Сердце и душа
Шрифт:
Деклан заметил, что директора клиники все называют по имени. На его предыдущей работе ко всем обращались мистер-такой-то и доктор-сякой-то, там очень бдительно относились к неофициальной иерархии.
— А пациенты? — спросил он Хилари. — К ним тоже обращаться по имени?
— А мы их обязательно спрашиваем, какое обращение они предпочитают. Клара говорит, что им самим больше нравится, когда к ним обращаются по-простому, но попадаются капризные пациенты, а иногда и их дети возмущаются здешней якобы фамильярностью.
Все это имело для Деклана большое значение.
В этот момент вошла
— Деклан Кэрролл? Добро пожаловать, добро пожаловать. Жаль, что не смогла встретить вас. Ездила в больницу, встречалась с тамошними неандертальцами. Приходится тратить время на встречи с ними, иначе они за твоей спиной такого нарешают. Так или иначе, рада, что вы с нами. Вы со всеми познакомились?
— Кажется, да.
— Готовы приступить?
— Вполне. — Хотелось бы Деклану держаться так же непринужденно и в то же время с таким достоинством.
— Отлично. Тогда вперед.
Она свернула налево, к трем ярко освещенным терапевтическим кубиклам. Пространство разделяли разноцветные ширмы, при необходимости огораживая немного личного пространства. Кресла с откидывающейся спинкой, если пациенту нужно лечь, раскладывались в койки. Они остановились у первого кресла. Снизу вверх на них подозрительно смотрела пожилая женщина.
— Китти, это доктор Деклан Кэрролл. Деклан, это миссис Китти Рейли. Вот ее карта. Китти в превосходной форме, она будет приходить к нам раз в три недели. Деклан вас послушает, Китти, передаю вас в его руки.
— А куда делся врач, который приходил в прошлый раз?
— Сулонг? Он работал временно, теперь вас будет вести Деклан, — объяснила Клара.
— А он был квалифицированным врачом? У него было достаточно практики там, откуда он приехал?
— Да, несомненно, он получил превосходное образование в Малайзии. Но он только согласился выручить нас, пока на работу не вышел Деклан.
— Как поживаете, миссис Рейли? Или вы предпочитаете, чтобы к вам обращались по имени? — Деклан скорее почувствовал, чем увидел одобрение на лице Клары.
— Ну, раз уж вы будете меня слушать и все такое, думаю, вам стоит звать меня просто Китти, — неохотно ответила та.
— Отлично, Китти. Какие лекарства вы принимаете?
— Господи, да вы не лучше этой медсестры, Барбары, вот уж кто любит покомандовать. Вечно спрашивает, знаю ли я, где какая таблетка. Я вам так скажу: я принимаю те лекарства, которые вы мне здесь прописали.
— Китти, вам стоило бы самой разобраться, что именно вы пьете, — широко улыбнулся Деклан.
— С какой бы стати? — На лице пациентки вспыхнула готовность к дискуссии. — Это ваша работа, не так ли? А я должна просто принимать то, что выпишут.
— Да, но представьте, что у вас начался приступ, вы позвонили в клинику, вам посоветовали принять диуретик, ну, знаете, мочегонное, но вам это не поможет — вы ведь не знаете, где у вас какое лекарство.
Китти слегка смягчилась:
— То есть разбираться в таблетках нужно для моей же пользы?
— Именно так, Китти. Позвольте взглянуть на вашу аптечку. Если
— Вы же не хотите, чтобы я их все выучила, как на уроке в школе? — ощетинилась Кити, хотя за ее воинственным видом на мгновение проявились скрытые хрупкость и уязвимость.
— Ну что вы, нет, конечно. Давайте разложим все на столе.
— А вы успеете послушать меня? — Китти хотела убедиться, что ничего не упустит.
— Обязательно. Я полностью в вашем распоряжении, — искренне заверил ее Деклан.
— Вот еще что, — блеснули глаза Китти. — Что вы думаете о падре Пио?
— О ком? — озадачился Деклан.
— Неужели вы о нем не слышали? У него были стигматы.
Деклан смутно припоминал, как его мать рассказывала что-то об итальянском священнике, у которого на руках, ногах и на боку были раны, как у Иисуса Христа.
— Поистине великий человек, — кивнул он с чувством.
— Не уверена, что он человек. — Китти была настроена так решительно, что готова была бороться даже с собственной тенью.
— Но в человечности-то ему не откажешь, правда ведь? Давайте все-таки посмотрим на ваши таблетки. Да здесь у нас все цвета радуги!
Клара вышла из кабинета. Она улыбалась. Кажется, Деклан Кэрролл был правильным выбором. У него задатки превосходного доктора, и пока он здесь, она с удовольствием будет учить его кардиологии.
В соседнем кабинете Барбара измеряла давление мистеру Уолшу. Его супруга требовала, чтобы к нему обращались именно таким образом, разве можно допустить, чтобы эти молоденькие медсестры называли ее супруга “Бобби”?! Мистер Уолш был терпеливым человеком. Он рассказал Барбаре, что всегда хотел жить легко и сейчас, когда ушел на пенсию, просто счастлив. Его сын, Карл, работает в школе учителем и любит свою работу. Бобби немного рисовал, в основном акварелью, ходил на рыбалку, проводил долгие счастливые часы в библиотеке. Его жена хотела, чтобы они больше развлекались, но, слава богу, кардиолог, отправивший его в эту клинику, порекомендовал покой. Барбара вздохнула. Приличные, порядочные мужчины вечно женятся на злобных грымзах вроде миссис Уолш. Так оно всегда и бывает. Впрочем, иногда мироздание проявляет несправедливость и другими способами. Сколько слез пролила ее подруга Фиона и сколько времени потратила на этого неудачника Шейна. Теперь он сидит в тюрьме за торговлю наркотиками. К счастью, Фиона не живет прошлым. Но сколько ей пришлось натерпеться!
Барбара никогда не влюблялась по-настоящему. Во всяком случае, еще не встречала человека, с которым захотела бы провести всю жизнь. Но все изменится в ближайшие выходные, когда они попадут на эту гламурную вечеринку. Гольф-клуб устраивает звездный аукцион. Там будут настоящие знаменитости, и можно будет поторговаться, чтобы известный певец приехал и исполнил номер у тебя на вечеринке, или шеф-повар приготовил ужин, или художник расписал дом или украсил сад.
Барбара слышала, что вечеринка обещала быть умопомрачительной. Два бесплатных билета ей подарил пациент, молодой парень, сотрудник банка. Она рассказала немного о вечеринке мистеру Уолшу, и тот ответил, что только безмозглые слепцы не оценят красоту Барбары и Фионы, которые должны сразить всех наповал.