Сеть
Шрифт:
– Что с ней? Ей плохо!
– Это может быть аллергией на морские блюда. Нужно спешить, иначе случится анафилактический шок. Мы отнесем ее в нашу больницу. Здесь рядом.
А потом пропали и голоса.
Космическая капсула села возле мазанок из красной глины. Сухая трава задымилась под раскаленной обшивкой. Удивленные туземцы, участники этнографического проекта, добровольно согласившиеся посвятить себя образу жизни предков, высыпали посмотреть на чудо.
– Вот и еда приехала.
– Глядя в иллюминатор, подумал вслух Генри.
–
– Живым не дамся.
На самом деле туземцы лишь поддерживали вид первобытной дикости. Некоторые блага, в виде общественного терминала, у них были. Они не были людоедами и вполне могли обойтись консервами, если охота не клеилась. Выстроившись полукругом, почти голые жители деревушки, ждали гостей. Открылся люк, из него разложился трап и на нем появился Генри и следом Полина. В полном молчании жители следили, как спускаются гости. Затем человек, судя по количеству украшений, вождь племени, решил проявить этикет гостеприимства. Он подошел к Генри и Полине и на незнакомом языке, указывая коротким копьем в небо, произнес речь.
– Да, мы оттуда. Тоже, очень рады вас видеть.
– Ответила ему Полина.
– Покажите нам, как добраться до ближайшей цивилизации.
– Генри показал рукой вдаль.
Вождь посмотрел в том направлении, но его взгляд не выразил понимание. Вместо этого, он пригласил их посетить самую большую мазанку. В хижине было сумрачно и воняло. Когда глаза привыкли, Полина разглядела тушу животного, размером с козу, вокруг которой роились мухи. В хижину вошли два человека, взяли тушу и вынесли ее на улицу. Там уже разводили костер. Вождь указал на тушу и приложил руку к груди, давая понять, насколько он гостеприимен, решив покормить гостей этой смердящей тушей.
– Они хотят это есть?
– Полина скривила губы.
– Они хотят нас накормить. Видишь, как горд собой вождь. На черный день держал. Томил.
Процесс приготовления туши сопровождался общественными танцами и соло шамана. Люди поднимали пыль с земли, которая осаждалась, в том числе, и на тушу. Но никого это особо не беспокоило. Народ явно ловил фан и на мелочи не обращал внимания. Два часа народ танцевал без устали. Наконец еда была приготовлена и с почестями подана на пробу гостям.
– Только бы не вырвало.
– Полину передернуло
Генри, как мог, старался сохранять на лице благодушие, чтобы не обидеть туземцев. Шаман налил себе в ладонь что-то густое и красное и растер это по шкворчащему боку туши. Полина с Генри решили, что это ритуальная кровь. Однако, это имело острый привкус красного перца и еще чего-то пряного. Вождь, ножом с широким лезвием ловко отхватил кусок мяса и бросил его на кусок старой шкуры. Маленький мальчик, голодно смотря на еду, поднес его Полине. С какой радостью она отдала бы его ребенку, но побоялась обидеть туземцев. Генри тоже принял еду из рук другого ребенка и незаметно
– Пахнет лучше, чем выглядит.
– Заключил он.
– Ты первый пробуешь.
– Сказала Полина Генри, но улыбнулась вождю.
– Ешьте, Минздрав одобрил.
– Чисто произнес вождь.
Полина и Генри удивленно выставились на него.
– Вы же не туристы, поэтому я могу разговаривать с вами обычным языком.
– Пояснил он.
– А можно, мы откажемся?
– Нет, народ не поймет. Для них это самый любимый деликатес, и вы оскорбите их, если не станете есть. Ну же, у него приятный вкус.
Генри осторожно, как пинцетом, подцепил краешек мяса зубами. Пожевал его, погонял по рту.
– Знаешь, на вкус это похоже на горячее салями. Кисленько, но съедобно.
Он уже увереннее отхватил следующий кусок. Полина, глядя на него, тоже откусила. Мясо, в самом деле, напоминало салями. Специи отбивали ненужный запах, в целом создавая аппетитный вкус. Только память подло хранила воспоминания о том, что оно совсем недавно было засижено мухами.
После мяса принесли кислый напиток из молока. Теплый, густой и как будто газированный.
– После сегодняшних угощений моему желудку больше ничего не страшно.
– Генри утер белые усы, оставшиеся после напитка.
– Как ты хотел, суровые первобытные будни.
– У Полины были точно такие же усы.
– Тебе идут усы.
– Заметил Генри.
– Они такие же изящные, как и твое чувство юмора.
– Полина не осталась в долгу.
Полина решила, что с гостеприимством пора заканчивать. Наверняка, за челноком уже вылетели. Она подошла к вождю.
– Извините, но нам нужно попасть в ближайшее цивилизованное поселение. Вы не могли бы помочь нам?
Вождь подул в губы, покрутил головой, словно искал ответов у матери-природы.
– У нас сейчас важный танец подготовки к охоте. Если он пройдет не так, как нужно, охота будет плохой.
– Пожалуйста, мы купим вам в магазине все, в чем вы особенно нуждаетесь.
– Я подумаю.
– Вождь ответил таким тоном, как будто хотел, чтобы от него отстали.
Вождь подумал и нашел способ отправить гостей к ближайшему поселению. К его мазанке подошел мальчик с быком, запряженным в примитивную повозку на деревянных колесах.
– Мбанга еще мал, чтобы охотиться. Он отвезет вас.
Полина посчитала, что это была отличная идея. Они с Генри запрыгнули на дно телеги, устланной жестким сеном. Мбанга крикнул на быка, меланхолично жующего жвачку. Тот неохотно развернулся и потянул скрипучую телегу. Оказалось, что скорость движения быка такая же, как и человека. Он никуда не спешил. Мбанга шел рядом и напевал туземские песни. Африканское солнце палило нещадно. Вокруг простиралась высохшая саванна, дрожащая в мареве полуденного солнца. Спрятаться от него было негде. Полина сильно пожалела, что не взяла ничего подходящего с борта капсулы.