Серебряная доля
Шрифт:
– А больше ничего и не остается, - Сийри, мрачно выудив из баула с учебниками какую-то брошюру, попыталась отвлечься.
Отвлекаться получалось плохо: перебранка из кабинета, со временем обретающая все более агрессивный характер, нетерпеливый гомон прочих пассажиров, невероятная духота в коридоре - в итоге Сийри едва одолела введение. Сдавшись, она сунула брошюрку за пазуху и решительно соскочила с подоконника.
– Нит, пошли подышим, - вздохнула
– А то я умру прямо здесь!
– Долго же ты терпела, - хмыкнула подруга, напоследок поковыряв ногтем намертво заколоченные окна.
– Начальник-то в прохладе сидит.
На первом этаже под лестницей горел свет, и какая-то женщина грохотала ведрами.
Увидев девушек, она не выдержала.
– Ходят, ходят, как заводные, спасу нет! А ты мой, убирай… У меня тоже дом есть, между прочим!
– Как бы нас до своего добраться, - Сийри устало присела на крылечке. Нагретый за день камень источал приятное тепло, а вечерний близ с Добродея весьма кстати холодил разгоряченнле лицо. Девушка отчаянно жалела, что нельзя расстегнуться.
Нита, пристроившись рядом, пояснила уборщице: - С "Ласточки" мы. Точнее, мы на нее не попали.
– Ваше счастье, - сочувственно усмехнулась уборщица.
– Какие места?
– Третий класс, - вздохнула Нита.
– Наверно, если бы успели разместиться - сейчас бы стояли, в чем есть.
– Ой, девоньки, - присвистнула уборщица.
– Как приедете - поставьте в церкви свечку за здравие. "Ласточка" за три минуты утопла, пассажиры в одних портках повыпрыгивали. Ой, чую - набегут завтра лигитонцы прямо с утра - будут выяснять, чей умысел. Как будто без того так неизвестно - чью рожь с перегрузом сыпали.
Сейчас в одних портках у начальника сидит. А ведь кричал еще - "давай, давай, не ленись!". Вот теперь птичек кормит.
– Хорошо, не рыбок, - Сийри поняла: жизнь не так уж плоха.
– Так это он так вопит?
Уборщица прислушалась.
– Нет, это наш Крукиш. Уж слишком визгливые нотки - видать, тоже совесть нечиста. Это надолго.
– А нам что делать?
– девушки снова приуныли.
– За свои кровные билеты брать?
– Да, еще потом скажут - даже по распределению не явились, а еще отличницы, - добавила Нита.
Уборщица хмыкнула.
– Так неймется в этот свой Маскон?
Сийри кивнула. Уборщица задумалась.
– Ладно, ждите здесь. Кто будет спрашивать Уллу Аугустовну - это я - скажите, что скоро буду. А пока, - она ткнула рукой в сторону ведер и швабр, - полы на первом этаже помойте. Идет?
И женщина с необычайной грацией растворилась в ночи.
Бурные воды, гонимые швабрами, окатили грязные половицы и исчезли в стоке, оставив после себя иллюзию временной чистоты. Сийри с оханьем распрямилась, потерев поясницу.
– Привыкай, - Нита сочувственно засмеялась.
– Теперь придется все самой убирать.
– Кошмар какой, - улыбнулась Сийри.
– Елки, а нельзя это как-нибудь
– Можно, - вдруг донесся до них знакомый голос. В комнату зашла Месике в сопровождении мрачного человека в светло-сером плаще. Тот, хмуро кивнув подругам, уселся на стул у стены, пригладив стального цвета ежик на голове.
– Это тетушка - консерватор, я уж лет пять веника в руки не брала. Кстати, где она?
– Улла Аугустовна?
– уточнила Нита.
– Сейчас будет.
– О, уже познакомились, - удовлетворенно констатировала девушка.
– То-то вижу: со швабрами пляшете. Кстати в честь чего танцы?
– Наш транспорт утоп, - вздохнула Сийри.
– А ехать-то надо.
– Да уж, слышу, - как-то невесело усмехнулась Месике, прислушавшись к гомону этажом выше.
– Да, кстати - вы же в Маскон едете, верно?
Девушки согласно кивнули.
– Тогда знакомьтесь, - лаборантка кивнула в сторону мага, нервно барабанившему пальцами по коленям, - Гомза Данич с кафедры водников. У вас там какая-то нечисть завелась, вот его командировали.
– На ночь глядя, - колдун, попытался устроиться поудобнее на скрипучем стуле.
– Я еще это припомню.
Месике, вздохнув, пожала плечами, всем своим видом показывая: "чем бы не тешился, а вы не обращайте внимание".
Тут входная дверь снова хлопнула, и в кассовый зал вошла Улла Аугустовна.
– Мей, ты чего тут забыла? Или опять так набедокурила, аж свинтить подальше хочешь?
Месике состроила невинное лицо.
– Все в порядке, тетушка. Тут просто срочная командировка у одного человека, вот я обеспечиваю. Начальник у себя?
– До утра будет, - фыркнула уборщица.
– У нас тут очередная коробка утопла. А куда ему надо?
– В Маскон, - девушка, украдкой погрозила нахохлившемуся магу. Тот с отсутствующим видом уставился на запертое окошко кассы.
Улла Аугустовна с подозрением оглядела племянницу и ее спутника.
– Видать, кое-кому сама судьба ворожит. Ладно, идите за мной.
Идти оказалось неблизко - к дальнему причалу. Улла Аугустовна на подходе к пирсу чуток отстала, притормозив девушек.
– Тут такое дело, - начала она, явно смущаясь.
– Капитан согласен вас до Маскона подбросить. Но небесплатно. По три марочки - устроит?
Сийри задумалась. С одной стороны, тот же билет третьего класса стоил две марки, а с другой… Очень не хотелось застрять в незнакомом городе, пока портовое начальство соизволит разобраться с претензиями.
– Идет, - скрепя сердце, она выудила из кошеля пару бумажек.
– Вот и отлично, - уборщица, облегченно вздохнув, поспешила вперед.
Искомый транспорт удачно спрятался полузатопленных куттеров - только вымпел на единственной мачте выдавал "обитаемость" судна. Впрочем, на палубе было пусто - даже в иллюминаторах не виднелось ни единого проблеска. Месике с Гомзой Даничем уже недоуменно топтались у сходней, не решаясь ступить на палубу.