Серебряная доля
Шрифт:
– Да погоди ты!
– парень схватил Мэв за руки, но она вырвалась, с наслаждением залепив негодяю пощечину. Матово-белая кожа, странно спружинив, лопнула, открывая черноту.
– Да, я дроу, - понурил голову парень.
– Родился таким. Наверно, таким умру.
Потому мне нельзя оставаться на одном месте надолго.
– Но, наверно, есть какое-то средство?
– озадаченно поинтересовалась Мэв.
– Да, - вздохнул Мельдир.
– Но попасть мне туда не по зубам. Хотя ты
В голове Мэв снова проскрипел голос покойного Мекеша: "Рано, Мэв. Подучись, может, получится". Кровь девушки вскипела.
– Опасно, говоришь?
– ее голос не предвещал ничего хорошего.
– Это мы еще посмотрим, для кого опасно.
До заката Снежа успела представиться руководителю экспедиции, который оказался давним знакомым ее отца, задумчиво попинать груду земли, древних каменных плит вперемешку со щепками на дне раскопа, где так неудачно завалило Исиль, и обжить ангар стройматериалов, где оказалось жилье пострадавшей. Подстилка Исиль отлично вписалась между грудами мешков с цементом.
Насколько девушка поняла из путаных объяснений археологов, Исиль пала жертвой несчастного случая: раскоп, где случился обвал, никто не обследовал с момента его отрытия. Снежа уже готовилась, чтоб прямо с утра пойти к профессору и сказать: она уверена в абсолютной невиновности всех присутствующих, как вдруг земля едва заметно вздрогнула, а по округе прокатилось едва слышное "Ррок!".
– Что это было?
– девушка глянула на провожатого, но тот с отсутствующим видом созерцал алые от закатного солнца руины и ничего не ответил.
– "Ррок" это?
– А, - парень, оправив потрепанную курточку, пожал плечами.
– Без понятия. Это из-под Ллавариарвалра импульс. Каждый день на закате случается, но зачем - никто не знает. Самым молодым зданиям тут - по полмиллиона лет, представляете? До сих пор кое-какие вещи работают. Умели же драконы строить, а?
Вернувшись в ангар, Снежа решила: с заявлением насчет невиновности всех и каждого всегда успеется, а пока - самое время подумать, азаодно почистить винтовку. Пока все выходило весьма складно: старый раскоп, ежедневные сотрясения, обвал. Единственное, пока оставшееся непонятным - зачем Исиль шла именно по этому раскопу? Надо бы завтра осмотреть траву на дне - может, она просто всегда там ходила?
Снежа собрала винтовку, передернула затвор, с удовлетворением выслушав сухой щелчок бойка и высыпала на ткань содержимое коробки с патронами. Они были столь аккуратные, одинаковые, так мягко сияли полированными боками в свете лампы, что девушка невольно залюбовалась картиной. Залюбовалась… и вздрогнула, поняв: пара патронов с краю сияли с легким уклоном в красноту. Девушка, едва дыша, подкинула их на ладони: они показались ей чуть тяжелее нормы. Снежа с замиранием сердца глянула на донышки, тут же поняв: не ошиблась: патроны оказались серии "ААВР-992",
Значит, подменили. Снежа постаралась вспомнить момент получения оружия: нет сомнений, когда она прятала патроны в сумку, обе пачки были запечатаны по всем правилам. Снежа глянула багаж: вторая пачка оказалась на месте, со всеми ленточками и печатями.
– Становится интереснее, - мрачно пробормотала Снежа, потерев подбородок.
– Ладно, завтра будем разбираться, - девушка решительно набила магазин винтовки, сунув подозрительную парочку в карман, а остаток снова сгребла в коробку.
– Завтра.
Ночь прошла беспокойно - Снежа постоянно просыпалась. Ей все время чудились какие-то зловещие фигуры, подкрадывающиеся из дальних углов склада и злобный шепот за стенами. Под утро она уже хотела, плюнув на все приличия, соорудить себе дот по всем правилам - благо, материалов хватало, но вдруг крепко уснула, даже проспав завтрак.
– Ишь, как на вольном воздухе- то разморило, - захихикал повар, с невинным видом подавая девушке котелок с размазанной по стенкам кашей.
– Как доешь - помой, будь добра.
– Полевой закон?
– мрачно хмыкнула Снежа.
– Пемзу дайте, а то - топором нагар срубать буду.
Кашевар тут же заткнулся.
Небольшая речушка неподалеку от лагеря поражала своей чистотой. Казалось, с мостков можно было пересчитать все камешки на дне. Снежа, очарованная пасторальной картинкой, потрогала воду рукой, мгновенно выругавшись - речка казалась наполненной жидким льдом.
– Дедовщина, да, - кто-то рядом, скорбно откашлявшись, присел на бережок.
– А что человек чуть не погиб - это им наплевать.
– Вы археолог?
– уточнила Снежа, споласкивая котелок. Тот выглядел изрядно потрепанным после нещадной борьбы с куском пемзы, но от многолетнего нагара не осталось и следа.
– Увы, да. Состою в этом вертепе, где никто про бедную Исиль уже не вспоминает, - плотный парень с густым ежиком рыжих волос на голове потрясенно покачал головой.
– С глаз долой - из сердца вон? Кошмарные времена.
– А почему вы не на работе?
– поинтересовалась девушка.
– Руины никуда не убегут, - пренебрежительно махнул рукой парень.
– В отличие от виновных. Я не могу смириться, что преступник уйдет безнаказанным. Этого требует моя совесть - не только наши чувства.
– Наши чувства?
– недоверчиво переспросила Снежа. Парень, выдержав ее взгляд, повторил.
– Да. Мои и Исиль.
Трава в старом раскопе блестела от утренней росы, прячась в густой тени. Снежа осторожно опустилась на колени: у обрыва оказалось слишком много следов, намного больше, чем она думала. Впрочем, интереснее всех оказались отпечатки фасонистых кавалерийских сапог - прочие следы перекрывали их почти полностью, а, значит, некий кавалерист-франт прибыл на место событий одним из первых.