Сестра
Шрифт:
Мать. Почему ты ее так ревнуешь?
Сын. Кто этот клоун?
Мать. Почему клоун?
Сын. Он какой–то… неестественный, скользкий… Кто это?
Мать. Один ее старый друг. Она не хочет с ним больше встречаться. Поэтому я и сказала «вы ошиблись номером». В надежде, что он поймет.
Сын. И давно он ей звонит?
Мать. Уже несколько лет.
Сын. Почему она его больше не хочет видеть?
Мать.
Сын. А с кем она теперь встречается?
Мать. Не знаю. (Молчание. Она изучающе смотрит на сына.) Так почему ты так ревнуешь?
Сын. Я не знаю.
Мать. Почему бы тебе не попробовать смириться?
Сын. Смириться с чем?
Мать. С тем, что она имеет те же права, что и ты. Это ее жизнь. Зачем нам ее опекать?
Сын. Она твоя дочь и моя сестра.
Мать. Это не так просто для одинокой женщины… Ты только что объяснил свою философию насчет этого. По–твоему, мужчина может быть непостоянен. Сегодня «да», завтра «нет».
Сын. Она бы тоже должна об этом знать. Ей пора об этом знать.
Мать. Она знает. Что ее действительно беспокоит, так это твоя ревность. Она меня всегда спрашивает: «Почему он так ревнив?»
Сын. Инстинкт. Вместе живем, одна семья, одна кровь. Я хочу защитить ее.
Мать. У нее есть право на собственную жизнь.
Сын. Ты это называешь жизнью?
Мать. Мужчины не говорят правды, они скрывают, что им нужно только одно… Они обманывают.
Сын. В ее годы пора об этом знать.
Мать. Женщина всегда ждет истинной любви. Она верит и надеется. И ошибается. Я тоже ошибалась… Если бы Розанна знала, что вы, мужчины, предпочитаете роль «учителя», она бы притворилась невинной.
Сын (с некоторой иронией). ”Притворилась бы?»
Мать. Это как раз то, чего тебе хочется, не так ли?
Сын. Было бы лучше, если бы она и не знала ничего об этом, и не занималась этим. Но она слишком непокорна. Я видел, как она обращается с людьми — нетерпеливо, нетерпимо, агрессивно.
Мать. Она независима. Мужчины должны уважать и желать таких женщин, которые к тому же могут себя сами обеспечить.
Сын. Эта независимость уже переросла в другое качество. Она уже командует! В том числе и мной.
Мать. Такой у нее характер.
Сын. Мужчина не приемлет женщин с таким характером. Она визжит, кричит, угрожает, пытается учить меня.
Мать. Она старше тебя на двадцать
Сын. Ну и что? В этом доме мужчина я. Не годится командовать мной.
Мать (печально). Это то, что он обычно говорил.
Сын. Папа. Расскажи, почему он нас оставил?
Мать (помолчав, неуверенно). Я не знаю… Я так и не поняла, почему…
Сын (после паузы, пристально глядя на нее). Что ты делала не так?
Мать. Вот видишь? Твоя первая реакция — женщина в чем–то ошибалась.
Сын. Может быть, вы оба…
Мать. «Может быть».
Сын (поправляется). Действительно. Вина всегда на обоих сторонах. Даже на мне.
Мать (задумчиво, с грустью). Да… Наверное, я ошибалась в чем–то… У него были недостатки.
Сын. Расскажи мне о его недостатках. Может быть, я унаследовал какие–то из них.
Мать. Он был всегда подозрителен… Его обычное выражение: «Если мужа нет поблизости, женщина становится обманщицей. Чем ты сегодня занималась?»
Сын. Это шутка. У него было чувство юмора.
Мать. Еще одна из его «шуток»… «Когда возвращаешься домой, первым делом побей жену. Ты не знаешь, что она натворила, она знает это сама.»
Сын. Ну, это такие старинные изречения, переходящие от отца к сыну.
Мать. И ты в это веришь?
Сын. Нет. А он тебя бил? (Молчание.)
Мать. Редко.
Сын. То есть?
Мать (неохотно). Может, раз в месяц… (Молчание.)
Сын. И ты терпела? Не сопротивлялась?
Мать. Я его любила… А он был очень ревнив, я это понимала. Меня это трогало… (Пытается оправдаться.) Я гордилась этим… Я была его «собственностью». Он часто употреблял это слово. Для него брак был неким контрактом.
Сын (с иронией). Хорошее слово!
Мать….Контракт о покупке. И если я пыталась ему объяснить, что любой контракт подписывается обеими сторонами, он только посвистывал в ответ.
Сын (удивлен, насторожен, поскольку знает за собой такую же привычку). Почему он свистел?
Мать. Он всегда свистел, когда был зол. Таким образом я узнавала, что он скоро взорвется.
Сын. Он часто злился?