Сестры Ингерд
Шрифт:
– - А на собственную сестру? – тихо спросила графиня-мать.
Я заколебалась… Что ответить? Сообщать графине, что ее невестка – та еще гадюка? Или с улыбкой уверить хозяйку в том, что я поверила во внезапно вспыхнувшую любовь? Заметив мои колебания, графиня на мгновение поджала губы, а потом сказала:
– - Баронесса Нордман, обида нанесена была вам лично, потому я обсуждаю сейчас этот вопрос с вами, а не как положено, с вашим мужем. Поймите, Ионган – мой единственный сын. Мне хотелось бы, чтобы мальчик был счастлив.
Я не слишком
– - Сплетен не избежать. Но если на пиру вы не будете сидеть на почетном месте… Поверьте, баронесса Нордман, в провинции это имеет большое значение. Пусть и опосредованно, но вы теперь часть семьи и родственники нашего дома. Я прошу вас не отказываться от положенного вам за столом места.
«Ах, вот оно что! Графиня желает, чтоб в глазах соседей мы выглядели большой дружной семьей, где нет никаких обид и недомолвок. Типа, одна сестричка провожает замуж другую», – я невольно поморщилась от этих мыслей. Общаться и разговаривать с Анжелкой мне не хотелось совершенно. Не из-за того, что она соблазнила этого недотепистого графа, а именно из-за ее подлости и ненависти ко мне. Заметив выражение моего лица, графиня торопливо заговорила:
– - Баронесса, что сделано, то сделано. Прошу вас, не нужно давать лишних поводов для сплетен. Вы родная сестра графини, и если не займете подобающее вам место…
Рольф очень хорошо отзывался о графе и явно уважал его. Графиня-мать тоже не сделала мне ничего плохого. Более того, она подруга графини Роттерхан, которой я лично обязана по гроб жизни. В конце концом один день можно и потерпеть. Это же не моя свадьба.
Когда я сказала, что на день свадьбы я полностью перехожу в распоряжение графини, она чуть не прослезилась от радости и с облегчением выдохнула:
– - Вот и славно, дорогая баронесса! Вот и замечательно! Кроме того, я действительно хотела посоветоваться с вами по поводу подарка для невестки. К чему расположенная душа молодой графини, что ее порадует?
Я несколько растерянно пожала плечами и ответила:
– - Дорогая одежда, украшения. Ну и деньги.
Графиня чуть нахмурилась, слушая мой ответ, а потом твердо заметила:
– - Думаю, я смогу угодить невестке. В общем-то, такие вещи любят все молодые девушки.
Очевидно, желая растопить некоторую неловкость, возникшую в беседе, она кликнула служанку и попросила принести нам горячий взвар и сладости. Мы пересели к большому столу. И когда графиня начала выспрашивать, хорошо ли мы устроились и насколько мне понравились город и рынок, я несколько необдуманно пожаловалась ей на собственную неопытность. Графиня оживилась и засыпала меня вопросами. Через некоторое время, ощутив всю глубину моего незнания, она спросила:
– Баронесса Норман, если вы позволите, я дам вам несколько советов.
– - Буду только благодарна, ваше сиятельство.
А дальше графиня заговорила, и через несколько минут я с сожалением подумала о том, что у меня нет ручки и бумаги, и я боюсь не запомнить все. А она подсказала
– - Даже если вы купите корзину яиц, они достаточно быстро закончатся, баронесса. А вот молодые курочки за следующее лето обеспечат вас яйцами на всю зиму.
– Ваше сиятельство, вы хотите сказать, что яйца, снесенные летом, не протухнут до зимы?! – для меня, которая всегда покупала их в удобных пластиковых лоточках с указанным сроком годности, это было удивительной новостью. Графиня только рассмеялась и с каким-то умилением сообщила:
– - Ах, баронесса Нордман… Вы сейчас выглядите такой же беспомощной, но очень милой при этом. Как и я, когда вышла замуж за графа Паткуля. Если вы позволите, я расскажу вам, как сохранить яйца на очень длительный срок.
Дальнейший монолог графини вызвал у меня что-то вроде ступора. Она щедрыми горстями сыпала в мою пустую голову знания о ведения хозяйства, длительном хранении продуктов и даже об отношениях с прислугой.
– - Когда я замуж вышла, в замке был полный разор! А что вы хотите, милая баронесса! Отец -- старый граф тогда был еще крепок, два сына и ни одной толковой женщины рядом! Правда, я и сама мало что понимала и умела, но когда мне на обед в бульоне попалась плохо ощипанная курица… Я лично отправилась на кухню и начала учиться вести хозяйство.
Свежие яйца, сложенные в обливной горшок, нужно было залить известковой водой и оставить в прохладном месте. По словам графини, в такой среде яйца сохранялись целых два года! Хозяйка рассказывала мне, почему масло обязательно должно быть топленым, как сохранить запасы лука и чеснока, не давая им прорасти. Как хранить морковь, свёклу и картофель и почему часть кочерыжки из капусты желательно удалить. Как сберечь сырое мясо и почему окорок непременно нужно подвешивать. Сколько соли требуется в солонину и какие травы годятся для чайного сбора.
– - Все это вы скоро узнаете и сами, милая баронесса. Но, если позволите, я дам вам еще один совет.
Я только оторопело кивнула, и графиня очень серьезно сказала:
– - Я знаю, что война тяжело прошлась по вашим землям. И слышала, что замок ваш полностью разорен. Скорее всего, милое дитя, вы не сможете отремонтировать и обустроить всё сразу. Так вот: кухня и спальня – это то, на чем я советую вам сосредоточиться. Если вы хотите мира в семейной жизни, то эти два помещения в доме -- самые важные.
Чай был допит, и я уже прощалась с хозяйкой, искреннее благодаря ее за те сведения, которые сама бы я добывала годами:
– - Огромное спасибо, ваше сиятельство. Ваши знания для меня бесценны. Думаю, не только для меня. На вашем месте я бы села и написала книгу. Замечательную книгу для молодых хозяек. Ведь скольких ошибок я смогу избежать просто потому, что у вас нашлось время для беседы со мной.
На мои слова графиня отреагировала несколько странно. Она вскочила с места, как-то растерянно прошлась по собственной комнате: сперва к окну, выглянула во двор. Потом вернулась к столу и, нервно потирая ладони, несколько секунд рассматривала меня. А потом, махнув рукой, как будто отгоняя от себя какие-то сомнения, она сказала: