Сестра
Шрифт:
Мать (как бы самой себе). Наверное, было бы лучше, если бы она поменьше училась, поменьше читала… (Пристально смотрит на сына.)
Сын. А кроме того, она все время вертелась вокруг, ей все время было что–то нужно от меня!
Мать. И тебя не трогала ее любовь?
Сын. Нет. Я бы предпочел, чтобы она «держала себя в руках», как ты. Мужчина не хочет, чтобы его преследовал кто–то, кто вываливает на него
Мать. Жизнь — это не праздник.
Сын. Взаимоотношения должны приносить радость. Будь проще! Никто не выбирает себе врагов, выбирают друзей. А друг — это тот, кто делится с тобой куском хлеба. Тот, кто думает так же, как и ты!
Мать (с иронией). Родственная душа!
Сын. Возможно. Почему нет? Я именно это и ищу!
Мать. Мэри. Ее почему ты бросил?
Сын (с досадой). Это была такая…
Мать. «Нервная», ты сказал.
Сын. Она была такая дотошная. Ты бы видела, как она ела! Так жеманно! (Имитирует.) «Поправь галстук!» «Купи новую рубашку!» «Тебе нужен вечерний костюм.» «Какие ногти…» «Какие ботинки…» Она искала совершенства. Она хотела, чтобы я был безупречен во всем и всегда. Я все это возненавидел! Чего она хотела — стать моей матерью? Учителем? Нет уж, спасибо! Мне не нужна еще одна мать, которая все время пытается меня исправить и переделать!
Мать. Я? Когда это я пыталась тебя переделать?
Сын (не обращая внимания). Я такой, какой есть! Я ненавижу галстуки, сверкающие ботинки, лицемерие! А она была лицемерка! Поэтому я и бросил ее!
Мать. «Бросил», как будто она была вещью, клочком бумаги.
Сын. Это не я придумал такое выражение!
Мать. Ты ее оставил, оставил одну, в слезах…
Сын. Ее, в слезах? Да она, наверное, сразу же повисла на каком–нибудь другом таком же дураке.
Мать. Ты сказал, что с Нэнси было трудно. Что ты имел в виду?
Сын. Она усложняла жизнь. «Это хорошо, а вот это плохо…» Протеины, калории, доктора, лишний вес, всякие ограничения. Не ешь мясо, не ешь мороженого, не ешь пирожных, не пей кофе. А потом, все эти ее сомнения… Она всегда нуждалась во мне, чтобы принять любое решение. Мне это купить?… Сегодня или завтра? Наверное, завтра. Постоянно все откладывала на потом. Завтра, завтра, не сегодня…
Мать. Что она откладывала на потом?
Сын. Все.
Мать (осторожно, после паузы). А что, женщина должна
Сын (удивлен подобным вопросом). К чему?
Мать. Сам знаешь. Она тебя раздражала своей сложностью, вечной нерешительностью, своими «может быть, позже, завтра, послезавтра» только потому, что она не… Вы, мужчины, наверное, предпочитаете, чтобы женщина была постоянно готова к… (Не заканчивает фразу.)
Сын. Да нет, я говорил не о том.
Мать. Не надо уходить от ответа. Мы говорим именно о том. Я пытаюсь понять вас, мужчин.
Сын (улыбается). В твои–то годы, мама?
Мать. Лучше поздно, чем никогда. Так ты хочешь, чтобы твоя женщина была постоянно в твоем распоряжении? Когда ты этого обычно хочешь?
Сын. Мама, тебе не следует говорить о таких вещах…
Мать. А почему бы и нет?
Сын (улыбаясь, с юмором). Мать — это «святое». Она ничего об «этом» не знает, и «этим» не занимается.
Мать. Неужели? По–моему, самое время поговорить об этом, в конце–то концов!
Сын. Смотри телик, если тебе нужно повысить уровень сексуальной грамотности! Ради Бога, не спрашивай об этом сына!
Мать. А я хочу об этом узнать от тебя! Расскажи, что хотят мужчины? Должна ли женщина быть… «недоступна»?
Сын (неопределенно). Да нет…
Мать (настаивает). Она должна быть… (Не может подобрать слово.) …Открытой? (Поправляется.) Я хочу сказать, готовой к этому?
Сын. Эта теория ошибочна.
Мать (с удивлением). Ошибочна?
Сын. Если хочешь знать, то верно… совершенно противоположное.
Мать (с любопытством). Противоположное?
Сын. Мужчины не любят женщин, которых интересует только «это». Если женщина слишком агрессивна, ее мужчина чувствует себя не в своей тарелке.
Мать (задумчиво). Интересно… (Повторяет все, им сказанное, самой себе.) Плохо, когда она все время готова… Лучше, если она не слишком агрессивна… Когда ты сказал про нее, что тебе было с ней трудно, это означало, что она была чересчур «сексуальна».
Сын. Да нет, говорю тебе, когда я сказал, что с Нэнси было трудно, я подразумевал… (Подбирает слова.) Она была мелочна, педантична, чересчур сложна.