Сердце льва
Шрифт:
— Но вы же не оставите меня одну, правда?
— Конечно, не оставлю, дитя мое. Именно поэтому нам следует поспешить к твоему жениху. Боже! Неужели я скоро увижу свою дочь? Джоанна всегда была моей любимицей. Видела бы ты ее крошкой… Не ребенок, а загляденье, куколка! Ее муж души в ней не чаял. Они были так счастливы, но потом он умер, а коварный Танкред заточил Джоанну в замке.
— Слава Богу, теперь все ее несчастья позади. Ричард освободил сестру.
— Да. Надеюсь, он и нас освободит. Сколько
И в скором времени эти надежды сбылись. К берегу причалил корабль, на котором Альенор и Беренгария отправились в Мессину.
Филипп пришел к другу на виллу де Мушета. Ричард принял его в своей опочивальне.
— С чего бы это ты решил оказать мне столь высокую честь? — подозрительно спросил английский король.
— С того, что я покидаю Сицилию и хочу известить тебя об этом, — ответил французский.
— Но к чему такая спешка?
— Друг мой, я и так потерял здесь Бог знает сколько драгоценного времени. Короче говоря, завтра я отплываю в Аккру.
— А-а, так вот в чем дело! Ты намереваешься действовать в одиночку?! Хочешь один пожать лавры победителя?
— Этого нетрудно избежать — поедем со мной.
— Сюда вот-вот приплывут моя мать и невеста.
— Свяжись с ними и вели им взять курс на Аккру, — спокойно предложил Филипп.
— Что?! Во вражье логово?
— Наше пребывание здесь и так слишком затянулось, Ричард. Я больше не могу выжидать. Хочешь — поезжай со мной.
— А как же моя невеста?
— Что тебе за дело до невесты? — с некоторой долей раздражения спросил Филипп.
— Ты сошел с ума.
— Разве говорить правду признак сумасшествия? У нас с тобой нет времени на женщин. Да, мы должны, конечно, производить на свет наследников, это наш долг, и, к счастью, Господь не обделил меня потомством. Я очень ценил свою супругу, и мне прискорбно, что она умерла. Но мне никогда не хотелось держаться за ее юбку. Как и тебе не хочется быть подле Беренгарии. Поедем со мной, Ричард. Или ты позабыл про наши замыслы?
— Не позабыл, но я не могу сейчас покинуть Мессину. Пойми, я должен встретить близких!
— Тогда прощай!
— До свидания у стен Аккры!
— Учти, милый друг, к твоему приезду на них уже могут развеваться наши флаги с золотыми лилиями.
— Ну что ж. Поживем — увидим.
— Значит, ты отказываешься ехать со мной?
— По-моему, ты хочешь выставить меня на посмешище. Чтобы люди говорили: «Полюбуйтесь на английского короля. Филипп Французский для него дороже невесты».
— Ну что ты, Ричард! Я просто жажду твоего общества. Мне все равно, что скажут о нас с тобой люди.
— А мне не все равно, и потому я говорю: «Нет». Если тебе не терпится уехать, поезжай один.
— Тогда до встречи в Аккре.
Ричард
Но Филипп никак не решался уйти. Он еще долго мялся, стоя на пороге. Потом, не выдержав, обнял Ричарда и заглянул ему в глаза.
— Может, все-таки передумаешь?
Ричард покачал головой. Филипп резко отвернулся и стремительно выбежал из комнаты.
Французский флот срочно готовился к отплытию.
И надо же было случиться такому совпадению, что именно в тот момент, когда Филипп отчаливал от сицилийского берега, в залив вошел корабль, на котором приплыли Беренгария и Альенор!
Ричард пришел встречать их. Альенор первой сошла на берег. Глаза ее сияли от счастья. Как красив ее сын! Его облик преисполнен благородства. Встречаясь с ним после разлуки, Альенор всякий раз восхищалась Ричардом так, словно видела его впервые. Она покосилась на Беренгарию. Девушка была явно смущена. Что ж, это неудивительно. Какая невеста не затрепещет при виде столь великолепного жениха?!
А как обходителен был с ними Ричард! Он почтительно поцеловал руку Беренгарии и нежно обнял мать.
Ричард привез дорогих гостей во дворец. Настроение у него немного поднялось. Беренгария и вправду могла считаться самой элегантной принцессой во всей Европе. Она была изысканно одета; распущенные волосы, прикрытые полупрозрачной мантильей, струились по плечам; длинное платье облегало стройную фигуру… Все встречающие были очарованы ее изяществом.
Джоанна при виде матери начисто забыла церемонии и бросилась к ней на шею.
— Детка моя! — задыхаясь от волнения, воскликнула Альенор.
— Как давно я вас не видела! — плача от счастья, приговаривала Джоанна. — Ах, матушка! Вы по-прежнему красивы… несмотря ни на что. Вы всегда будете красавицей.
— Ты тоже, моя дорогая. Да, на нашу долю выпало много горя, но теперь, слава Богу, мы снова вместе. Хотя и ненадолго.
— Вам нужно будет уехать, матушка?
— Боюсь, что да. И я хочу, чтобы после моего отъезда ты всегда была рядом с братом. Не оставляй его.
— Я готова служить вам и ему, чем смогу!
— Ричард был тебе хорошим братом.
— Да, да! Лучшего просто быть не может! — горячо воскликнула Джоанна.
Они с Беренгарией с первого взгляда прониклись взаимной симпатией. Беренгария готова была искренне полюбить всех членов новой семьи, а Джоанна выражала свою благодарность Ричарду тем, что старалась быть любезной с его невестой.
Альенор не могла на них нарадоваться. Все шло как по маслу.
Ей не терпелось поговорить с Ричардом, но она не хотела делать этого при свидетелях. Недолго думая, королева попросила Джоанну проводить Беренгарию в ее покои, добавив, что ей хочется остаться с сыном наедине.