Серебряная доля
Шрифт:
Она с каким-то непонятным изумлением уставилась на собственные руки, потом на иронично глядящего на нее шефа, и расхохоталась в полный голос:
– Ой, вы бы видели себя в зеркале… Умора…
– Осведомлен, осведомлен… Такого у вас насмотрелись, хоть уши затыкай - всем рассказать норовят. Ладно, если б в них хотя бы отражалось, что положено!
– профессор, укоризненно махнув рукой, подошел к какому-то механизму, деловито жужжащему в углу комнаты.
– Значит, факт налицо: шапки-невидимки изобретаем, а государственное серебро разбазариваем, - с этими словами прибор
– Но зато чистый эксперимент, - длинный парень с аккуратной бородкой вытер слезящиеся от смеха глаза, - если уж вы с первого раза не засекли, то эффект можно считать доказанным.
– Еще бы не заметить, шум-то не экранируется, - возразил Арвид Отанович, - Но это мы обсудим позже. А завтра, прямо с утра я вас, уважаемый Витен, жду у себя - с отчетом по всей форме.
Веселье в зале поутихло - видать, даже тут бумажную работу автоматизировать не сумели. Лаборантка, проявившаяся первой, внимательно выслушала профессора и повернулась к девушкам:
– Это вас оформлять? Пошли тогда. Я Имма, можно просто Месике.
– Как-как?
– удивилась Сийри.
– Месике. Пошли скорее, ведь до обеда не успеем. Сперва в канцелярию, а потом в библиотеку, а на склад уж напоследок - главное, до обеда успеть. А то ж знаете: для некоторых обед - священная корова, покушаться на нее опасно, - девушка хихикнула.
Оформление, против ожидания, затянулось надолго.
– Точно говорят, есть бюрократы двух типов: одни только что вышли, другие - еще не пришли, - мрачно ответила Нита, в который раз выслушав "придется еще чуток обождать", - мы хоть на пароход успеем?
В ответ на эти слова часы в глубине коридора звонко щелкнули и отбили час.
– Обед, - грустно констатировала Месике.
– Пошли, девчонки, придем через час.
– Чтоб вам пусто было, - в сердцах воскликнула Сийри, погрозив кулаком запертой двери.
Косяк вдруг вспыхнул золотистыми рунами, а в воздухе запахло серой.
– Проклятия накладываем?
– из- за угла появился профессор в сопровождении какого-то худощавого старика в военной форме.
– Еще не поступили, а уже колдуете. Как не стыдно!
– О, Арвид Отанович, - расцвела лаборантка, - вы как всегда вовремя! Фелиция снова заперлась - никого не пускает.
– Долго уже сидите?
– поинтересовался маг.
– С час, - вздохнула Месике.
– Я, конечно, извиняюсь, - проскрипел старик. Сийри, разглядев у него на петлицах серебряного дракона, охнула - незнакомец оказался рыцарем-оринитом в звании антейра.
– Но я бы хотел знать, когда кончится этот балаган? Дисциплина в этом кефирном заведении ни к лешему не годится. Хотелось бы мне знать, почему Великий магистр до сих пор не навел у вас тут порядок.
– Видимо, у него есть на это причины, Ваша Светлость, - профессор отвесил антейру неглубокий поклон.
– Уверяю вас: церемонию не задержат ни на минуту.
– Сомневаюсь, что ее вообще стоит проводить, - проворчал антейр.
– Опять наберете неизвестно кого -
Профессор, помрачнев, увлек рыцаря за угол. До девушек донеслись обрывки фраз:
"…развели цветник", "Реван отобрал!", "порядочный, да. Мерзавец он порядочный!…", "наш мерзавец", "послушников привлечем, сколько раз…", "брак недопустим!", "брак и есть", "…отличием!".
Последовала долгая пауза, и спорщики наконец вернулись к девушкам. Антейр все еще упрямо поджимал губы, но взгляд его потеплел.
– Ну, благородные доминьи, - после паузы сказал он.
– Следуйте за мной, время не ждет.
Овальный зал также прятался в подвале, но, против ожидания, в нем было очень светло - высокие потолки, стрельчатые витражные "окна", отбрасывающие на зеркально отполированный пол разноцветные тени.
– Встаньте в круг, - скомандовал граф, нетерпеливо ткнув в сторону выложенного разноцветной плиткой круга из рун. Сам он быстро прошел к шкафчику в дальнем углу, принявшись извлекать оттуда пару каких-то серых свертков, бланки, полупустую бутыль синего стекла и шпагу в ножнах.
– Надевайте мантии, - буркнул антейр, сгрузив поклажу на стол в конце зала, и запустил в подруг серыми свертками.
– Не мой размерчик, - едва слышно вздохнула Нита. разворачивая мантию до боли знакомого фасона.
– В который раз.
– Разговорчики!
– рявкнул рыцарь.
– Арвид Отанович!
Профессор, став рядом с графом, выжидательно глянул на подруг. Те послушно замерли по стойке смирно.
– Итак, - удовлетворенно осклабившись, начал антейр, - Клянетесь ли вы, не щадя жизни, защищать свою Родину и всех ее граждан, от мала до велика?
– Клянемся, - хором ответили девушки.
– Клянетесь ли вы всеми силами служить Империи и неустанно печься о ее благе?
– Клянемся.
– Клянетесь ли вы хранить традиции, блюсти верность Империи и следовать долгу?
– Клянемся.
– Волей императора я посвящаю вас в коллегиали, - Сийри почувствовала, как шпага осторожно коснулась правого, потом левого плеча. Девушка как завороженная следила за бритвенно острым клинком, и в какой- то момент даже ухитрилась рассмотреть свое отражение в идеально отполированной стали.
– Во имя Муромина и его народа, да будет так. Теперь дайте мне левую руку.
Сийри почувствовала, как нетерпеливые пальцы буквально рвут плотную шнуровку.
Буквально через секунду предплечье словно обожгло огнем. Девушка, ойкнув, попыталась выдернуть руку, но рыцарь держал крепко.
– Терпи, архимагом будешь, - хохотнув, сказал он.
Действительно, боль уже утихала. Вскоре она уступила место прохладе, а когда девушка глянула на руку - на левом предплечье красовался простой браслет из полированной, местами потертой бронзы. Рядом ойкнула Нита - пришла ее очередь.
– Поздравляю, - рыцарь, отряхнув руки, вернулся к столу.