Серые Пределы
Шрифт:
Среди этой, отдельно стоящей группы, особенно выделялась крупная, с рыжеватыми подпалинами зверюга, что выжидательно посматривала на травлю и временами грозно порыкивала, словно поторапливала стаю закончить побыстрее. Наверняка, главная самка - вон, как оживились остальные от ее рева. Да и Страж как-то обмолвился, что в Серых Пределов в большинстве своем верховодят самки. Наверняка здесь - та же самая ситуация.
– Ладно, я пошел, - неожиданно решился Белик.
– Траш, заходи с другого края - погонишь их на меня. Дядько, готовьте арбалеты и укройтесь получше - боюсь, я их сейчас здорово разозлю. Таррэн, сможешь прибить по сигналу детеныша?
Темный
– Что?!
– Что слышал.
– Ты что задумал?!
– Придурка этого вытащить. Так сможешь?
– Зачем тебе еще одна хмера?!!
Белик медленно повернулся и буквально воткнул в него потемневший взгляд.
– Не твое дело. Но я задал тебе вопрос. Поможешь или мне лучше попросить Элиара?
Таррэн почувствовал, что теперь на него смотрит и Траш - прямо так, не оборачиваясь, через ядовитую зелень глаз хозяина, но цепко, внимательно, требовательно и очень-очень недобро. Странно, что они вообще решили обратиться - к нему, Темному, вместо того, чтобы сразу обратиться к Светлым. Элиар наверняка бы не отказался. Или - что? Это - первый проблеск доверия? Попытка примириться? Намек на прощение? А может, что-то иное? Например, проверка?
В глазах Урантара промелькнуло искреннее изумление, и Таррэн, успевший его подметить, странно поджал губы. К'саш! Другой возможности наладить отношения с непримиримой Гончей может и не быть! Но ввязываться в чужую свару вместо того, чтобы потихоньку миновать опасное место и отправиться по своим делам - глупее мысли не придумаешь!
– Кого именно нужно убрать?
– неохотно спросил он, на что у Белика вдруг странно сверкнули глаза.
– Любого, кого сможешь: гиены слишком ценят свой молодняк, чтобы оставить безнаказанным убийство детеныша. Понимаю, что далековато, да и ветер сегодня приличный, но они непременно погонятся за нами и на какое-то время забудут обо всем остальном. А если зацепишь двоих, будет просто замечательно... только по моему сигналу, понял?
Темный эльф хмуро кивнул. Он уже собрался, прежде чем ввязываться в эту безумную авантюру, вытрясти из дурной Гончей причину, по которой она намеревалась рискнуть их шкурами ради какой-то дикой твари, по воле судьбы оказавшейся родственницей Траш... но поймал предупреждающий взгляд Урантара, смешанный с осторожной просьбой ничего не испортить, и снова (в который уже раз!) смолчал.
Ладно, пусть пацан делает что хочет, но как только выберемся - обязательно приставлю к стенке и получу ответы на все вопросы, чего бы мне это ни стоило! Хватит уже тайн и нераскрытых загадок! Надоело до смерти! Правда, Светлые, когда узнают, будут в ярости...
– Что происходит?
– беззвучно выдохнул Элиар, юрким змеем вползая на плоский уступ.
Таррэн мысленно скривился (легок на помине!), а Белик даже не оглянулся: коротко кивнув Темному и обменявшись понимающим взглядом с опекуном, торопливо пополз в сторону. Затем вжался в скалу, притерся за каким-то обломком и мгновенно пропал из виду. Как растворился среди камней.
– Эй! Куда он...?!!
Траш, тихо зашипев на шумного эльфа и заставив того мигом осечься, тоже скользнула вниз, умело хоронясь за выступающими камнями, почти сливаясь со скалами и ничем не выдав своего присутствия. Потом так же ловко обогнула увлеченно кидающуюся на сородича стаю, бесшумно зашла к ним за спины, где и затаилась, ожидая сигнала.
Элиар кинул на Стража гневный взгляд, явно требуя ответа на вопрос: "какого... мы лезем не в свое дело?!",
Темный эльф медленно натянул тетиву и прицелился.
– Спятил?!!
– чуть не взвыл ему на ухо Элиар.
– Ты же снимешь всю стаю!
– испуганно согласился Танарис.
Люди молча переглянулись, мысленно покрутили пальцем у виска, но покосились на невозмутимого Урантара и отчего-то не стали высказывать нелицеприятные мысли вслух - на лице Урантара застыло такое хищное выражение, что оно скорее подошло бы Траш в начале славной охоты. Или же главной самке гиен, с предвкушением следящей за яростно огрызающейся жертвой: она знала, что скользкий звереныш уже никуда не денется. Знала, что тот, хоть и успел укусить несколько ее младших сестер, больше никуда не сбежит. А они, рано или поздно, заставят его спуститься вниз. Или же стащат за шкирку сами, и тогда...
– Эй, дура рыжая!!
– гаркнул вдруг со стороны чей-то веселый голос.
– А не хошь найти противника по силам? Негоже над малышом издеваться!
Самец хмеры нервно дрогнул и быстро обернулся, почти мгновенно углядев тонкую фигурку в непроницаемо черном пижонском костюме, увешанную дорогими ножами, как игрушками. Секунду он неверяще таращился, испуганно округлив странноватые желто-зеленые глаза, а затем пристыжено поджал хвост и тихонько взвыл. Гиены, напротив, дружно оскалились и, оставив заметавшегося в каменной ловушке зверя, неторопливо повернулись к новой (гораздо более доступной!) добыче, что так опрометчиво стояла всего в паре сотен шагов и, уперев руки в бока, ехидно скалилась.
– Чего уставились, уроды пучеглазые? Запоры замучили? Может, помочь, болезные, али сами справитесь? А ты, дурында здоровенная, не хочешь попробовать свежего мясца?..
Белик для верности ткнул себя пальцем в грудь и, делано не замечая медленно подкрадывающихся хищников, вдруг исполнил на месте такой безумный танец, что у наблюдающих за ним людей челюсти дружно упали вниз - нет, этот ненормальный дурак самым настоящим образом издевался! Просто гадко измывался над начинающими звереть гиенами, а они... о боги!.. прекрасно это почувствовали! ПОНЯЛИ! И, отвернувшись от хмеры, все быстрее перебирали лапами, устремив яростно вспыхнувшие глаза и распахнутые пасти на одно единственное существо - мерзкого и беззащитного человечка, опрометчиво кривляющегося в тесном ущелье.
– Он сошел с ума!
– тихо ахнул рыжий, мысленно проследив за узким каменным коридором, в котором оказались замкнуты сразу шестеро свирепых хищников и удачливый, ловкий, но почти не вооруженный мальчишка. Бежать ему было некуда - внутри короткого перехода его настигнут в несколько гигантских прыжков и моментально разорвут на куски. По крутым откосам не вскарабкается даже муравей. Дорожка в ту сторону идет пологая - гиены, разогнавшись, даже если промажут зубами, просто раздавят мальца на такой скорости. Но как только он рискнет выбежать на открытое пространство (если успеет, конечно), то шансов (которых и так не было!) не останется вообще: окружат и сожрут, даже к бабке не ходи! Но тогда что же он творит?!