Сердце странника
Шрифт:
Дальнейшие вечера тонули в густом молчании и сумраке. «Компаньонки» друг друга упорно не замечали.
Вот и сейчас Кристина застала в квартире гробовую тишину. Дверь в комнату Зойки была приоткрыта. Это означало, что сама Зойка отсутствовала. Насколько Кристина знала, она подрабатывала где-то на стороне и тогда пропадала до поздней ночи. Из-за этого вздохнулось свободнее. Молчаливая Зойкина враждебность автоматически распространялась и на саму Кристину, а
Не успела Кристина переодеться, как в дверь позвонили. На пороге оказался пожилой человек. Он снял старомодную шляпу-пирожок, явив взору блестящую лысину, окруженную седым венчиком волос. Потом приложил шляпу к груди и чуть поклонился.
— Здравствуйте, — улыбнулся он блестящими коронками.
— Здравствуйте, — поздоровалась Кристина.
— Я Семен. Семен Григорьевич. Ты… Вы меня не узнали?
— Узнала? Вас? — удивилась Кристина. — Откуда?
— А, наверное, ты меня не помнишь! Ты была тогда совсем маленькая. Такая шустренькая девчонка, прям живчик!
— Честно говоря, я не совсем понимаю…
— Вы — Аня! — радостно заключил Семен Григорьевич.
— Нет. Я Кристина. И всю жизнь была Кристиной.
— Ох! Обознался! Простите.
— Ничего, — вежливо улыбнулась Кристина, закрывая дверь, но старик воскликнул:
— А Анжелика Федоровна дома?
Кристине пришлось снова распахнуть дверь.
— Вы к Анжелике Федоровне?
— К ней, к ней, — кивнул поспешно старик.
— Проходите. Только не знаю, может ли она сейчас…
— Зоя! — донеслось из комнаты. — Кто там? Что за отвратительная манера шушукаться в передней?! Кто там пришел?
— Это я, Анжелика Федоровна! — крикнул радостно посетитель, так что Кристина поморщилась.
— Кто это я? — из своей комнаты, опираясь о палку, вышла сама хозяйка и застыла на пороге.
— Я. Семен. Помните?
Старуха прищурилась, всматриваясь в гостя, а потом ахнула, прижав руку к груди:
— Бог мой! Семен, голубчик! Как же это… Как же вы вспомнили обо мне? Столько лет!
— Так вот… Вы уж извините, что нежданно-негаданно.
— Проходи! Проходи сейчас же! Не стой у порога. Кристина, ну что же ты! Помоги ему, детка, снять пальто!
— Не, не! — замахал руками веселый старик. — Я за вами. Собирайтесь, стало быть.
— За мной? Это как, Семен, понимать прикажешь?
— Так, на свиданье, Анжелика Федоровна, вас приглашаю. Извольте со мной променад по городу совершить. — Семен Григорьевич приблизился к хозяйке дома и приложился к ее дрожащей руке, потом ласково накрыл ее своей рукой.
— Боже, какие глупости! Свидания
— И слышать ничего не желаю! Едемте. Я на машине.
— Что ты это выдумал? Я и не выходила уже года два. Если не больше. Кстати, Кристиночка, познакомься, это Семен Григорьевич, водитель моего мужа. Изумительной души и такта человек. Сколько же мы с тобой, Семен, не виделись? Лет двадцать, наверное?
— Десять, Анжелика Федоровна. Десять годков.
— Полысел, полысел совсем, — она поцеловала его в макушку. — Боже, боже, как летит время. А я помню тебя интересным мужчиной. Сильный, чернобровый, импозантный. Ох, многие жены сослуживцев Михаила Степановича покой теряли из-за тебя. К себе даже переманивали! Слышишь, Кристина? Такой был донжуан!
— Было дело, было, — смущенно хихикал старик. — Только сгинуло все давно. Да. Одна лысина вот и осталась. А вы все такая же, Анжелика Федоровна! Ей-богу!
— Ах, кот льстивый! Надо же, что выдумал! Уж я совсем теперь не та. Разваливаюсь на ходу, скриплю вся, как несмазанная телега. Кости на погоду ломит. Без слабительного, голубчик, и в туалет незачем ходить. Вот такая стала Анжелика.
— А мы вот с вами прогуляемся, то-то сразу помолодеете лет на двадцать. Ну, давайте, давайте! Одевайтесь живенько! Машина под парами! Девушка, помогите нашей несравненной Кармен одеться!
Старик подтолкнул недоумевающую Кристину к Анжелике Федоровне.
Через двадцать минут тепло одетую хозяйку дома спустили вниз и усадили в машину, не забыв прихватить складное кресло на колесах. У самой Кристины не оставалось сомнений в том, кого Анжелика Федоровна возьмет в провожатые на эту неожиданную прогулку. Впрочем, Кристине и самой стало любопытно: может, у Анжелики Федоровны появился обожатель? Почему нет? Хоть какое-то разнообразие после Зойки.
Сидя в машине, Анжелика Федоровна жадно всматривалась в окно, провожая взглядом каждый дом, каждую незначительную мелочь, вроде рекламных щитов.
— Прежний, — произнесла она тихо.
— Что вы сказали? — переспросила Кристина.
— Город прежний. Красивый, меланхоличный и молодой. В отличие от меня. Так странно чувствовать себя в нем другой. Я здесь, словно гость в когда-то родном доме, в котором теперь живут другие люди.
Она достала платок и прижала его к глазам.
— Как вы себя чувствуете? — встревожилась Кристина.
— Как семидесятитрехлетняя старуха, просидевшая слишком долго в четырех стенах. Семен, ты помнишь, какая я была?