Север
Шрифт:
Её вели по Соладару под плотным эскортом легионеров, а местные весьма красноречиво отзывались о её особе.
Логар не был идиотом, и всех этих фактов ему хватило для осознания того, что Балор соврал ему. Убийца пытался запутать его, и приходилось признать, у него это получилось, ведь Логар действительно поверил, что Велена сразу же после его поражения кинулась целовать ножки Императора. Что ж, хорошая новость. В будущем она будет полезна, правда для этого придётся вытащить её из лап Убийцы, но это было делом десятым. Сейчас ему самому предстояло выбраться из города.
Отделившись
Логару задали лишь несколько стандартных вопросов, а затем отпустили на все четыре стороны, сообщив о том, что в провинции все ещё сохраняется неспокойная обстановка из-за остатков войск "мятежника Логара", все ещё старавшихся подорвать власть Императора.
— Спасибо за информацию, — вполне искренне сказал Логар стражнику. Теперь он знал, куда направиться для начала.
Ш-ш-ш-ш…
— Знаете, это немного нервирует, — робко сказала Налли.
— А меня успокаивает, — ответил Логар, продолжая натачивать клинок.
Глава 12 — Карнгар
— Это что? — Карнгар с сомнением ткнул пальцем миску с какой-то бурдой, стоящую перед ним на столе.
— Овсянка, — сказал Бронвальд, старый слуга, живший в Зимнем Пределе ещё в те времена, когда крепость принадлежала имперцам. Старик, по мнению Карнгара, был неплохим человеком, и верой и правдой служил ему, да вот только он все ещё никак не мог выкинуть из головы эту проклятую привычку — подавать утром вместо нормальной еды какую-то дрянь.
— Её уже один раз съели, что ли? — поинтересовался Карнгар, поглядывая на "овсянку".
— Нет, милорд.
— Тогда почему она похожа на блевотину?
Тут слуга не нашёл что ответить. Он лишь молча стоял по левую руку от лорда, восседавшего на несоразмерном ему деревянном стуле за не менее огромным столом, и смотрел прямо перед собой.
— Как это вообще можно есть? — сокрушался Карнгар, зачерпнув ложкой немного каши и с отвращением бросив ложку обратно в миску. — Скажи, Бронвальд, ты видишь, что это за место? — спросил он, взглянув на старика.
Слуга видел. Огромный зал, предназначенный для торжественных приёмов на сотню человек. В былые времена здесь стояли статуи Императоров прошлого, но с приходом северян все они канули в лету, уступив место каким-то плохо исполненным рисункам на стенах. Большинство из этих рисунков, само собой, изображали Йортунхельда.
— Вижу, милорд, — кивнул он.
— А, по-моему, нет, — сказал Карнгар, запустив миску с овсянкой на другой конец стола. — В таком месте нельзя подавать людям блевотину под видом еды! Где мясо?! Где картошка?! Где нормальная жратва, скажи мне?!
Прокашлявшись, Бронвальд сложил руки за спиной и все так же, глядя перед собой, принялся отчитывать своего повелителя.
— Лорду Зимнего Предела надлежит поддерживать свой
— Ох, — Карнгар прикрыл лицо рукой, проклиная все на свете. Старик опять принялся за одну из излюбленных тем: "Лорду Зимнего Предела бубубу-блаблабла-бубубу". Конечно же, Карнгар относился к Бронвальду со всем возможным почтением, но благодаря его бесконечному ворчанию, он не мог есть у себя в комнате, потому, что лорду Зимнего Предела это не полагалось, не мог заводить себе хорошеньких служанок, потому что лорду Зимнего Предела не к лицу было иметь подобные связи, не мог нажираться, как свинья, потому что лорд Зимнего Предела всегда должен быть трезв, как стёклышко.
— Благодаря которой, срок жизни обычного человека увеличивается в среднем на пять лет, — наконец-то закончил старик.
— Отправить бы тебя в Империю, — буркнул Карнгар, взяв в руки миску, которую столь услужливо пододвинул к нему старик.
— Боюсь, это огорчит милорда Арнгора, — на лице Бронвальда мелькнуло что-то вроде ухмылки.
Конечно, огорчит. Чтоб его. Три года назад хренов король, во время очередного визита в Зимний так хорошо разговорился с Бронвальдом, что решил назначить его ответственным за то, чтобы Карнгар "вёл себя прилично". И старый слуга со всем возможным рвением принялся за исполнение своих новых обязанностей.
Судя по всему, он принял слова Арнгора слишком серьёзно и теперь вознамерился сделать из Карнгара настоящего имперского лорда, что не очень-то радовало последнего. Да вот только против королевского указа не попрешь, будь ты хоть лорд, хоть вождь, хоть ещё кто. Так что ничего не оставалось, кроме как жрать эту унылую овсянку да проклинать тот день, когда на Йорсткий трон взошёл этот человеконенавистник.
Только когда Карнгар доел-таки овсянку, Бронвальд изволил сообщить ему что в крепость прибыли гости.
— Три Волка, милорд. Их ведёт Рорик Чёрный. Я сообщил им, что вы будете готовы их принять, после того как позавтракаете.
Взгляд, которым Карнгар одарил старика, был краше всех слов. Он выражал всю ту гамму ненависти и раздражения, что скопились в лорде Зимнего Предела за последние годы, а так же лёгкую толику интереса. Как ни крути, но визит Чёрного всегда приносил с собой что-то интересное.
— Скажи, что скоро подойду, — сказал он Бронвальду, — и Бьёрна позови. Пусть тоже присутствует.
Слуга поклонился и торопливо вышел из зала через раскрытые двери, в которых скоро показался никто иной, как Бьёрн по прозвищу Медвежье Дерьмо (сам он предпочитал называться Медвежьей Лапой, но кого это волновало?).
На вид ему было лет сорок, хотя из-за чёрной, кустистой бороды и таких же чёрных, засаленных волос он выглядел немного старше. Этому же способствовало и массивное пузо, по слухам, служившее причиной того, что Медвежье Дерьмо никогда не носил нагрудники.
— Лорд! — крикнул он, приветствуя Карнгара. — Долго же ты жрал!