Сердцеед
Шрифт:
– Я знаю, что это ужасно, – Откусывая кусочек за кусочком рыхлой ткани, с чувством вины, простонала Анаэль. – Но это так вкусно! – Она с наслаждением закрыла глаза и принялась активно пережевывать свой ужин.
Подобные "пиршества" тяжелей всего давались блондинке. "Застолья", где больше не существовало добра и зла, не оставалось границ, что так старательно создавали небеса в ориентиры человечеству. Но именно эти "казни", насыщали бессмертные чрева и придавали молодым людям сил на дальнейшее существование.
–
"Ангелочек" поморщила свое перепачканное в мазуте личико, посмотрев на жертвы алчности, после чего перевела взгляд на сердечный клапан у себя в руках.
– Я не виню себя, – Неуверенно сказала она. – Мне просто жаль, что мы не встретились с ними тогда, когда в их сердцах ещё была надежда на искупление.
Закатив глаза, "Пламя" потянулась в сторону подруги и, выхватив из ее рук остатки "еды", бесцеремонно закинула себе в рот.
–Так, что там с баристой? – Игнорируя возмущенный взгляд Анаэль, спросила вновь у Зеда Дина, пережевывая сердце.
– Бессонница. – Коротко ответил шатен, проглотив остатки пищи и вытерев при этом большим пальцем капельки смолы у себя на лице. – Она точно одна из нас. Ее усталость и растерянность мне слишком знакомы, чтобы отрицать очевидное.
Олдридж сурово подобрал губы, обращаясь воспоминаниями в ночь своего призвания. Туда, где его естество окутал страх осознания, кто он такой. Или, вернее сказать, кем он стал по благоволению Луны: братом и другом, спасением и наказанием, приговором, что не подлежал оспорению. Сердцеедом, который пополнил ряды карателей, чьей миссией было искоренение грязи из этого мира. Подобно волкам, они врачевали планету, что так стремительно покрывалась мглой больных сердец и душ.
Покосившись на подруг, которые, как и он, вспоминали собственное обращение, Зедекия заметил взгляд блондинки, устремленный с сочувствием в сторону Дины. Не замечая прикованным к ней парам глаз, девушка уставилась на грязный пол, словно бы надеясь, что толщи бетона будет достаточно, чтобы воспрепятствовать ее памяти заглянуть дальше реальности. В прошлое, наполненное муками одиночества и полного непринятия окружающими. Туда, где ее жизнь превратилась в ад, окутанный страхом и паникой.
– Это страшно… – Задумчиво опустив глаза на свои черные руки, прошептала с
– Ужасно. – Рывком поднимаясь на ноги, чтобы скрыть от друзей глаза и ранимость души, проговорила "Пламя".
– Опасно. – Следуя примеру подруги, вставил Зед, чей черный костюм лоснился от влаги, которая пропитала его насквозь.
– Не утрируй. – Пряча горечь за надменностью, прыснула девушка, поправляя свое алое каре. – Да, принять то кто ты есть сложно, но от этого ещё никто из нас не умирал.
Облизав губы, Дина потянулась к сумочке и достала из нее салфетки. Принявшись оттирать руки и лицо, подруга передала пачку Анаэль, а сама схватилась за помаду цвета черной черешни и провела ею по своим обесцвеченным губам.
– Дело не только в принятии. – Проведя рукой по растрепавшейся укладке, пояснил Зедекия, после чего по привычке поправил манжеты рубашки.
– Нет? – Пытаясь оттереть "сажу" с волос, спросила Анаэль. – А в чём ещё?
– Бессмертие – красивая сказка для дураков. Но для нас, – Глаза мужчины вспыхнули праведным гневом. – Это проблема. Особенно если тебе хотят причинить боль.
– Ей кто-то угрожает? – Убрав помаду в сумочку, напряженно спросила Дина, прошедшая многие пытки, прежде чем к ней присоединилась Ани.
– Она этого не говорила, но я не слепой и отнюдь не лишён рассудительности. – С чувством собственного достоинства, ответил Олдридж.
– Значит, надо скорее рассказать ей о том, кто она такая. – Ревностно произнесла блондинка, – И тогда ее больше никто не обидит. А ещё, она сможет жить с нами! – Воодушевившись, взвизгнула Анаэль, чьи глаза засияли пепельным восторгом. – Ещё одна сестра! Это так волнительно!
– Поубавь свой оптимизм. – Раздражённо поморщился Олдридж. – Все не так просто. Она напугана и совершенно не доверяет мне. Очевидно, что на то есть причины, но это все осложняет. – Холодно посмотрев на подруг, Зедекия ухватился за протянутую ему салфетку.
– Для этого просто нужно время, – Со знанием дела, проговорила блондинка.
– Время? – С презрением фыркнул Зед. – Время, за которое на ее теле появятся новые шрамы и синяки?
Дина и Ани переглянулись, не в состоянии поверить, что впервые за время их знакомства, Зедекия, кажется волновался о ком-то за пределами их бессмертного клуба.
– Может именно это ей и нужно? – Попыталась обнадежить Зедекию подруга. – Понять, что все люди обречены? Что они подобны падали, которая не заслуживает ничего кроме приговора?
Анаэль с недовольством посмотрела на Дину.
– Может она не такая как вы? – С возмущением скрестив руки на груди, вступилась за Бонни блондинка. – Может она поймет, что ранят те, кто лишён любви? Что они нуждаются в надежде?
Конец ознакомительного фрагмента.