Сёши 2
Шрифт:
Перед делом я размял пальцы, подышал и даже немного попрыгал, стряхивая напряжение. Какаши меланхолично наблюдал за приготовлениями.
– Готов?
– Ага.
Сегодняшний эксперимент был малость рискованным - нам хотелось узнать, как отреагирует защита лаборатории на движение постороннего предмета. Я проник внутрь, усадил Катсую возле нарисованного порога и вытащил увесистое свинцовое грузило. Длина безопасного тупичка метр с копейками. Кидать буду
Бросок! Замена!
Кусок свинца ещё падал, а я уже махнулся. Чурбак, обклеенный моими шики, Какаши держал в руках и, не теряя времени, метнулся прочь.
Шуншин раз! Шуншин два! Шуншин три!..
Остановились мы только на лестнице, ведущей наверх.
Подземелье молчало. Ничего не рушилось и не взрывалось. Вызванная Катсую доложила о происходящем в лаборатории:
– Твой камушек закатился внутрь. Там всё по-прежнему.
– Йу-ху! Мы чертовские везунчики!
Какаши хмыкнул.
– Нидаймё наверняка учитывал возможность подземных толчков. Что-то могло упасть или подвинуться само. Но проверить стоило.
Воистину.
На этот раз я обвесился камерами, штативом, серьёзным фонарём и запасными аккумуляторами. Внутри тупика немедленно стало не развернуться. Для страховки я приклеил поперёк прохода пару ленточек, за которые нельзя заступать. С моего места просматривались две комнаты, но я сосредоточился на ближайшей. Отсняв пол и стены, переключился на мебель и ряд несгораемых ящиков. Особое внимание уделил колоннам, расписанным печатями сверху донизу. Вернулся, когда посадил оба аккумулятора.
Какаши встретил нагруженного героя, отнял добычу и умчался наверх.
Плёнки проявляли где-то в недрах АНБУ.
– На полу Печать Огненного Сечения. Мелкий сможет её свернуть... в два приёма... если постарается.
– Вот это я помню, - Тсунаде тыкала пальцем в символы на одной из колонн.
– Дедушка использовал подобный барьер для создания безжизненной, инертной среды. То есть это такое служебное дзютсу... Хотя дышать в нём тоже нельзя.
– Насчёт этого ума не приложу...
– Стол закрывает, но мне кажется...
Тсунаде и Какаши отнимали друг у друга фотки, разглядывали значки через лупу и спорили о том, что видят. Рабочих версий было две. Первая - Тобирама нарисовал кучу отвлекающей ерунды для обмана вероятных нарушителей. Вторая - Тобирама включил свою подозрительность на полную, и у него было много лишних чернил.
Отец раздосадовано отодвинул снимки.
– Понимаю меньше половины.
– Нужен мастер, - согласилась Сенджу.
– Тут одна ошибка и... Бах!
Эти двое покосились на меня с одинаковым сомнением.
– Что?!
– Да у меня по фуиндзютсу
Какаши вздохнул.
– Ты ведь знаешь, как устроены защищённые свитки?
– Ясное дело! Распечатывает только тот, кто запечатывал.
Фуин здесь выступала аналогом биометрического замка. Такую защиту невозможно было взломать, как невозможно подделать чакру. Выжечь или испортить охранные печати - да. Подобрать ключ - нет.
Отец кивнул.
– Здесь тот же принцип, но есть лазейка.
Родные считали, что моя чакра подойдёт для взлома. Основная проблема им виделась в недостатке знаний и опыта. С теми мерами предосторожности, которые нагородил Тобирама, я гарантированно ошибусь. А значит - какую-то часть наследства Нидаймё мы потеряем. Сестру интересовало, не вспомнил ли я чего полезного?
Нет, не вспомнил. Месячный лимит озарений был потрачен на дзютсу-шики. Подземная сокровищница учёного-аккуратиста совпадала с моими представлениями о супер-дупер-секретной лаборатории, но ничего не напоминала.
– Всё получится!
– я старательно подбадривал пессимистов.
– Если начну тренироваться сейчас, то за пару месяцев управимся.
На меня посмотрели с умилением, как на любимого дурачка.
– Сёши, мы даже не представляем, какие меры предосторожности принял дедушка. Прежде чем браться за это дело, тебе придётся выучить дзютсу Теневого Деления Тела.
Я сделал серьёзное лицо и понимающе покивал. Обожаю взрослых! Даже просить ничего не надо - сами всё дают.
Двойники вы мои, двойники...
Но промахнулся я и впрямь неслабо - примерно в четыре раза с хвостиком. Одна только подготовка заняла более полугода. И не потому, что я такой тупой! Дзютсу оказалось невероятно замороченным, а беготня по городам и весям плохо сочеталась с регулярными занятиями. Наставляла меня Шизуне, и только поэтому подготовительные упражнения закончились осенью. Один я бы до весны проковырялся.
Двойник вылупился в середине девятого месяца, как раз на Сити-го-сан. Мы опасливо оглядели друг друга и кинулись делиться ощущениями.
– Офигеть!!.. Я думал, будет эффект вроде Зловещей Долины.
– Ага! Или доппельгангера...
– Ну теперь мы таких дел натворим!! О-оо!..
– Муа-ха-ха!
– Смотри-смотри!
– двойник крутанулся, давая сравнить теневое тело с обычным.
– Совсем настоящее!
– Лицо какое-то не такое, - я потыкал пальцем, - и голос резкий...
– Олень! Ты в зеркало смотрелся, там всё перевёрнутое.
– А я чувствую твою чакру!
– А я тоже!..