Сердце Севера
Шрифт:
— Обещаю, — с легким сердцем шепнула я.
И новый поцелуй, от которого сладкое томление захватило в жаркий плен, а сердце от волнения забилось где-то у горла.
— Ты станешь моей женой, Юна МакВелис? — Горячий, страстный шепот в ночи вызвал табун уже знакомых и желанных мурашек. — По древнему брачному обряду?
— Ройдан...
— Я обещаю, что всегда буду любить и беречь тебя, — поцелуй в шею. — Обещаю, что одну тебя любить буду, — горячее дыхание обожгло кожу. — Всю жизнь. — И новый поцелуй. — Ты согласна на древний обряд?
— Согласна!
— Согласна стать
— Да!
— Юна, девочка моя любимая...
Умелые руки медленно расплели мои волосы, вытащили из них ленты, свидетельствующие о том, что я девица. Некоторое время сильные мужские пальцы перебирали мои пряди, а мужские губы шептали, что они напоминают самый дорогой шелк…
Ещё миг и я оказалась перед Ройданом на ногах, без платья, лишь в тонкой нательной рубашке. Мужской взгляд осмотрел каждый сантиметр моего подрагивающего тела, почти физически обжигая меня. Ройдан так смотрел на меня, словно видел впервые, и от его взгляда внутри все плавилось, скручивалось и наполняло предвкушением чего-то невероятного… волшебного...
— Ты просто невероятно прекрасна, невеста моя.
Мой любимый легко подхватил меня на руки, бережно прижал к груди и уверенным шагом направился к Быстрой реке. Мужское сердце билось гулко, рвано и говорило мне о том, что Ройдан тоже волнуется.
***
Под внимательным взглядом Голубой луны лунная дорожка в воде блестела серебром и убегала вдаль. Ройдан зашел в воду по грудь, запрокинул голову и мгновение пристально вглядывался в сегодняшнюю королеву ночи. Показалось, что мужские губы что-то беззвучно прошептали, словно он что-то пообещал Ей. А может быть, и что-то попросил. Затем мужчина обратил на меня хитрый взгляд, прищурился и резко присел со мной на руках. Я взвизгнула и едва успела задержать дыхание.
Мы вынырнули, и Ройдан поплыл по лунной дорожке в сторону, где становилось глубже. Он лег на спину, а меня уложил сверху, нежно обняв. Через короткое время он развернулся, и мы поплыли к берегу, у которого, не выходя из воды, еще долго целовались.
Семур вышел со мной на руках, и я с удивлением увидела, что один из оборотней, Алан МакКонор, на берегу уже успел развести небольшой костер, и теперь стоял рядом с ним в ожидании нас и проведении обряда.
— Смотри на звезды, а не на мою женщину, — строго процедил мой оборотень, аккуратно поставил меня на ноги, скользнул взглядом по фигурке, которую плотно облепили рубаха и длинные волосы, и хрипло поинтересовался: — Девочка, ты что-нибудь прочитала об обряде? Знаешь, как он проводится?
Я кивнула, закусив губу, — вслух не смогла ответить от неожиданно охватившего волнения. Меня хорошенько потряхивало, и я вдруг отчетливо осознала, что ещё немного и... обратной дороги не будет. Т понимания этого я почувствовала нарастающую панику, но твердый и уверенный взгляд Ройдана, его быстрое нежное прикосновение к щеке, успокоили меня и привели в чувство.
— Юна, все хорошо, — шепнул он. — Ты сделала правильный выбор. Мы должны встать на колени.
Оборотень опустился сам, и потянул меня за собой. Я встала на
Ройдан взял кинжал, который неуклюже подал ему МакКонор, все ещё послушно смотрящий на звезды. Вынул его из ножен. Я протянула свою тонкую подрагивающую руку, мужчина развернул ее запястьем вверх, бережно удерживая в своей большой, сильной, покрытой русыми волосками.
Острым лезвием Ройдан сделал крест-накрест небольшие порезы на моем и своем запястье, прислонил одно к другому, смешивая нашу кровь.
— Я, Ройдан Семур, клянусь перед Многоликой Пресветлой Богиней Матерью, что всегда буду любить и беречь тебя, Юна МакВелис, обещаю быть верным и преданным мужем до последнего вздоха. Пресветлая Богиня Мать, прошу, благослови наш союз. Мои свидетели — вода, земля, огонь и воздух. А ещё... Голубая луна.
— Я, Юна МакВелис... — Я повторила за Ройданом клятву слово в слово.
— Я, Алан МакКонор, подтверждаю, что эти двое без принуждения, по доброй воле, вступают в союз и полностью осознают последствия магического брачного обряда.
Мое запястье лежало на запястье Ройдана, МакКонор перевязал наши руки красной узкой лентой, завязал четырьмя узелками, символизирующими воду, землю, огонь и воздух. Все это время оборотень сосредоточенно смотрел на то, что делает. После последнего узелка МакКонор порезал большой палец левой руки; на каждый узелок упала капля его крови.
МакКонор как-то незаметно исчез, и на берегу Быстрой реки я и Ройдан остались вдвоем. В темноте лунной ночи ярко горели глаза моего оборотня. Моего мужа.
Ройдан потянулся ко мне, осторожно стянул с меня мокрую рубашку, тело тут же прикрыли мурашки, волоски встали дыбом. Широко распахнутыми глазами, с замиранием сердца, я наблюдала, как темнеет голубой взгляд, как сливается радужка со зрачком, а некрасивое мужественное лицо приобретает хищные черты. Муж уверенно протянул руки и нетерпеливо потянул меня на себя.
Откуда-то взялась огромная теплая шкура, на которую меня уложили. А дальше...
Горячо жалили поцелуи, которых мне было мало...
Обжигали жадные ладони, под которыми я чувствовала себя самой желанной...
Прерывистое дыхание смешивалось и становилось одним на двоих... невероятно горячим...
Я улетала на небеса и вновь возвращалась, плавилась, разлеталась на многочисленные частицы и вновь возрождалась...
— Жена моя... Жизнь моя... — шептал мой любимый, и его шепот мгновенно отзывался сладким томлением во всем теле.
— Люблю тебя, мой волк, — шептала в ответ, отдаваясь своему мужчине.
***
— Я старался, чтобы первый раз был безболезненный.
Ройдан обнимал меня, перебирал волосы и целовал то в висок, то в скулу, то в уголок улыбающегося рта.
— Мне было не больно.
Я щурилась и прислушивалась к себе новой, к своим ощущениям.
— Юна, хочу, чтобы ты всегда была рядом.
Муж легко куснул меня за плечо, снова оставляя на мне свою метку, которых и так было уже приличное количество.