Сеть. Книга третья

Сиб Кристофер

– Это он, – Кейн чуть не подскочил на месте. – Чертов мудила, это точно он!

Джимми Госс согласно закивал, а Хоппер пожала плечами, с сомнением вглядываясь в Монгола.

– Его убили, – неуверенно вставила она.

– В любом случае, – буднично проговорил Кармак, – другой нечипованный не стал бы брать этот псевдоним, зная, что случилось с его прошлым обладателем. А значит, это тот самый Монгол, которого мы знали.

– Вы его знаете? – Данила одновременно напрягся и почувствовал облегчение. Легче ему стало от осознания того, что Монгол больше

не таинственный мужик с неизвестными намерениями. А напрягся он, поняв, что синхроны испуганы.

– Это один из бывших наемников старика, – ответил ему Кейн. – Тот еще мудень.

– Да нет, – недоверчиво усмехнулся Данила, – не может он быть наемником Старика. Я видел тех парней, да что там, жил с ними на одной базе! И вы уж поверьте, там обычные солдаты. А этот…

Он замолчал. Даже от цифровой копии Монгола тянуло опасностью. Такой человек был способен на крайнюю степень жестокости, выходящую далеко за пределы понимания обычного человека.

– Ты-то хоть нам не рассказывай! – слегка фальшиво рассмеялся Кейн. – Мы сами отправляли этому чудиле заказы от Старика.

– То, что ты видел, – принялась терпеливо объяснять Хоппер, – в штабе Старика и на военной базе, все это детский сад. На базу свозят зеленых желторотиков, не способных удержать свой член прямо, когда отливают, не то, что оружие. Здесь их только обтесывают, как чурбаны топором. Всякую некондицию разбирают частные заказчики в свою охрану. Ребят получше берет к себе Старик, в отряды пятерки. А элита получает билет в реальную, сука, жизнь. После той школы, что они там проходят, наемник превращается в идеальную машину убийства…

– Или шпионажа, – тихо добавил Джимми Госс.

– Или шпионажа, – согласилась Хоппер.

– Или подрывной деятельности, – встрял Кейн.

– И ее тоже. А еще – киберпреступлений, тайных проникновений, свержения местечковых правительств и прочей грязной работы.

– И этот мудила, – опять перебил Кейн, – был одним из самых опасных. Он кого угодно мог хоть из-под земли достать. Нюх у этого чучела косоглазого, мать его, особый. Вот он и решил, в один прекрасный день, что Старик ему больше не указ, ну и попер против своих же. Не хотел, видимо, бабло возвращать…

– Наемники обучаются бесплатно, – так же тихо добавил Джимми, но Кейн тут же умолк. – Им даже жалование платят, пока те свои заказы не начнут брать. Но потом все это возвращать приходится. С каждого заказа, по окончании обучения, автоматом уходит десять процентов в карман Старика. А заказы у них нехилые бывают. И платить они должны до конца жизни. Либо, достигнув определенного статуса, могут попробовать договориться об отмене выплат.

– Ага, – вставил Кейн. – Ну, Старик церемониться не стал, когда Монгол против него пошел. Собрал толковых ребят и за ним отправил. Знаешь Костю? Он у Старика типа охранником был.

Данила кивнул. Где-то внутри больно кольнуло – он вспомнил, что случилось с Костей.

– Он тогда только начинал, и надо было проявить себя. Так вот, Костян выследил этого говнюка, незаметно подобрался к нему, дал знать остальным

и напал. Конечно, в одиночку ему было бы не справиться. Парень просто вызвал огонь на себя, чтобы остальные без особых проблем обезоружили Монгола и выжгли ему всю электронику, встроенную в тело. А потом, как я слышал, его показательно казнили.

– За дело, я считаю, – угрюмо произнесла Хоппер. – Этот мудозвон совсем из-под контроля вышел.

– У любого крыша поедет на таких заказах, – хмыкнул Джимми Госс. Обычно его не было слышно, но сейчас сказывалось волнение.

– Да уж, всю чернуху ему сливали, – с бравадой добавил Кейн.

Синхроны умолкли, словно повинуясь внутреннему порыву. Спустя пару секунд голос подал Кармак.

– Это меняет ситуацию. Если за нас взялся Монгол, долго здесь оставаться нельзя. Как рассветет, выезжаем.

– Зачем? – запротестовал Данила. – Он мог меня убить прямо там, в баре. Почему он этого не сделал?

– Не имеет значения, – отрезал Кармак. – Если Монгол в городе, мы должны уехать.

– Куда? – впервые за все время дал о себе знать Ромка. До этого момента для синхронов он словно не существовал.

– Послушай, парень, – Кейн покосился на Ромку, но обращался к Даниле. – Ты бы отключил уже своего дружка. Ну серьезно, уже ведь перерос подгузники, чего ты с ним таскаешься?

– А ты бы завалил едальник! – вспыхнул Данила. Голос его стал жестким, отдавал сталью.

Он понимал, о чем говорит Кейн. Он много лет старался не думать об этом. Данила еще не встречал взрослого человека, кто до сих пор каждый день общался бы с базовым приложением «Лучший друг». Да, многие их оставляли, как память, но не развивали и не тащили за собой во взрослую жизнь. И почему он не купил более совершенную и функциональную версию «Лучшего друга»? Дело не в деньгах. И не в инфантильном желании не расставаться с детством. Может, он просто любил Ромку, как и родителей, как своего дедушку, пусть он и не был ему родным?

– Замолчите оба, – не повышая голоса, произнес Кармак. – Ваши перепалки начинают меня утомлять. Утром выезжаем. Без возражений.

Откровенный разговор

Полночи Данила не сомкнул глаз. Его разбирала злость на Кейна, Кармака и этого Монгола, который так внезапно встрял в их ставшую размеренной жизнь. Так близко к опасности они не находились с той первой стычки с наемниками. Синхроны почти собрали тетра-бокс для него, чтобы загрузить его в Сеть. Осталась самая малость, и тут…

Все эти неприятности из-за Старика. Если бы он не насолил кому-то из корпоративных шишек, на него бы не объявили охоту. И тот спрятался, забился в нору, из которой наблюдал, как громят его лаборатории. Конечно, официально нигде об этом не говорили, но синхроны прочесывали интернет и даркнет на предмет изменений на стороне Старика с того самого дня, когда их чуть не убили. Их визоры, как и визор Данилы, были настроены на срочное оповещение, как только произойдет что-то связанное, пусть и отдаленно, со Стариком.