желании. Она готова была взорваться, но держалась из последних сил.

– 'Ко-ко Залубко'?!
– переспросила девушка и издала несколько сопящих отзвуков в попытке обуздать смех.

– Я не давал курице такую кличку, если вы об этом Верис. И позывные я тоже не придумывал!

– Это типа, чтобы никто не догадался, как вызвать проводника?

– Возможно, чтобы Вызывающий чувствовал себя непреодолимо глупо.

Через минуту на дороге показалась черная курица. Она предупредительно постучала когтем по асфальту и направилась в нужном направлении.

– О! Вот и Залубко, - издевательски улыбнувшись, сказала Ника.

– Идемте, - произнес мужчина хмуро.

– А с чего вы взяли, что я вечером буду именно в баре?
– вдруг спросила девушка, швырнув обертку очередной конфеты в сторону.
– Как вы меня нашли?

Фрост лукаво ответил:

– По конфетным фантикам, - усмехнулся он.
– Я оставил маячок на вашем мизинце. В тот, самый вечер, когда вы были троллем.

– Что? Зачем?

– Так, на всякий случай. Как видите не зря.

Ника съела еще одну конфету, стыдливо спрятала обертку в карман, и посмотрела на свой мизинец.

– Вы что следили за мной?
– перекатив жевательную карамель за другую щеку, спросила она.

– Не беспокойтесь, у меня не возникло желание понаблюдать, как вы спите или принимаете душ, - произнес Фрост удовлетворенно.
– От вас мне нужен только дневник Ментора Менандра. Ну, и немного покоя.

Ника посмотрела на маджикайя скептически, но ничего больше не сказала. Лишь вытащив из мизинца, похожий на занозу маячок, девушка облегченно вздохнула. И как она не заметила его раньше?

Минут через десять они оказались у дома номер двадцать один. Черная курица забралась на качели и важно дернула клювом. Фрост постучал в дверь.

– Кто-там?
– отчеканил

страж.

– Открывай... эээ, Вильгельм.

– Оооо, хозяин стал благоразумным и признал нашу автономию, - захихикал домовик.

Ника усмехнулась, подарив Фросту игривый взгляд. Маджикай скривился.

– Да, да. Благоразумнее некуда. Открывай уже!

Дверь отворилась. Страж вежливо поклонился, приглашая в дом.

Фрост резко обернулся к агенту службы охраны и предложил:

– Верис, не попьете со мной чай?

– Чай?
– удивилась Ника.

– Ну, или что вы там пьете? Пиво?

– А у вас есть пиво?

– Нет. Поэтому я предлагаю чай. Мне нужно с вами серьезно поговорить.

Ника погрозила пальцем.

– Предупреждаю, я даже слышать не хочу о сотрудничестве. Ни о какой сделке. И я не отдам вам дневник Менандра.

– Ни о какой сделки речи не пойдет. В конце концов, вы имеете право знать.

– Знать что?

– Так значит, вы согласны на чай?
– спросил Фрост вполоборота.

Ника выдохнула и сказала:

– Согласна. Надеюсь, вы пьете сладкий.

– Пью, а что?

– Я подсыплю в вашу сахарницу стрихнин.

– Ох, Верис! Вам не надоело язвить?

– Отнюдь.

– Заходите, черт бы вас подрал!

***

Ника напряженно мешала ложкой в чашке с чаем. Она поняла, что какое-то время просто наблюдала за своим подопечным. Как он совершенно расслабленный натягивал на избитое тело свежую рубашку, выводил на ладони новую защитную пентаграмму, наливал кипяток, бросал в чашку кусочки сахара. Пока ее мысли не зашли слишком далеко по тропе добродушия, Ника заставила себя вспомнить, что ненавидит Фроста. Предателя, убийцу и просто коварного ублюдка.

Разрушив тишину, девушка спросила:

– Позвали меня, чтобы я наблюдала, как вы похлебываете каркаде? Это чайный эксбиционизм? Вы хотели серьезно поговорить об этом отклонении?

Фрост аккуратно поставил кружку на стол. Где-то он слышал, что одиночество не становится безумием, если его с кем-то делить. Глупо конечно, но эти мысли прочно засели у него в голове. Мужчина оглядел обремененную старыми книгами и свитками кухню и спросил:

– Хотите знать, зачем мне все это. Куда ухожу, что изучаю?

– Да, - развернув конфету, согласилась Верис.
– А то я плохо сплю по ночам.

Фрост вопросительно поднял бровь.

– Просто послушайте меня, Ника. Послушайте, как незнакомого человека. Без иронии, без сарказма.

– Как незнакомого?

– Да. Будьте любезны.

– Буду - согласилась девушка.
– Только наденьте пакет на голову. А то ваше лицо мне кого-то напоминает.

Фрост зажал рукой глаза и покачал головой.

– Видят небеса, вы посланы мне в наказание, - пожалился он.