Северо-восток
Шрифт:
Танталовый штык пробил ему глаз, прошил мозг и заставил распластаться на земле лохматым чучелом. Он так и остался лежать – башка под вагоном, а все тело снаружи.
– Тащите его сюда, авось влезет, – сдавленным шепотом велел нам с Лисом Олег Петрович.
– Влезет. Он маленький. Подросток еще, – мы потянули не слишком тяжелую тушу на себя, надеясь, что если кто из мутантов и глядит сейчас на распростертое в пыли тело, то подумает, будто молодой соплеменник залезает под вагон сам.
– Может, его не хватятся, –
Хватились… Плохая примета, как видно, продолжала работать…
Вначале появился горластый седой индивид. Он шлялся между вагоном и земляной стеной и орал что-то невразумительное.
– Кажись, «нашего» паршивца ищет, – предположил Слав.
Седой нео подтвердил его слова, он остановил проходящего мимо соплеменника и довольно внятно спросил:
– Харрга не видал?
– Тут играл, – последовал ответ. – Сын Трурга ему навалял. У него спроси.
– Так. Оставаться здесь больше нельзя, – заговорил Олег Петрович. – Вариантов два: попытаться затаиться в колодце или прорываться в бункер прямо сейчас.
– Я за бункер, – откликнулся Слав. – Если нео в поисках своего полезут под вагон, то и колодец обнаружат. Опять же в туннелях потолочники, а болотника с нами больше нет.
– Среди бела дня в бункер не прорвемся, – возразил Тихий. – Там же полно нео.
– Их я беру на себя, – перебил Олег Петрович. – Устрою заварушку и постараюсь увести за собой как можно больше «обезьян».
– Да куда тут уводить-то? – изумился Тихий.
– В здание вокзала, больше некуда. Постараюсь собрать всех нео внутри.
– Там ведь и своих мутантов битком! Вмиг сомнут.
– Ну, может, и не вмиг, но времени у вас будет в обрез. Так что не мешкайте. Как только «обезьяны», что снаружи, потянутся за мной, тут же рвите к кургану.
Дальше все будет зависеть от наших взломщиков. Если сумеют быстро открыть дверь, укроетесь внутри. Коли повезет, нео вас не заметят. Или решат, что вы ушли через курган. Тогда не торопитесь. Дождитесь ночи и попытайтесь перебраться через стену. Или обратно по туннелю.
– Плохой план, Петрович, – насупился Тихий.
– Есть предложение лучше? – сухо осведомился Ниитьмовский воевода.
– Нет, – Тихий отвел взгляд.
– Петрович, я пойду с вами, – Алёна не спрашивала, она извещала о своем решении.
– Лучше я, – слова слетели с моего языка сами собой.
– Нет, Дан, – Олег Петрович решительно отверг мою кандидатуру. – Ты подсобишь Яшке открыть дверь бункера. Вы с ним оба, как выяснилось, взломщики, а значит, самые ценные бойцы группы. Без вас КВС не взять. И ты, Алёна, в напарники мне не годишься. Ты ранена в руку, а значит, как боец стала неполноценной. Что смотришь? Думала, не замечу? Небось маркитанты у Музея подстрелили, да?
Девушка нехотя кивнула. Она и в самом деле слегка поджимала руку,
– Петрович, ты командир, а стало быть, должен командовать, а не лезть черту в пасть. Нео на себя возьму я, – вызвался Лис.
– Мы вдвоем, – поправил его Слав.
– Нет, я, – возразил ниитьмовец, чьего имени я до сих пор не знал.
– Всё! Тема закрыта. Слушать приказ, – шепот Петровича налился командирским металлом.
И как у него получается? Говорит тихо, но так, что тело само собой по стойке «смирно» встает. Вернее, в нашем случае по стойке «смирно» ложится.
– Отвлекать нео будем вдвоем. Я и… – Взгляд воеводы быстро обежал бойцов и остановился на одном из близнецов: – Елисей, ты. Мы пойдем вдвоем, – он в упор взглянул на Слава и повторил: – Вдвоем. Понятно? А ты остаешься за старшего. Вопросы?
– Нет. – На Слава страшно было смотреть. Он почернел лицом и бросил на брата отчаянный взгляд.
Остальные парни насупились, но тоже спорить не стали. И Алёна промолчала, но губу аж до крови закусила.
«Переживает девчонка, – посочувствовал Лёнька. – Понимает, что Петрович и Лис идут на верную смерть, и винит себя. Небось слова Федора никак забыть не может. О том, что надо было маркитантам вас троих отдать, пожертвовать меньшим. Эта мысль ей сердце жжет… И Слава жаль. Как он без Лиса? Близнецы – одно целое…»
– Выше нос, братишка, – Лис подмигнул Славу. – А то ты будто на похоронах. В смысле, выглядишь как покойник, – пошутил он.
– Ага, веселись-веселись, – Слав с трудом выдавил кривую улыбку. – Зато теперь все три кремлевские барышни-близняшки мне одному достанутся.
– И не надейся. Я вернусь, – Лис скорчил брату дурашливую рожу.
Слав тяжело сглотнул, словно ему горло забил тугой комок, и отвернулся, пряча глаза.
Я попытался снять с себя бронежилет, чтобы отдать его Олегу Петровичу, но он остановил меня:
– Бессмысленно. Кевлар с титаном хороши против пули или ножа. А у нео дубины да копья. Нет, Дан, тебе он нужнее.
Олег Петрович помедлил и пристально посмотрел мне в глаза. Его взгляд был очень странным – в нем скользили надежда и ожидание. Будто ниитьмовец хотел что-то сказать или о чем-то попросить, но в последний момент передумал. Окликнул Лиса:
– Ну что, готов?
Тот сосредоточенно кивнул и обнажил мачете.
Вынырнувшие как чертики из табакерки хомо оказались для нео полнейшим сюрпризом. Вернее, сначала людей заметил лишь один, тот самый седой мутант, который разыскивал Харрга. При виде нежданных гостей он застыл с вытаращенными глазами и разинутой от изумления пастью, и даже не дернулся, когда лезвие мачете одним махом разворотило ему грудь.