Сеть
Шрифт:
Потом, Полина устроила сеанс связи для Генри с его семьей. У парня все было хорошо. Братья и сестры росли, родители работали, чтобы их одеть и прокормить. Им некогда было замечать начинающиеся проблемы мироустройства. Генри настоял на том, чтобы и они начали запасать продукты питания для долгого хранения. Ему пообещали, но Генри не был уверен, что его послушают на самом деле.
– Им не с чего особенно откладывать. Сколько помню себя, лишних денег у нас никогда не водилось. Пять ртов, голодных и растущих.
– Я могу перевести деньги вашей семье?
– Предложила Полина.
– Нет, ты что! Не дай бог, станет известно, да и мои родители никогда
– Тогда надо самим сделать запас и отвезти им: соль, сахар, спички, консервы.
– Хорошо, так и сделаем.
– По лицу Генри было видно, что он очень переживает за свою семью.
После общения с семействами, Полина решила связаться с Мориц. Она точно должна была знать обстановку в мире. Ни один канал не отвечал. Полина пробежалась по ресурсам Интерпола и была ошарашена. Мориц числилась в бегах. Конфиденциальная информация, взятая из внутренних источников Интерпола, гласила, что капитан Мориц замешана в убийстве пяти человек и организации бегства преступников. Значит, их больше не считали свидетелями. Теперь они преступники, и их обязательно схватят, если опознают. А это произойдет обязательно, потому что быть абсолютно невидимым не получится.
До городка, под названием Мец, Полина и Генри не вылезали из автомобиля. Еду брали только из автоматов, спали в машине, и по нужде ходили в лес. В городке оказались к позднему вечеру следующего дня. Сняли номер, напротив квартиры Алексы, чтобы присмотреться за обстановкой. За квартирой могли наблюдать, ожидая возвращения хозяйки. Полина собиралась проверить все информационные потоки вокруг, а Генри брался выявить наблюдателей. Но только на следующий день.
Квартира была нужна для того, чтобы найти послание от Мориц, написанное на бумаге. Алекса спрятала его в тайнике. Она не стала доверять Сети. В послании была инструкция для дальнейших действий Полины и Генри. Алекса была уверена, что за месяц многое изменится, и по возвращении со станции нужно будет понимать, что происходит вокруг, чтобы не попасть в неприятную ситуацию. Полина от послания не ждала ничего хорошего. Мориц пропала, а это значило, что враг стал сильнее.
Утро началось с запаха печеной сдобы. Во входную дверь тянуло аромат булочного дыма и корицы. За окном слышны были разговоры горожан и мягкий шум покрышек автомобилей.
– Если эти булки нельзя заказать через Сеть, я их украду!
– Генри глубоко вдохнул приятный аромат сдобы.
– Воруй, на нас и так уже столько всего повесили, что булки не сильно усугубят нашу вину.
– Полина посмотрела усиленным зрением через щель в жалюзи на улицу.
Ничего примечательного. Люди спешили по своим делам. От дыхания их шел пар. Чувствовалось приближение зимы. Напротив их окон, на той стороне улицы, лоточница расставляла коробки с фруктами. Она здоровалась со всеми проходящими мимо нее. Значит, местная. С ней тоже здоровались, разговаривали. Внизу, то и дело хлопали дверью с колокольчиком. Наверное, это были утренние посетители ароматного кафе с собственной пекарней.
Генри умылся, оделся и готов был идти за булочками.
– Ты уже придумала, как я расплачусь?
– Спросил он.
– Придумала, они принимают заказы. Возьмешь на имя Геральда Шнимбершпахера.
– Человек с таким именем не станет есть булочки, он завтракает младенцами.
– Первое, которое попалось.
– Я подозреваю тебя в неразборчивости.
– А я подозреваю, что ты зануда шотландское.
– Ага, еще и в нацизме.
– Умрешь голодным Несси.
– Ладно,
– Держи руку на терминале.
– Хорошо, босс.
Генри ушел. Его шаги застучали по ступеням. Полина посмотрела в щель жалюзи, насколько позволил угол обзора. Вроде, ничего подозрительного. Генри хлопнул входной дверью и почти сразу зазвенел колокольчик кафе. Полина еще раз попыталась заметить подозрительную активность. Вот прошел мужчина мимо лоточницы. Она не поздоровалась с ним, и он не обратил на нее внимания. Приезжий. Полина проводила его взглядом. Мужчина ушел из поля зрения, не запятнав себя ничем примечательным. Внизу, под самым окном мелькнул еще один человек. Полина не успела его разглядеть. С ним лоточница тоже не поздоровалась. Женщина проводила его взглядом, так делают, когда человек чем-то заинтересовал. Зазвенел колокольчик. Открылась дверь. По лестнице застучали шаги.
Генри зашел в комнату с сильной одышкой.
– Знаешь, за месяц я сильно отвык от нормальной гравитации. Еле поднялся на второй этаж.
– Как там обстановка?
– Тихо, провинциально. Ничего подозрительного не заметил.
– Хорошо. Показывай, что купил.
По дому распространился густой аромат выпечки. В корзинке лежали сдобные завитушки, залитые сахаром, румяные булочки с начинкой, и в отдельной коробочке пончики, залитые сахарно-сливочной смесью.
– Нам, девочкам, такое нельзя.
– Полина еле сдерживала слюни.
– Какой сегодня день?
– Пятница, вроде.
– Неуверенно сказал Генри. Его взгляд стал расстроенным.
– Кроме пятниц. В пятницу можно все.
Схватила из коробочки пончик, зачерпнула им сливок и откусила больше половины. Закатила блаженно глаза. Генри понял, что его хотели провести, тоже схватил пончик и принялся есть. Полина приготовила кофе, и они доели всё, что было в корзинке. Завтрак стал завершением отпуска, в который их отправила Мориц.
Полина и Генри, натурально изображая влюбленных, перешли на противоположную сторону улицы. Лоточница, уставшая от однообразия, разглядывала их без стеснения. Полина поздоровалась, Генри подхватил.
– Откуда вы? Сразу видно не наши.
– Мексика.
– Ответила Полина.
– Буэнос диас.
– Аааа, понятно. Я так и подумала. Какой загар осенью. Мы тут бледные, как утопленники.
– Красиво у вас, город и природа, воздух свежий.
– Добавил Генри.
– Да, местечко у нас красивое. Короли французские любили у нас отдыхать, даа.
– Мы пройдемся немного, посмотрим.
– Полина мягко дала знать, что им пора.
– Конечно, идите, фрукты не предлагаю вам, у вас у самих, в Мексике их полно.
– До свидания.
– Всего хорошего, отдыхайте.
– Спасибо.
Когда Полина и Генри отошли на достаточное расстояние от лоточницы, Полина не удержалась.
– Глазастая тетка, все подметила.
– Может быть, спросить ее, не заметила ли она кого-нибудь подозрительного?
– Предложил Генри.
– Нет, ты что, так мы сами станем подозрительными. Я сама буду прислушиваться, приглядываться. Ты номер квартиры Алексы помнишь.
– Двадцать один.
Они подошли к дому в три этажа. Дом был относительно современным, но выполнен в старинном стиле. Каменный фасад, на самом деле казался каменным. Арочные окна походили на старинные, рамы в них были установлены из настоящего дерева. Крыльцо было о трех каменных ступеньках, огороженное коваными перилами. Архитектору хорошо удалось передать стиль давнишней эпохи.