Шрифт:
СЕРДЦЕ
1932
2
Первое издание: Париж, 1932
3
После дневных трудов сойдемся на беседе о Сердце. Оно поведет нас через земные
области к Тонкому Миру, чтобы приблизить к сфере Огня.
4
1. Видеть
пониманием сердца; помнить прошлые накопления сердцем – так нужно стремительно
идти путем восхождения. Творчество обнимает огненный потенциал и насыщается
сокровенным огнем сердца. Потому на пути к Иерархии, на пути к Великому Служению, на пути Общения, синтез есть единый светлый путь сердца. Как излучать явленные лучи, если нет пламени, утвержденного в сердце? Именно свойство магнита заложено в сердце.
Творчество высшее насыщается этим великим законом. Так каждое завершение, каждое
объединение, каждое великое космическое единение совершается пламенем сердца. Чем
можем заложить основание великих ступеней? Истинно, лишь сердцем. Так дуги
сознания сливаются в пламени сердца.
Так мы запомним о прекрасном притяжении магнита сердца, который соединяет
все явления. Истинно, серебряная нить соединения Учителя с учеником есть великий
магнит сердца. Объединение Учителя с учеником утверждает сущность всех эволюций.
2. Многие легенды описывают исполнение желаний, но не говорят об основном
условии: о безысходности, которая обостряет желание до непреложности; каждый малый
обходный путь уже притупляет стрелу непреложности. Но как плывет не знающий воду, когда опасность тянет его на дно, так решается получение желания, когда все пути
отрезаны. Люди говорят – свершилось чудо! Но часто лишь была заострена психическая
энергия. Сердце, это солнце организма, есть средоточие психической энергии. Так мы
должны иметь в виду закон психической энергии, когда говорим о сердце. Прекрасно
ощущение сердца, как солнца солнц Вселенной. Должны мы понимать солнце Высшего
Иерарха как наше Знамя. Прекрасно это Знамя как мощь непобедимая, если глаза наши
усвоили сияние его, отразившееся в сердце нашем.
3. Назовут ли сердце жилищем Элохима или синтезом синтезов, оно все же
останется средоточием. Даже те, которые признают за сердцем лишь низшие, физиологические функции, даже они относятся заботливо к сердцу. Насколько же глубже
должен прислушаться к сердцу, кто знает о магните и серебряной нити! Потому Учитель
так уносит от всего узкофизического, чтобы на каждом органе напомнить о мире
духовном. У Нас праздник, когда чистое мышление переносится в сферу незримого
Сущего. Нужно так настойчиво вводить в жилище
входящего. Можно признать путь избранных, когда им Незримый Мир становится
реальным и доступным; тогда можно заметить рост сознания и сами органы тела
преображаются, напитанные связью с Иерархией.
4. Сердце есть храм, но не кумирня. Так Мы не имеем ничего против построения
храма, но не принимаем кумирни и базара. Также, когда говорим о построении храма в
виде сердца. Мы не имеем в виду сердцеподобные очертания, но указываем на
внутреннее значение. Не может существовать храм без сознания цепи беспредельной, так
и сердце прилежит всем ощущениям Космоса. Сердечная тоска или радость созвучит с
дальними сферами. Отчего же чаще ощущается тоска, нежели радость? Но постоянные
пертурбации космические, конечно, потрясают сердце, к ним приобщенное. Зато и
служение сердца такого велико на весах мира. Помогайте мира строению! Нет [ни] дня, ни часа, когда бы мир не был в опасности. Не два глаза могут эти опасности усмотреть, но лишь три, как на Знамени Владык. Нужно понять храм сердца, как неотложное
ощущение. Не случайно сердце отмечалось знаком креста. Так знак креста вечно
сопутствует храму сердца.
5. Новые условия явят путь будущему. Истина все та же, но сочетания иные, соответственно сознанию. Сколько прекрасного разрушено по причине незнания храма
сердца. Но будем непреклонно устремляться к осознанию тепла сердечного и начнем
чувствовать себя носителями храма. Так можно переступить за порог Нового Мира. Как
ничтожны полагающие, что Мир Новый уже не для них. Разны тела, но дух не избежит
Мира Нового.
5
6. Сомнение есть гибель качества. Сомнение есть могила сердца. Сомнение есть
начало безобразия. Сомнение должно быть упомянуто в каждой беседе, ибо без качества
куда же пойдем? Без сердца что поймем? Без красоты что достигнем? Спросят: “Почему
сперва „Беспредельность", потом „Иерархия" и лишь после „Сердце", отчего не
наоборот?” Но раньше направление, потом связь, после средство. Нужно не испортить
это священное средство сомнением. Обратимся к качеству пульса у человека
сомневающегося и у него же – в час верного устремления. Если сомнение может менять
пульс и эманации, то как физически разлагающе будет оно действовать на нервную
систему. Психическая энергия прямо пожирается сомнением.
После сомнения напомним о самом предательстве, ибо кто же ближе к сомнению, как не предатель? Но ту тьму можно преодолеть лишь причастием к Иерархии, к самому
неизбежному, как сияние солнца. Правда, жжет оно, но без него тьма!