Сердце льва
Шрифт:
— Ежели это правда, — задумчиво промолвил Ричард, — то неудивительно, что Филиппу никак не удается взять город приступом. Судя по всему, туда постоянно подвозится подкрепление.
— И это еще не все, ваше величество, — продолжал моряк. — Ходят слухи, будто бы на том корабле везут двести змей, укус которых смертелен для человека, и собираются запустить их в лагерь христиан.
— О Боже! — вскричал Ричард. — Что же делать? Я должен непременно догнать этот проклятый корабль.
Вероятно, Бог внял его мольбам, поскольку на полпути между
— Я и не знал, что у Филиппа в арсенале есть такой гигант, — удивился Ричард. — Странно… Почему я о нем никогда даже не слышал? Филипп вряд ли бы утерпел, наверняка бы похвастался им.
Поэтому Ричард заподозрил, что капитан вывесил французский флаг для отвода глаз. А когда подплыл поближе и разглядел желто-зеленую парусину на бортах, спешно призвал к себе моряка, побывавшего в Бейруте.
Тот прибежал и, не дожидаясь вопроса короля, воскликнул:
— Вон он, тот самый корабль, сир! Это его загружали в Бейруте.
Ричард выслал на разведку галеру.
Ее встретили градом стрел, дротиками и камнями.
— Так я и думал! — воскликнул Ричард. — Это враги! Надо задержать их. Нельзя допустить, чтобы они добрались до Аккры!
Король хотел было подплыть поближе к неприятелю, но огромные размеры вражеского судна давали тому большие преимущества. Сарацины возвышались над галерами и, словно с крепостных стен, осыпали их градом стрел. Пришлось отступить.
Ричард неистовствовал. Врагам нельзя было дать уйти! Однако англичане пали духом, бой казался им заведомо неравным, ни малейшей надежды на победу не было. Но Ричард был не из тех, кто смиряется с поражением. Либо он захватит вражий корабль, либо потопит его! Третьего не дано. Сарацины не привезут в Аккру свежие запасы продовольствия, новых солдат и смертоносных змей, которые посеют панику в лагере христиан!
— Неужто вы такие трусы, — крикнул он своим воинам, — что откажетесь от боя? У врага один корабль, а у нас целая флотилия. Стыд и позор, если крестоносцы допустят, чтобы сарацины подвезли в крепость подкрепление! Те, кто дозволит врагам Господа нашего улизнуть, будут болтаться на виселице. Все до единого!
И, как всегда, Ричард заразил солдат своей отвагой и решимостью. То они отказывались сражаться, глухо ворча, что это блажь, а спустя мгновение уже были готовы ринуться в бой.
Несколько человек попытались взобраться на борт судна, но сарацины взмахнули саблями и отрубили кому руки, а кому и головы. Тела несчастных упали в море. Окрестности огласились душераздирающими воплями.
Тогда английские моряки бросились в воду и привязали к кормилу сарацинского корабля канат, чтобы замедлить его ход. Этот маневр оказался гораздо более успешным.
Неожиданно, на радость сарацинам, Ричард отдал приказ отступить. Но это была лишь временная передышка. Ричард решил пустить их ко дну. Ему, конечно, было жаль,
Нос английской галеры обивали в те времена железом, так что эти суда могли служить прекрасным тараном. Они с такой силой врезались в борт сарацинского корабля, что в нескольких местах пробили его насквозь. Атака не прекращалась до тех пор, пока море вокруг не почернело от тел тонущих врагов и от плавающих на воде ящиков с провизией. Последние Ричард попробовал спасти, но его попытки не увенчались успехом.
Англичане ликовали. Победа! Сарацинский корабль не доберется до Аккры. Осажденные жители города тщетно будут ожидать подкрепления.
Ричарду хотелось надеяться, что этот морской бой приблизил падение вражеского оплота.
И вот флотилия вошла в Тирскую гавань. Наконец-то Ричард доплыл до святой земли! Сколько он мечтал об этом, и, слава Богу, его мечты сбылись. Ричард уже не сомневался в том, что победа над Аккрой близка.
Однако в Тире его ждало глубокое разочарование. Губернатор, спешно прискакавший верхом на лошади в гавань, холодно произнес:
— Милорд, маркиз Конрад Монферратский приказал мне не впускать вас в город.
— Как не впускать? Что это значит? — вскричал от изумления Ричард.
— Только то, что я уже сказал, сир.
— Но с какой стати я должен подчиняться Конраду Монферратскому?
— За ним стоит французский король.
Ричард даже засомневался.
— Может, я не туда приплыл? Это святая земля?
— Истинно так, сир.
— Да будет вам известно, что я всего несколько дней назад потопил большой сарацинский корабль, который вез в Аккру солдат и запасы продовольствия. Мои люди утомлены, им нужно отдохнуть.
— Пусть разобьют лагерь в окрестностях города.
— Я вам это припомню! — пригрозил Ричард.
— Я тут ни при чем, милорд! — испугался губернатор. — Я лишь исполняю приказ.
— В таком случае мне придется разбираться с Монферратом и королем Франции.
— Сир, я готов служить вам верой и правдой, но… пожалуйста, не входите в город!
— Мы не нуждаемся в твоих услугах, жалкий трус! — поморщился Ричард. — Я не задержусь на этом негостеприимном берегу, но советую тебе умерить свою жадность. Или ты не слышал, что случилось с другим таким же скупцом? Он потерял свой остров и теперь закован в цепи.
Губернатор затрепетал.
Ричарду даже стало его жаль.
«Бедняга не виноват, — подумал он. — Что я на него взъелся?»
— Разбейте шатры под стенами города, — приказал Ричард и, усмехнувшись, добавил: — Не будь Тир оплотом христианства, его ждала бы судьба Кипра.
Он мог бы, конечно, захватить город, но его люди устали, а самому Ричарду не терпелось добраться до Аккры. Мысли о Монферрате не давали ему покоя. Ричард подозревал, что Филипп мстит ему за поддержку Ги де Лузиньяна. Что ж, ради Ги можно многим поступиться! Это настоящий друг.