Сеть Ариадны
Шрифт:
Почему здесь так пусто и сонно, будто все вокруг заснуло от жары? И дом, и огород, и даже скрипучая калитка. Она обошла вокруг дома и с другой стороны увидела, наконец, потертую дверь и дощатое крыльцо в три ступени. Замерла на мгновение, будто чего-то ожидая, и тревожно посмотрела на небо. Солнце скрылось за хмурыми облаками, и повеяло легкой прохладой. Кажется, будет дождь. Ариадна уже поставила ногу на крыльцо, как дверь скрипнула, открылась, и на пороге появился черный кот с пышным хвостом. Он подозрительно смотрел на гостью умными зелеными глазами и не двигался.
Ариадна
Облака сгустились, небо нахмурилось, громыхнуло и обрушилось на землю мелким пронырливым дождем. Кот молнией юркнул в дом. Ариадна в миг очнулась и бросилась следом за ним.
Скрипнули половицы, и она провалилась в прохладную тьму. В сенях пахло травой, и, едва глаза привыкли к темноте, она разглядела еще одну, полуоткрытую дверь, с ручкой привязанной веревкой. «Для кота!» – смекнула девушка. Видимо, эту дверь кот еще не научился открывать.
– Эй! Есть кто-нибудь? Марианна! – негромко крикнула гостья и переступила через высокий порожек в комнату.
Дом ее поразил. Его будто не коснулась рука времени. Вышитые занавески колыхались на веревочках, у стен топорщилась крепкая старинная мебель, покрытая толстым слоем лака, на полу растеклись плетеные дорожки. На стенах тускло поблескивали картины. Пара пейзажей и поясной портрет женщины с черными глазами и бледным лицом. Ариадна подошла к портрету. Глаза незнакомки мерцали, словно живые, манили, заглядывали в душу. Бледное красивое лицо. Строго сжатые губы, тонкие черные брови вразлет над глубокими, колдовскими глазами. Платье – темное, застегнутое мелкими пуговицами до самой шеи. Руки, сложенные одна на другой, будто принадлежат чужому человеку. Загрубевшие, с длинными чуть искривленными пальцами. Видно, красавице пришлось немало работать этими руками.
Ариадна еле оторвалась от портрета и огляделась по сторонам: где же кот? А кот испарился, будто его и не было.
Девушка подошла к двери в следующую комнату и уже собралась войти, как со двора послышался шум, в ногах мелькнула черная шуба кота, стукнула дверь и звонкий голос сказал:
– Я нашла ваш чемодан. Он немного вымок. Дождь закончился.
Из темноты в комнату ворвалась яркая, пахучая незнакомка. Глаза у незнакомки были точь-в-точь, как на портрете, только живые и теплые. Лицо загорелое с яркими губами и россыпью веснушек на скулах. Черные волосы заплетены в косу. Из одежды лишь длинное платье на бретелях и сандалии.
– Марианна!
Она по-мужски протянула гостье узкую горячую ладонь.
– Ариадна! Я договаривалась насчет комнаты, – она пожала протянутую руку и немного смутилась. А ну, как хозяйка рассердится, что она без спроса вошла в дом. И зря. Марианна тепло улыбнулась:
– Я переживала, что вы промокните и не догадаетесь зайти в дом.
– Я хотела постучать, но потом дверь вдруг открылась, и я вошла. Думала, что вы дома, – смущенно оправдалась Ариадна.
–
– Вы есть хотите? У меня окрошка в холодильнике.
Ариадна кивнула, и хозяйка принялась собирать на стол.
Стол был круглый, покрытый черный лаком, на толстой разлапистой подставке, словно гриб-переросток. Марианна набросила сверху льняную скатерть, и метнулась к белому холодильнику, который ярким пятном выбивался из старинного убранства дома.
– Где можно умыться? – спросила Ариадна.
– В сенях рукомойник. А во дворе, у бани, водопровод с раковиной и душем. Там я мою посуду. Туалет тоже на улице. В конце огорода.
Ариадна еле слышно вздохнула. Она же хотела провести отпуск в глухом месте. Вот и получила. Тишина. Вокруг никого. Туалет в огороде.
Она вышла в сени. Темнота слегка рассеялась, и в глаза бросился серый рукомойник с раковиной да пучки трав, развешанные под потолком на тонкой веревке. Сполоснув лицо и руки, девушка вытерлась хрустящим полотенцем и вернулась в комнату, к накрытому столу. Кроме окрошки, хозяйка поставила блюдо склизких маринованных опят, свежие пупырчатые огурчики и тарелку зелени. Хлеб был черный, а из напитков яблочный компот.
– Давай на «ты», – сразу предложила Марианна. Ариадна не возражала.
– Как ты зимой обходишься без воды в доме?
– Осенью уезжаю в город и возвращаюсь только в мае, когда потеплеет, – ответила Марианна, и хрустнула огурцом.
– Этот дом – дача. Когда-то здесь жили мои предки. Прапрадед Иван Федорович занимался лесом. Вместе с родней. Заградье ведь почему так называется? Его основали братья Заградовы. Семеро их было. Обзавелись семьями, построили дома. Шли годы. Поселок рос и к приходу Советской власти здесь уже было около сорока дворов.
Ариадна ела окрошку и слушала хозяйку. Гадала: сколько той лет? Лицо молодое, но глаза не юношеские, мудрые. Будто она уже много чего повидала в жизни.
– А дама на портрете – твоя прабабушка?
Марианна обернулась, глянула на портрет, кивнула:
– Анна Заградова. Прапрабабка. Бабушка рассказывала, что Анна была колдуньей. Не знаю, правда ли это. Но одно известно точно: Анна ушла из дома, когда ей было тридцать два года, и не вернулась. Может, ее задрал медведь, съели волки или она заблудилась и замерзла насмерть. Кто знает? Было это зимой, в лютые холода. Мужики долго искали ее в лесу, да так и не нашли. Леса тогда были дремучие.
Ариадне вдруг стало холодно. Она представила красавицу Анну, бредущую по лесу с окоченевшими руками и ногами. Как наяву, ощутила ее отчаяние и страх, и сильно вздрогнула. Марианна с любопытством глядела на гостью и держала на вилке сопливый гриб.
– Почему ты решила взять постояльца? – внезапно спросила Ариадна.
– Не из-за денег, ты не думай! – отмахнулась хозяйка. – Возьму символическую плату, да на продукты будем скидываться. Два раза в неделю из города приезжает машина, привозит хлеб, молоко, мясо и прочую снедь. Готовить будем по очереди.