Северка
Шрифт:
Ленинской слободе до Москвы-реки. Нашли безлюдный закуток. Машины проезжают здесь раз в полчаса. В мои студенческие годы тут лежали трамвайные рельсы, была остановка. Из института этим трамваем студенты добирались до стадиона 'Торпедо', на физкультуру. В другую сторону трамвай шел до универсама у четвертой проходной…
Разложились на опрокинутой бобине для кабеля, пьем стоя, вспоминаем, смеемся. Через пятнадцать минут подъезжает милиция. Собрали у всех заводские пропуска. Что-то пробурчали. Оказалось, требуют по пять тысяч с каждого – это пять рублей после деноминации. Мы собрали деньги, и милиция уехала охранять порядок. А мы продолжили банкет
Сбербанк.
Работа в банке не очень интересная. В нашем отделе десять программистов. Никто не имеет программистского образования, все чьи-то знакомые.
В операционной системе, что стоит здесь, никто из нас не разбирается. Ее сделали и обслуживают другие программисты-специалисты, вне штата банка. Эти специалисты появляются тогда, когда мы им звоним или вызываем по пейджеру в экстренных случаях. Наша же задача – кликать и нажимать кнопки в соответствии с инструкцией, ездить по филиалам и устанавливать дополнения к операционной системе, разработанные специалистами. Из филиалов ежедневно в наш отдел приходят дискеты, с которых мы снимаем информацию по прошедшему операционному дню. Свободного времени у нас много, но все изображают деятельность. Знакомый моего отца Леша – крупный мужчина, лет сорока пяти, заместитель начальника отдела. Леша может работать в Нортоне. Леша часто бывает резок, злобно орет на любого, независимо от возраста и пола. Однажды утром случилась остановка сервера в филиале у метро 'Планерная'. Филиалы начинают с восьми утра, наш отдел, как и другие отделы банка с девяти. Был день выдачи пенсий, в филиале скопилось много старушек и стариков, стоят, волнуются. Как только нам позвонили, что сервер встал, Леша стал орать на всех подряд. Несколько программистов поехали на место, но сделать ничего не можем, мы не специалисты.
Леша тоже приехал, крутится рядом, и тоже ничего не может. Леша боится увольнения, здесь это запросто. Куда он пойдет? Через полтора года Лешу уволили, за несовместимость с коллективом.
Мне захотелось автоматизировать нудную ежедневную работу по снятию копий с филиальных дискет. Во-первых, программа должна определить, в какой дисковод вставлена дискета (в 5-дюймовый или в 3,5-дюймовый).
Затем среди других найти файл за прошлый день и снять с него копию в каталог этого филиала. Написал на Си. Дату беру из имени файла, а номер филиала из первой строки файла. Ошибка: забыл закрывать файл, после того, как считываю номер филиала. Все равно, что забыть шнурки завязать при выходе из дома. Но программа успешно работает и открывает 16 файлов под одним и тем же псевдонимом. А начиная с 17-й дискеты выдает невразумительное сообщение об ошибке, то есть никак не указывающее на многократное открытие.
Позднее мне разрешили сделать небольшую программку для отдела коммунальных платежей. На третьем Кларионе под ДОСом. У него уже появились кнопки, поддерживает мышь. Остальное время занимают разъезды по филиалам и установка изменений в программах. Застал кампанию по компенсации.
Управляющая нашим банком – грузная тетенька бальзаковского возраста. Такие обычно работают в торговле. Ее все боятся и заискивают, как в 'Скверном анекдоте'. В день ее рождения коридор перед ее кабинетом и сам кабинет уставлен ведрами с громоздкими букетами от двадцати филиалов и каждого отдела банка. Почитатели пишут поздравительные открытки:
'Жаркою страстью пылаю, сердцу тревожно в груди.
Кто ты, тебя я не
'Я не жду других наград, кроме слов: 'Я согласна''
'Вам крест тяжелого страданья взамену счастью должно несть.
Не плачь, не плачь, твои рыданья душа не в силах перенесть'
Начальники филиалов исключительно женщины. Разного возраста.
Только две не боятся компьютера и дискет. Компьютеризация московского банка только, только началась.
В банке принято отмечать дни рождения и уход в отпуск. Один мужчина в отделе в таких случаях приносит замечательные итальянские тортики, пропитанные ликером. Одна сотрудница пыталась сэкономить и попала в неловкое положение, когда ее шоколад 'Вдохновенье' оказался с плесенью. Недели не проходит, чтобы что-то не отмечали.
Обязательно на столе вино, преимущественно шампанское или импортное шипучее.
Несмотря на большие зарабатываемые деньги, многие служащие готовят на плите, которая стоит в закутке на пути в туалет. Идешь мимо, в кастрюльках что-то булькает.
– Так, что у нас сегодня? Сосисочки? Это хорошо.
Влюбился в девочку Аню восемнадцати лет из нашего отдела. Аня совсем незаметная, ничем не выделяется. Я не волочусь за ней, просто работать с ней хорошо. К каждому дню рождения в отделе собирают деньги на подарок. Обычно покупают ерунду – лишь бы отвязаться. На день рождения Ани я вызвался купить ей подарок. Специально поехал на набережную у Центрального дома художника. Походил и выбрал полотно
Налбадяна: 'Сталин и Горький пьют чай с отравленными конфетами'
(купил у автора). А в переходе на Пушкинской – воздушный букет цветов.
Через полгода работы изменилась форма нашей оплаты. Каждого заставили написать заявление, по которому служащий как бы передает банку некоторую сумму, у программистов это 4000 $, а банк обещает платить нам с нее 10% ежемесячно. Налогом эти 10% не облагаются.
Дополнительно у каждого сотрудника остается рублевый оклад. Наш отдел стоит в самом низу по зарплате, не считая электриков и уборщиц. Девочки – операционистки, например, получают от 600 $ до
800, в зависимости от прибыли филиала. Самые прибыльные филиалы вблизи метро, в них доход от вкладчиков в полтора – два раза выше.
В отделе рядом со мной сидит дяденька примерно моего возраста. Он не программист, занимается какими-то бумажками. Приходит на работу раза два в неделю. Наше общение с ним ограничивается: 'здрасьте, до свидания'.
Вдруг в обед он предложил мне пройтись по воздуху. Ну, пошли. Он начал расспрашивать меня, как в отделе кадров. На чем я его подловил, не помню. Точнее не я подловил, а он промахнулся. Я понял, что дяденька работает на начальника службы безопасности. При поступлении на работу все проходят отдел безопасности. Особист спросил меня тогда:
– Вы знаете, что информация об обороте банка стоит тысячу долларов?
– Неужели тысячу долларов?
– Тысячу долларов.
– Да ни почем не дадут тысячу долларов.
Ладно, у особиста работа такая никому не верить и всюду искать злоумышленников. Мне не жалко, пусть знает чуть больше обо мне. И я прямо отвечаю на вопросы своего соседа. Вообще этот дяденька странный. Однажды он предложил мне пойти после работы к метро. Пошли здесь, говорит, я знаю дорогу. Ну, пойдем, раз знаешь. Идем, а он все расспрашивает. Уперлись точно в середину дома. Тут он меня бросил, говорит: мне нужно вернуться, я забыл зайти…