Север помнит
Шрифт:
– Лорд Эдмар?
– Да, это я. – Ее дядя по мужу склонил голову. В его глазах была печаль, такая же глубокая и неподдельная, как и у нее. – Простите… простите меня. За все. Ни мне, ни вам нет покоя, ведь и ваша семья, и моя леди-жена заплатили жизнью за наши поступки. Я приехал, чтобы помочь вам, чем смогу. Как только вы окрепнете, как только будете готовы, если боги будут милостивы и избавят нас от Ланнистеров, я отвезу вас домой.
Комментарий к Жиенна
Да, глава получилась не для слабонервных (по крайней мере, для мужчин). Бедная Жиенна, бедный малыш. Мне как маме маленького
Кстати, у автора допущена фактическая ошибка: он пишет, что леди Мейдж и леди Жиана на двоих родили шесть детей. Это не так. У леди Мейдж было пять дочерей, а не четыре. Впрочем, это не имеет значения для сюжета.
========== Теон ==========
Во рту чувствовался черный, удушливый привкус гари, сажа царапала горло и пачкала зубы, но он был этому рад: значит, он еще жив. Он лежал в темноте, среди нагромождения изломанных веток и камней, и слышал только удары собственного сердца, громкие, словно раскаты грома. Срывающимся шепотом, запинаясь и сбиваясь, он молился старым богам, надеясь, что хотя бы им удалось остаться в живых после полного уничтожения Винтерфелла. Рамси все-таки добился своего. Как ему это удалось, Теон не знал, но результат был налицо. Во время взрыва он оказался довольно далеко от бочонков, и только благодаря этому остался жив. Он вспомнил, что богороща росла здесь десять тысяч лет. Десять тысяч лет, и вот теперь…
В пылающей ночи раздавался грохот и треск – это рушились толстые каменные стены. Несмотря на это, Теону, наглотавшемуся дыма, закоченевшему и изможденному, удалось уснуть. После той постели, что была у него в Дредфорте, и после ледяных каменных плит в крипте ложе из снега и веток показалось ему теплым и удобным. Его сон нельзя было назвать спокойным. Всю ночь с ним были Старки, почти осязаемые, совсем как живые, но в кои-то веки их присутствие не было для него мучением. Он снова попросил у них прощения, уверяя, что пытался спасти замок, но они не ответили. Они просто стояли над ним, неся дозор.
Теон проснулся от жгучего холода в полном одиночестве. Кажется, наступило утро, - небо из удушливо-черного стало перламутрово-серым, над головой плавал дым. Он все еще лежал в богороще, можно сказать, в покое и безопасности. Внезапно пришло воспоминание: «Где Манс? Где Светозарный?»
Шипя от боли, Теон разогнул замерзшие ноги и кое-как встал. Перед глазами запрыгали кроваво-красные пятна, и он неловко схватился за бок, проверяя, на месте ли нож. Повсюду рыщут волки, люди Болтона и люди Баратеона. Без оружия ему не обойтись.
Теон побрел по богороще, еле-еле перебирая непослушными ногами. Кое-где припорошенные пеплом сугробы доходили ему до колена, в горячих источниках плавали обломки дерева. Теон не знал, что ему делать, если он не найдет Манса, - правда, он точно так же не знал, что делать, если найдет. Среди руин для них нет безопасного места, в крипту им уже не вернуться, за каждым углом подстерегает смерть. Но Теон больше не боялся. Нет, он не был храбрецом, никогда им не был, но прямо перед взрывом страх ушел, и в тот момент он почти почувствовал себя снова мужчиной. Это немного, но уже кое-что.
Впереди, между толстых стволов, Теон увидел большое белое чардрево, стоящее
Вороны. Теон замер. Они наблюдали за ним. Взгляды черных блестящих глаз были устремлены на него, и резные алые раны на стволе чардрева тоже смотрели на него. Лицо, это лицо. Лицо дерева.
Его лицо.
– Бран? – спросил Теон надтреснутым голосом. – Бран… это ты?
Дерево не ответило. Холодный ветер вздохнул в его ветвях, зашелестел листвой. Теон стоял, как завороженный, не в силах отрицать истину, - он понял, что Бран перестал быть простым смертным. Он сделал еще шаг вперед, и…
Застывший воздух прорезал женский крик. Не близко, но и не далеко.
Теон в испуге обернулся. Сердце у него ушло в пятки. Крик шел не из богорощи, а из двора, что сразу за стеной, - и это очень плохо. Женщина, кем бы она ни была, снова попыталась вскрикнуть, но ее крик перешел в визг, потом раздалось бульканье и долгий мучительный хрип. Кто это, кто? Джейни спрыгнула вместе с ним с крепостной стены, из копьеносиц сделали плащ для Манса, так что в замке осталось не так уж много женщин, достойных внимания, разве что…
Толстая Уолда. Нечеловеческий ужас пронзил Теона с головы до ног. Внезапно он все понял.
В этот миг кто-то схватил его за плечо.
Теону понадобилась вся оставшаяся в нем выдержка, чтобы не испустить вопль, который по силе и длительности мог бы сравниться с криком Уолды. Он поднял глаза и увидел затененное лицо Манса-налетчика. Изувеченными пальцами тот схватил Теона за рукав и настойчиво тряхнул.
– Он здесь, я его видел. Скоро он пойдет сюда, Перевертыш. Когда придет, я с ним покончу. Беги и прячься. Давай. Беги.
Теону не потребовалось повторять дважды. Он повернулся и, спотыкаясь, побежал без оглядки. Представив, как пылающий меч пронзает грязную глотку Болтонского Бастарда, он ощутил внезапную, чужеродную вспышку мстительной гордости. У этого урода в жилах течет не кровь, а черный гной. А если так…
Бастард. Теон уже готовился залезть на одно из самых высоких и неповрежденных деревьев, в надежде спрятаться под покровом темных листьев, но при упоминании этого слова застыл на месте. Он только что назвал Рамси бастардом, не «лордом Рамси», не «хозяином Дредфорда» и не одним из многочисленных хвалебных эпитетов, которыми Рамси любил прикрывать свое низменное происхождение. Бастард.
– Бастард, - шепотом повторил Теон и снова стал карабкаться на дерево. Он по-прежнему не боялся. Он забрался на высокую крепостную стену Винтерфелла, чтобы спасти Манса, значит, сможет забраться на дерево, пока Манс спасает его. – Бастард, - снова выдохнул он. – Рамси Сноу, Болтонский Бастард.
Внезапно его посетило безумное желание спрыгнуть и вернуться, чтобы приложить руку (в буквальном смысле) к смерти Рамси, чтобы отплатить ему за немыслимые мучения. Но Теон подавил свою жажду мести. Если он снова заглянет в эти бледные глаза, то, скорее всего, лишится своей эфемерной храбрости и снова будет униженно умолять о прощении. Кроме того, у Манса есть Светозарный. Мансу не нужна его помощь.