Сердце рода
Шрифт:
– Наёмник, поди, – неуверенно предположил дознаватель, усиленно всматриваясь в незнакомца. – Эй, а ну, выйди на свет!
Незнакомец словно только и ждал приглашения.
Он сделал шаг вперёд, выходя на свет, и сдёрнул с себя плащ с капюшоном.
Солнце тут же заиграло на ярко-начищенных доспехах и отразилось от зеркального забрала.
Званг!
Фью…
В руках у рыцаря клацнул затвором самый настоящий шестиствольный пулемёт, и его стволы начали медленно раскручиваться,
Я тут же перевалился за багажник и, упав на землю за машиной, вытащил из Пространственного кармана щит.
Клац!
Выкупленный за серебрушку щит принял осадное положение, а в моих руках тут же появился Ураган.
Фьюююю…
И только после этого я осторожно выглянул из-за щита.
– Какого ксура! – удивлённо заорал Гарлух, чьи руки вспыхнули тёмно-фиолетовым светом. – Ал, это что, паладин?!
Фьююююююю…
– Живо вызывай помощника! – взвизгнул старший дознаватель, с сумасшедшей скоростью размахивая перед собой золотым скипетром. – Живо!
Фьююююююююююю!
А затем свист раскручиваемых стволов, добравшись до своего пика, сменился оглушительным грохотом.
Глава 5
– Какого ксура! – удивлённо заорал Гарлух, чьи руки вспыхнули тёмно-фиолетовым светом. – Ал, это что паладин?!
Фьююююююю…
– Живо вызывай помощника! – взвизгнул старший дознаватель, с сумасшедшей скоростью размахивая перед собой золотым скипетром. – Живо!
Фьююююююююююю!
А затем свист раскручиваемых стволов, добравшись до своего пика, сменился оглушительным грохотом.
Когда я был маленьким, мы с отцом попали под град.
Возвращались из гаража, куда поставили машину, и на полпути нас накрыло.
Когда упала первая градина, я смотрел на неё с восторгом – она была такая красивая, большая, почти с мой кулачок!
А вот отец почему-то больно схватил меня за руку и бегом потащил к ближайшим деревьям.
Я вроде даже заревел от боли, несправедливости и вообще.
А папа всё тянул меня и тянул, прикрикивая, чтобы живее перебирал ногами.
Как назло, наш путь лежал вдоль старой заброшки, и кроме редких деревьев да уставшего бетонного забора поблизости ничего не было.
Пока мы бежали, несколько градин попали мне по спине и в плечо, и они мне резко разонравились.
Наконец, отец подобрал с земли какую-то картонку и перестал меня тащить.
Вместо этого прижал меня к себе, сам присел на корточки, прислонившись к забору спиной, и поднял над головой найденную картонку.
Бам, бам, бам, бам!
Дун, дун, дун!
Ба-ба-бабам! Бам!
Я снова заревел – но уже не от обиды,
Хорошо хоть папа шептал что-то успокоительное, временами шипя от боли – как до меня потом дошло, из-за попаданий градин по пальцам.
Так мы сидели минут десять.
Бам, бам, бам, бам!
Дун, дун, дун!
Ба-ба-бабам!
Больно, холодно, страшно.
Дун, дун, дун!
Бам, бам, бам, бам!
Состояние полной беспомощности!
Ба-бабам…
Спустя десять минут возле нас остановилась побитая градом легковушка – сердобольный водитель не смог проехать мимо – и мы были спасены.
Отделались легко.
Папа мигренью, двумя разбитыми суставами, одним почерневшим, а впоследствии слезшим, ногтем, и трещиной в одной из фаланг.
Я – парой синяков и небольшой психической детской травмой.
А ведь казалось бы – всего лишь град! Всего лишь «Бам, бам, бам! Дун, дун, дун»!
И этот дурацкий перестук смертельно опасных ледышек всплыл в памяти неслучайно.
Сейчас я находился под таким же градом, вот только вместо льда в меня летели пули.
Бам-бам-бам-бам!
Приоткрыв на всякий случай рот – прочитал в какой-то книжке, что таким образом не так сильно глохнешь – я ждал, когда у рыцаря закончится патроны.
Пока что я особо не беспокоился.
Во-первых, я был не один. Со мной находились мои предки – отец, дядя, деды. Во-вторых, передо мной стоял паромобиль, в-третьих, я спрятался за щитом.
Скажем так, пока он стреляет – я в безопасности.
Другое дело, что будет, когда эта закованная в сталь махина подойдёт поближе…
Бам-бам-бам-бам!
Дуду-ду!
Не понял.
Последний звук немного выбивался из канонады пулемётной очереди. Как будто… Как будто кто-то стучал по моему щиту…
Дуду-ду!
– …стите …ня!
Бам-бам-бам-бам-бам!
Выглянув с левой стороны щита, я посмотрел на багажник и удивлённо покачал головой. Звук совершенно точно доносились оттуда.
Неужели Серебряные засунули кого-то в багажник?
Дуду-ду!
– …му …орю! …стро …крыл …тот…суров …ажник!
Я, немного поколебавшись, только хотел было открыть «этот ксуров багажник», как внезапно наступила тишина.
Ну как тишина…
Где-то слева орал Аллоний, с той же стороны кто-то рычал, но главное – прекратился свинцовый дождь.
Не теряя времени даром – кто его знает, сколько длится перезарядка? – я пружинисто поднялся на ноги, вскидывая перед собой Ураган.
Поймал в прицел сияющий шлем рыцаря и…
Умц! Умц! Умц!