Сердце льва
Шрифт:
И вот теперь перед ним стоял сам Ричард, легендарный, непобедимый герой, одного взгляда на которого Исааку хватило, чтобы понять: этому человеку опасно перечить.
Так что Исааку оставался лишь один путь: он должен изобразить смирение и раскаяние. А дальше видно будет… У доблестного английского короля есть одно уязвимое место: он не умеет притворяться. Великий знаток военного дела, Ричард совсем не знает людей и глубоко заблуждается, когда судит о других по себе.
— Увы, милорд, — униженно
— Ты и сам не выказал мне дружеского расположения.
— Да, но теперь я искренне сожалею об этом.
— Ладно, будем считать, что мы договорились. Ты должен возместить нам ущерб.
— Совершенно с вами согласен, милорд. И готов заплатить двадцать тысяч золотом за все, что мои люди унесли с ваших кораблей.
— Для начала неплохо, но этого недостаточно, — с расстановкой произнес Ричард.
— Я много думал о вашем походе в святую землю. И буду усердно молиться за ваш успех.
— Мне нужны не только молитвы, Исаак. Крестовый поход — дорогое удовольствие.
— Вот мои двадцать тысяч как раз и пригодятся!
— Безусловно, но мне нужны еще и солдаты. Ты поедешь со мной. Грехов у тебя много, я в этом не сомневаюсь… ты богат… или, по крайней мере, был богат, пока не попытался помешать мне осуществить богоугодный замысел. Пусть это послужит для тебя уроком на будущее, Исаак. Для тебя единственный способ добиться отпущения грехов — это вступить в мое войско.
— Милорд! Но я же правитель острова…
— Нет, Исаак. Теперь это мой остров. Отныне я правитель Кипра, чему, кстати, безмерно рад твой народ. А ты… ты вступишь в мое войско и приведешь с собой сто рыцарей, четыреста конных и пятьсот пеших солдат.
— Но где я возьму столько людей?
— Где хочешь. Ищите и обрящете. Ежели проявишь усердие, я назначу тебя губернатором Кипра, и ты будешь править от моего имени. А ежели тебе это не по нраву, потеряешь Кипр навсегда.
— Но, милорд, как же я смогу править островом, уйдя вместе с вами в поход?
— Назначишь кого-нибудь на свое место. Бери пример с меня. Я оставил в Англии своих людей.
— Что ж, чему быть — того не миновать, — подавленно произнес Исаак.
Он быстро понял, что мольбы бесполезны, и, зная о легковерности Ричарда, который считал, что, если человек дал обещание, он непременно его выполнит, принялся с воодушевлением обсуждать предстоящий поход.
Но его ждал неприятный сюрприз.
— Я слышал, у тебя есть дочь, — внезапно прервал его Ричард.
— Да, совсем еще юная. Она у меня единственная, — насторожился Исаак.
— Дочь и наследница… — задумчиво промолвил Ричард.
— Я боюсь оставлять ее одну на острове, милорд, — затараторил Исаак, надеясь
— Вот как? — усмехнулся Ричард. — В таком случае отдай ее на мое попечение. Я буду о ней заботиться, а когда настанет время выдавать девушку замуж, подыщу ей хорошего жениха.
Исаак поник головой. Но отказать победителю было невозможно.
— Я не сомневаюсь, что вы будете для моей дочери надежным защитником, милорд, — понуро ответил он.
— Что ж, будем считать, мы все уладили, — кивнул Ричард.
Но даже он при всей своей доверчивости не поручился бы, что Исаак сдержит данное слово. Поэтому король велел бывшему правителю Кипра разбить походный шатер в английском лагере, пообещав, что с ним будут обращаться соответственно его высокому рангу.
Исаак поблагодарил Ричарда за любезность.
— Я счастлив, — воскликнул он на прощание, — что мы с вами больше не враги!
Ричард лежал рядом с Беренгарией в шелковом шатре, который забрал у Исаака в качестве военного трофея. Вглядываясь в невинное лицо спящей жены, он неожиданно для себя ощутил прилив нежности.
«Пожалуй, я даже смогу со временем ее полюбить, — подумал Ричард. — Она такая ласковая, нетребовательная. Лучшей жены в целом мире не найти».
Он вспомнил о сыне Филиппа и Изабеллы, маленьком Людовике. Как Филипп им гордится! Может быть, и он, Ричард, будет когда-нибудь так же горд своим юным наследником?
Потом Ричарду пришло на ум, что пора уезжать с Кипра. Раз Исаак заключил с ним мир и даже пообещал вступить в его войско, ему больше незачем задерживаться на этом острове. Ричард был доволен ходом событий. Мать, наверное, уже добралась до Англии, и за королевство теперь можно быть спокойным. Альенор будет регулярно извещать его о том, что творится на родине. А в Аккре его ждет Филипп. Вдвоем они, конечно же, возьмут крепость приступом. Он вернется домой с богатой добычей. Да, ему уже дважды удалось пополнить казну — на Сицилии и на Кипре — и расширить английские владения! Так что время проведено не зря, задержка в пути оказалась ненапрасной.
Беренгария пошевелилась во сне, и Ричард снова устремил на нее задумчивый взор, спохватившись, что он совершенно позабыл про жену, представляя себе грядущие битвы.
А ведь она теперь всегда будет присутствовать в его жизни, так что надо приучаться думать и о ней. Хотя бы иногда. Честно говоря, супружеские обязанности оказались не такими отвратительными, как он предполагал… Ничего страшного. С Беренгарией вполне можно жить. Она не требует от него слишком многого, так что время от времени он будет выполнять свой супружеский долг, у него родятся сыновья, и все — и народ, и мать — будут довольны.