Сердце и душа

Бинчи Мейв

Норе было не до церемоний, позже она найдет способ отблагодарить человека.

— Все в порядке, Айден, Дара нас подбросит, — сообщила она мужу.

— Куда? — просипел он.

— Туда, где тебе окажут помощь, дорогой, — заверила она.

Он с облегчением прикрыл глаза.

Из отделения экстренной помощи Айдена отвезли в отдельную палату и надели кислородную маску.

— Снимите с него брюки, — потребовал дежурный врач, войдя в палату.

— Что?! — опешила Нора.

— Прошу вас, мадам. —

Эскулап-китаец был само терпение и любезность. — У него забиты легкие, надо откачать жидкость, для этого нужно поставить катетер.

Нора повторила все это Айдену.

— Дичь какая-то, зачем катетер, куда? До сортира я могу дойти и сам, но мне не надо…

Кислород помог. Айден немного успокоился. Нора смотрела на баллон, он медленно наполнялся чем-то тягучим и вязким…

— Доктор, что это было?

— Сердце не справилось… — Врач был лаконичен. — На долю секунды произошла остановка сердца.

У Норы потемнело в глазах. У ее любимого, самого лучшего человека в мире, которого обожает она, который любит ее, остановилось сердце. Неужели им придется попрощаться с прежней жизнью?..

Через час Айден оправился настолько, что засобирался домой. И несказанно изумился, узнав, что его ждет больничная койка в госпитале.

— Да со мной все в порядке, — запротестовал он.

Нора поехала домой, чтобы привезти ему пижаму, халат и туалетные принадлежности. Внешне она оставалась спокойной и невозмутимой, а внутри… внутри будто что-то оборвалось и жить больше не хотелось.

Несколько дней прошли как в тумане. Врачи, ассистенты, сестры, няньки, уборщица, разносчицы еды, встревоженные лица посетителей. И среди них она, Нора, высокая, с шалыми глазами, длинные рыжие волосы с проседью стянуты в хвост черной резинкой.

Она приходила к мужу, садилась рядом, и они подолгу играли в шахматы. Если бы люди понаблюдали за ними, то обнаружили бы, что супруги никогда не обсуждают ни домашние дела — счета, предстоящий ремонт, покупки, — ни соседей, ни друзей. Как будто мир вокруг них не существовал. Особо внимательный наблюдатель обнаружил бы также некоторую неестественность в Норином поведении. Вся ее показная бравада, спокойствие — все это было ради Айдена и только ради Айдена.

Через неделю его выписали, строго наказав избегать стрессов, волнений и переживаний. Стоило ему заикнуться о том, что он работает в школе, врач на полном серьезе посоветовал ему забыть про работу.

Айден категорически отказывался обсуждать эту тему. Он исправно принимал лекарства, выполнял предписания врачей, совершал долгие ежедневные прогулки, но бросить работу? Ни за что! А как, скажите на милость, он будет тогда обеспечивать жене мало-мальски пристойное существование? Добытчик из него неважный, он умеет только учить. А на его доходы есть и другие претенденты. Бывшая семья, например. Нет. По-любому ему надо досидеть до пенсии.

Врачи растерянно разводили руками. Нора как заведенная повторяла, что ее не интересуют ни наследство, ни деньги. Что

они снимают небольшую недорогую квартиру. Что работа у нее есть, чем за квартиру платить есть, а запросы у них невелики.

— Тем более, ему незачем держаться за эту работу, уговорите его уйти, — хмурился кардиолог.

— Он должен сам дозреть. Я не хочу вставать между ним и делом его жизни. Айден — учитель от бога, без работы он зачахнет.

— А он не может давать частные уроки?

— Нет. Ему претит сама идея платного обучения. Нельзя заставлять человека поступаться принципами.

— Но вы же сильная женщина, миссис Данн, уверен, вы могли бы убедить его…

— Если сильно постараться, то, наверное, да, но это нечестно — заставлять человека отказываться от того, что ему так дорого.

— Даже если это его убивает?

— Но ведь тогда он тоже умрет, просто по другой причине.

— Знаете, на этой планете вообще стопроцентная смертность, но некоторым удается жить долго и в здравии, особенно если относиться к самому себе по-человечески.

Лицо Норы ничего не выражало.

— Неужели остаток жизни придется провести в вечном страхе, что приступ повторится?

— Можно попробовать убедить его, что не повторится.

— Убедить в том, в чем вы заведомо не уверены? — зло уточнила Нора.

— Мадам, никто не застрахован от дорожной аварии, и вы в том числе. Но у нас очень неплохая статистика по поддержанию пациентов в хорошей форме, живыми и здоровыми, насколько это возможно после остановки сердца. Мы могли бы направить вашего мужа в клинику, его бы там регулярно обследовали. Собственно клиника — часть нашего госпиталя. Пациенты регулярно проходят обследование, сдают кровь, принимают поддерживающие лекарства.

— Почему вы называете это остановкой сердца?

— Потому что это она и есть — внезапное прекращение сердечной деятельности, то есть сердце перестает биться.

— Айдену придется ходить сюда каждую неделю?

— Поначалу да, когда дело пойдет на поправку, то, конечно, реже. Поверьте, улучшение не заставит себя ждать.

Нора молчала.

— Миссис Данн, ему и правда станет лучше. Наши исследования подтверждают, что у людей появляется позитивный настрой и, соответственно, улучшается самочувствие.

— Эти ваши исследования финансируются производителями лекарств? Они экспериментируют над больными? — желчно осведомилась Нора.

— Бог с вами, с чего вы взяли?! — оскорбился врач. — Это делается при поддержке нашего госпиталя, это же наша гордость!

— Простите, доктор, понимаете, для вас Айден — пациент, один из многих, а для меня он — вся жизнь. У меня в голове все так запуталось…

— А вот этого не надо, ему как никогда нужна ваша светлая голова, — посоветовал врач. Похоже, эту колючую несговорчивую дамочку все-таки можно склонить на свою сторону. — Сходите с ним в клинику, поговорите с нашими пациентами, вам многое станет понятней и перестанет так пугать.