Сериал
Шрифт:
– - Так вот, мой дорогой брат, я не случайно тебя спросил об этом, -- вновь вступил в разговор дядя. Специалисты царя Петра, еще во времена, когда парк только разбивался, решили проблему с водой гениально и просто. Вода поступает по водоводу самотеком и подается в фонтаны за счет перепада высот и -- никаких насосов! Главный фонтан Самсон выбрасывает мощный столб воды на высоту 20 метров, ты представляешь? Изобилие чистой пресной воды, выбрасываемой водометами, наполняют огромные чаши и бассейны! Вода при этом не возвращается обратно в систему подачи, она наполняет каналы и стекает в залив. И все это, питается неиссякаемыми источниками.
– - Дядя замолчал.
– - Да, все что ты рассказываешь, изумляет. Слушая тебя, я право начинаю сожалеть, что не присоединился к вашей группе, мне было бы всё это очень интересно. Но ты знаешь, почему я не поехал, я был занят другим важным делом, и он посмотрел на Али. Его взгляд не обещал ничего хорошего. Али решил, что время пришло, и перевёл разговор на другую тему:
– - Отец, я приобрел в России одну очень хорошую картину.
– - Что за картина, какого художника -- заинтересовано спросил отец?
– - Это неизвестный художник -- ответил Али.
– - Неизвестный? Какой век?
– - продолжал отец. Он очень интересовался живописью, у него была не плохая коллекция картин.
– - Это наш век, и художник современный, но имя его пока неизвестно, хотя он очень талантлив.
– - А-а-а разочарованно -- протянул отец.
– - Ну, что же, если ты её приобрел, то по - видимому, эта картина заслуживает внимания, давай посмотрим.
Они втроем направились в кабинет Али. Али подвел отца к картине, висевшей на стене хорошо освещенной не ярким лондонским светом. Джамаль увидел портрет молодой девушки. Али заметил, что глаза отца расширились, лицо было напряжено. Отец не отрываясь, смотрел на портрет.
У девушки изображённой на картине была высокая шея, хороший овал лица, слегка зауженный к низу, красивый лоб и золотистые волосы. Они крупными слегка завитыми прядями рассыпались по плечам. Одна прядь волос была скреплена небольшой розеткой, из каких - то очень мелких голубых цветов. Девушка сидела на фоне синего неба. На ней было платье из голубоватой с золотыми прожилками ткани с короткими рукавами, нежные красивой формы руки были открыты. Взгляд прозрачных глаз был устремлен куда - то в даль, как будь то она ждала чего - то, но чего - то хорошего и уже заранее слегка улыбалась -- это была легкая полуулыбка с ямочками в уголках губ. Весь её образ дышал нежностью и очарованием.
И тут -- Джамаль догадался, что это за портрет. Значит это -- она! Он был удивлён, хотя нет -- точнее -- поражен! Наконец, он повернулся и посмотрел на стоящих рядом, Мухаммеда и сына. Они стояли молча, плечём к плечу, как солдаты готовые к бою, и он понял, что этот портрет -- их самое сильное оружие.
" Да, похоже, что эти стратеги все продумали и подготовились неплохо, надо отдать им должное" -- подумал Джамаль, -- сын приобрел мощного союзника в лице Мухаммеда, который имел не только величественную внешность, но и очень весомый голос в семье.
Джамаль, молча прошелся по кабинету, и снова остановился у портрета. Он знал многих женщин в своей жизни, много любил и знал толк в женской красоте. Но сейчас он видел совсем необычную красоту -- не яркую, прозрачную, ускользающую, но приковывающую внимание и захватывающую в плен. Ему казалось, что с портрета на него смотрела -- сама Любовь. Он вздохнул,
– - И что же, она действительно так хороша?
– - спросил он, наконец.
– - Она даже лучше -- сдержанно отвечал Али,-- так как здесь ты видишь только часть, ты не видишь целое, и потом здесь только отражение, а не сама натура.
Джамаль покачал головой.
– - И все - таки, я не могу понять -- неужели нельзя было найти компромисс, как то уладить это дело, что бы -- все были довольны? Вы же оба не дети, -- недовольно спросил он. Али понял, что имел в виду отец.
– - Нет, отец, я пытался, но это не тот случай.
– - Мухаммед широко раскрыв свои и без того крупные глаза добавил с чувством:
– - Слава Аллаху, что на этом свете еще не все продается и покупается, а если бы было иначе, то жить было бы просто омерзительно!
Джамаль посмотрел на него недовольно.
Вернувшись к себе, он все еще не мог думать ни о чем другом, кроме этой истории с сыном. Перед глазами стоял портрет девушки. "У нас тоже есть много красавец -- их красота яркая жгучая, но она одного типа -- размышлял он. В небольших государствах, где как у нас не приветствуются браки с иностранцами, люди становятся похожи друг на друга, -- нет вливания чужой свежей крови. У русских красота разнообразна -- у них многонациональное государство. Европа наводнена русскими девушками, их вывозят из России, как товар -- сотнями, это стало бизнесом в криминальных структурах. Уже больше десятка лет прошло, как распалась эта огромнейшая и богатейшая ресурсами страна и все эти годы из неё вывозят все: нефть, газ, древесину, металл, но -- видимо её запасы не истощимы. Есть еще и красивые девушки и талантливые художники -- удивительная страна"!
– - думал Джамаль.
Его мысли снова обратились к Али.
– - "Что произойдет, если я скажу сыну нет? Он уже взрослый мужчина, материально он ни от кого не зависит. Он влюблен серьезно, это очевидно и если даже я ему не дам согласия на женитьбу, он все равно женится, но тогда наступит разрыв в отношениях, я могу потерять сына. Слава Аллаху, что у меня есть еще сыновья, но лишних сыновей не бывает, -- он вздохнул, -- а потом моя репутация? Сын не послушал отца, пошел против его воли -- это позор.
А ведь, если посмотреть вокруг, все стремительно меняется -- и в наших обычаях и в жизни. Правда, голос наших предков -- бедуинов по - прежнему -- силен в нас. Нас тянет в пустыню, где мы любим проводить свободное время, но мы едем туда не на верблюдах, а на машинах последних марок, мы разбиваем шатры, как бедуины, но не забываем взять кондиционеры, наши дома наполнены современной техникой, но сами мы меняться не хотим" -- размышлял он.
Надо реально смотреть на жизнь. И потом я люблю своего сына и уважаю, он хорошо учился, очень трудолюбив, он стал мне надежной опорой в бизнесе. А сколько детей у других родителей пошли по другому пути -- стали беспутными прожигателями жизни -- позором для родителей!
Я должен дать свое согласие -- я не могу потерять своего Али, "Ин шала"
Продолжение следует.
<