СетиОлд ||
Шрифт:
Капитан что-то произнес, но его заглушил неожиданно мощный и близкий раскат грома.
— Что там?! — громче добавил старик, перекрикивая все еще стоящий в ушах звук.
— Она говорит, что в птицу только что ударила молния!
— Так это же хорошо, нет? — влез в разговор матрос Джефферсон, что все это время терся на капитанском мостике. — Птица мертва, все счастливы!
— Ты идиот парень, и это не лечиться, — выпустив изо рта кусок сушеного щупальца осьминога, произнес капитан, и обернулся в мою сторону. — Птица не умерла, да?
— Нет, — похолодев еще больше согласился я. — Васё говорит,
— Думаю да, сынок, думаю да. Но лучше бы я ошибался.
Капитан крепко задумался, словно вспоминая что-то из своей бурной молодости. В это время прогремел звук выстрела. Говорят, каждое огнестрельное оружие имеет свой звук, как и мотор у двигателя автомобиля. С последним утверждением я полностью согласен, первое проверить у меня возможности еще не имелось. Истеричка вступила в нашу команду не так давно чтобы я сумел запомнить звук, с которым ее револьвер выплевывает из себя пули. Тем не менее, я был уверен, что это ее рук дело.
— Нет! — услышав выстрел, прокричал пожилой капитан. — Отставить стрельбу! Отставить! Дьявол, теперь нам остается только молиться!
— Что случилось, сэр? — обеспокоенно спросил все тот же матрос. — Вы знаете что это за птица?
— Фрэнк, — устало произнес старик. — Не заставляй меня думать о тебе хуже нежели это возможно. Ты должен прекрасно знать, что только одно пернатое существо способно свободно купаться в молниях, без вреда для здоровья. И это гром-птицы!
— Т-тандербирд, — матрос здоровски побледнел, практически сравнявшись в цвете с чашкой свежего парного молока. — У меня н-на родине их называют тандербирдами…
— Названий полно, — кивнул капитан, — но суть одна, громовые птицы — одни из самых опасных летающих монстров в мире! И мы только что стреляли в детеныша, чего делать просто категорически нельзя.
К заявлению капитана я отнесся в высшей степени критически. Не люблю громогласных тезисов. Но даже так, старик обладал опытом и если он говорил что по этим монстрам лучше не шмалять, значит нам действительно лучше поберечь пули и арбалетные болты. Если еще не поздно, конечно же. Именно поэтому я поспешил связаться с Истеричкой.
– “Васё, что у тебя там такое? Зачем ты стреляла?”
– “Все хорошо, мастер, не волнуйся. Я просто хотела отпугнуть эту птичку. Она, кажется не агрессивная, но еще слишком молодая и любопытная.”
Пересказав слова блондинки старику, я с удивлением заметил, как тот чуть расслабился и выдохнул.
– “Больше не пугай ее, ладно? Капитан говорит, что это громовая птица, и пули ей в принципе нипочем. Но если мы разозлим эту пташку, она может поджарить нас молниями!”
Васё несколько секунд помолчала, и когда заговорила вновь, тон ее голоса сильно изменился. Вся дурашливость и несерьезность резко пропали.
– “Думаю, теперь я понимаю капитана,” — отрешенно произнесла она.
– “Васё?”
– “Это нужно видеть, мастер.”
Нахмурившись я сконцентрировался на своих чувствах, расставил шире ноги, чем придал себе больше устойчивости, и попытался отрешиться от своих чувств. Короткая медитация, что я освоил не так уж и давно, и несмотря на закрытые глаза, картинка передо мной ожила. Когда-то
Васё смотрела на мир… явно не так как все другие люди. Хотя мне сложно было назвать конкретные отличия. Мне изначально не представлялось идеальной картинки, чьими бы глазами я ни смотрел. Для чего-то подобного, умение нужно было заточить еще сильнее, но мне банально жаль потратить астрономическую по моим меркам сумму кристаллов. Потому я довольствовался тем что есть. Даже так у меня имелся опыт с Молли и Милки, картинка с их глаз казалась мне более привычной. Истеричка же, словно смотрела на мир сквозь какой-то сложный и непонятный светофильтр, или даже сквозь снайперский прицел, скрещенный с ПНВ!
Каким-то магическим образом она, и я через нее, видели даже сквозь грозовые тучи! Не насквозь, правда, а где-то метра на три-четыре вглубь, но этого было более нежели достаточно чтобы рассмотреть что-то просто невероятно огромное по правому борту от нас! Мы видели только голову, и она одна по размерах не уступала крупному микроавтобусу! Остальная часть тела скрывалась вне поля зрения.
Вероятно, я должен был догадаться, что возле птенца обязательно должна присутствовать мать. Взрослая особь громовой птицы просто подавляла и заставляла тебя трепетать. Мне показалось что я резко уменьшился в размерах. Птица действительно, очень сильно походила на орла, такой же светлой расцветки перья на голове и шее, хорошо узнаваемой формы клюв, и умные, искрящиеся синим, глаза, вернее один глаз, так как Васё видела только его.
Снова прогремела молния. Отблеск показался на довольно большом расстоянии от нас, но словно магнитом его притянуло к гром-птице. Молния шибанула прямо в тупой нос пташки и разбившись на десятки отдельных линий, разошлась по всему ее телу! Пожалуй, это зрелище надолго отложиться у меня в памяти как самое прекрасное и величественное что я когда-либо видел!
Орел заклекотал, громко и пронзительно, он явно остался доволен подзарядкой. Возле него появился мелкий детеныш размером с быка с крыльями, и я в который раз поразился тому насколько огромной является его мать. Если бы она захотела, то легко разрушила наш дирижабль на чистой физической силе, и без всяких там магий и прочей мистики. Но она не казалась злой или враждебной. Просто мать что учит своего птенца летать, ничего более.
Гром-птица посмотрела прямо на Васё, и качнула головой, словно благодаря за то, что девушка “промахнулась”. Заложив вираж, она еще раз что-то прокричала, и скрылась в темных облаках, уводя за собой несмышленого детеныша.
Усилием воли прервав зрительный контакт с Истеричкой я поспешил успокоить капитана и команду дирижабля. Никто из них не обладал возможностями зрения Васё и только единицы догадывались о настоящей степени угрозы что пролетела возле нас. Тем не менее, громоподобные крики птички сильно всех напугали, и всполошили. И я могу их понять. Дотронувшись до ушей, я поднес пальцы к глазам и увидел на них кровь.