Сетевой
Шрифт:
Танцевал он хорошо. Не перетаптывался, как медведь, чего я терпеть не могу в этих современных танцах, а двигался пластично и даже грациозно. И мне захотелось подстроиться под него, уловить этот нехитрый медленный
Я вдруг перестала чувствовать скованность и неловкость и начала откровенно любоваться своим партнером. Он был определенно хорош, и я не зря таких избегала, зная за собой привычку мгновенно и безответно влюбляться (правда, ненадолго: если не подливать масла в огонь, все это затухает довольно быстро).
У него были резкие черты лица и яркие губы, как у многих белобрысых и рыжих. Он почти все время держал их плотно сжатыми, как будто они пытались улыбнуться, а он им не давал. Вблизи он показался мне старше, чем за столом, в компании молодежи. Может быть, из-за едва заметной золотистой щетины, которая поблескивала на его щеках, тоже лишенных той юной гладкости и пухлости, присущей почти всем нашим «мальчикам». Его короткие светлые волосы торчали надо лбом густыми вихрами, и мне захотелось дотянуться и провести по ним рукой, чтобы пригладить и упорядочить.
Я пыталась вспомнить его голос. Но оказалось, что мы с ним мало общались в игровом
Я с нетерпением ждала, когда же он прервет затянувшееся молчание. Самой мне ничего умного в голову не приходило. А именно в этот раз почему-то очень не хотелось ляпнуть что-нибудь такое, что способно выставить меня полной идиоткой. Я это умею при всем своем достаточно высоком, на мой взгляд, интеллекте и высшем образовании.
Наконец он склонил ко мне голову, прижав меня к себе еще чуть сильнее, и вкрадчиво произнес мне в самое ухо умопомрачительным бархатным баритоном с едва заметной волнующей хрипотцой:
– Расскажи мне о Закидонском.
6
У меня перехватило дыхание. Я была так зла и ошеломлена, что целую секунду испепеляла его взором, не зная, что сказать и как поступить. Вот, вот за что я терпеть не могу этих самовлюбленных типов, уверенных в собственной неотразимости! Они считают, что стоит им шепнуть на ушко, как все бабы тут же растают и преподнесут им на блюдечке все, что они захотят.
Конец ознакомительного фрагмента.