Серые Башни

Ильченко Татьяна

— Прошу простить милорд, что прервала такую милую беседу, — усмехнулась она. — Оказывается, вы способны говорить как нормальный человек, а не делать одолжение каждым своим словом. Наверно потому, — норд дернул ее за руку, но она оттолкнула его, — что вы общаетесь с настоящей леди. Не думаю, что когда-нибудь, я смогу достигнуть таких высот, — с притворной печалью закончила она.

Лорд сморщился, как от зубной боли, но старейшина заговорил первым.

— Леди, я рекомендую тебе госпожу Кристу и этих двух девушек — Мей и Алтею. Они

будут заботиться о тебе.

Леди слушала Дикона, поджав губы, и как только он закончил, я сразу выступила вперед и снова поклонилась.

— Я буду рада помочь тебе выглядеть настоящей принцессой, моя госпожа. То время, которое у нас осталось, мы потратим с пользой, чтобы порадовать милорда, — я решила сразу дать понять этой невоспитанной девчонке, что теперь пришел конец всем ее выходкам.

Но вместо того, чтобы поблагодарить, она криво улыбнулась и спросила.

— А кто тебе сказал, что мне нужна помощь? Хочешь потратить время с пользой? Поучи хорошим манерам милорда!

После этих слов в холле повисла напряженная тишина. Мужчины, занятые разгрузкой многочисленного багажа, застыли с тюками в руках, старейшина сосредоточенно рассматривал потолок, селючки сжались, с головой укрывшись плащом капитана Беорна. Этот норд, Гру, вообще притворился спящими, а мне страшно захотелось упасть в обморок.

Странно, но лорд не закричал и не ударил ее, он стоял и смотрел на эту странную девушку с выражением искреннего удивления на лице.

Сидхок Рейф Вольтар, Наместник лорда-хранителя Фраги

Я не понимаю, чего она добивается! Зачем она делает это? Неужели не понимает? Почему Гру до сих пор не объяснил ей?

— Мое терпение не безгранично, а ты постоянно его испытываешь Поверь, в моей власти наказать тебя, — я старался говорить медленно и тихо.

Она должна быть благодарна за предоставленную возможность научиться правильно вести себя в присутствии мужчин. Ведь если она будет упорствовать в своем невежестве, мне придется заставить ее.

— Ты усомнилась во мне, леди. Твои слова… оскорбительны, — я решил дать ей шанс все исправить.

— Я приму извинения, если ты сделаешь это прямо сейчас, — она же не дура?

Она должна понимать, что это единственный выход. Всего одно слово и я отпущу ее.

— А за что я должна извиняться? И главное перед кем? Перед этой курицей, которая изображает обморок или перед тобой? Если ты так думаешь, то у тебя такие же куриные мозги, как у мадам, — резко ответила она и тут же, как будто испугавшись сказанного, прижала ладошку ко рту.

У меня было такое ощущение, что вокруг не осталось воздуха. Я рванул ворот. Ну что ж, она сама так решила!

— Мне жаль, леди, — я намеревался взять ее за руку, но она отскочила.

— Не трогай меня! — прошипела она.

Ее светлые глаза постепенно наливались чернотой, а потом, в глубине этой черноты стали проскакивать ярко-красные искры, как

в костре, где под слоем пепла жив огонь. Не в силах смотреть, я отвел взгляд и тут же отдернул руку. На руке, оскалившись, сидел Шилд и следил за каждым моим движением багровыми злыми глазами.

Девушка тут же оправила рукав. Но существо упрямо выбиралось наружу. Прижимая руку к груди, она моментально повернулась к притихшим девушкам.

— Быстро встали и пошли за мной, — скомандовала она. — Тут и без нас разберутся.

Девчонки неуверенно подхватили свои узелки.

— Быстрее, — торопила их она, в конце концов, они двинулись за ней вверх по лестнице.

И только тогда я вновь обрел дар речи.

— Тебе придется следовать правилам, — теперь, я не собирался нежничать с ней. — Я хочу, чтобы ты выглядела и говорила, как подобает! — я уже не сдерживался.

В ответ, она перегнулась через перила и рявкнула:

— Бабушкой своей командуйте!

Я выскочил на одну из наружных лестниц и подставил лицо навстречу летящему снегу. Все что сейчас произошло, потребовало от меня больше сил, чем вся жизнь, до того момента, как в крепости появилась эта… леди. Меня всегда учили, что от малого непослушания до полной анархии всего один шаг. Что нельзя пренебрегать правилами, потому что без них жизнь превратится в хаос. Неужели девушка настолько глупа, что не понимает значения дисциплины и порядка? У всех есть свое место и свое предназначение. Везде и всегда правит сильнейший, тот, кто может принять на себя бремя ответственности. Мужчина, лорд. Никто раньше не сомневался в моем праве, а я никогда не колебался, выражая свою волю. Девчонка была единственной, кто оспаривал это священное право, причем открыто. Я впервые в жизни не знал, что делать, оправдывая себя и свою нерешительность присутствием Шилда на ее руке.

— Милорд, — Дикон тихо подошел и встал рядом.

— Ведь мне не показалось, Дикон? Это Шилд? Я видел его, еще немного и он вцепился бы мне в глотку. Во имя Семи ветров, она довела меня до белого каления. Зачем она это делает? И что делать мне, Дикон?

Старейшина положил руку мне на плечо, и я на мгновение почувствовал себя маленьким мальчиком, как раньше.

— Пойдем, ты должен это увидеть.

Я очень неохотно пошел вслед за ним. Мне никогда не нравилась библиотека. Огромное помещение, заставленное кучей шкафов с книгами и рукописями. Холодное, пыльное. Зачем я здесь?

— Ладно, Дикон, что ты хотел показать мне? Давай закончим с этим быстрее, утро было тяжелым, да и вечер, похоже, ничего хорошего не принесет, — в моем голосе было столько раздражения, что старик сразу заторопился.

Мы остановились у одного из многочисленных портретов, висевших на стенах.

— Милорд, я начал это подозревать с того момента, как увидел леди Тэйе. Но сегодня убедился окончательно. Вот, замечаешь сходство?

Несколько минут я вглядывался, не в силах произнести ни слова.