Северус
Шрифт:
— Вернон неплохой парень.
— Мне он не нравится.
— Лили, главное, чтобы он нравился Петунье. Твое мнение, конечно, очень важно для сестры, но оно не решающее. Постарайся найти в Верноне положительные качества.
— Это будет сложно, — пробормотала Лили.
— Ну, в Северусе же ты их нашла.
—
Джон тихонько рассмеялся.
— Петунья о Северусе Снейпе еще худшего мнения, чем ты о Верноне, — Лили продолжала сердито смотреть на отца, а тот кивнул в сторону тупика. – Тебя проводить?
— Нет, просто постой здесь, пока я в дом не войду, — попросила Лили отца и решительно направилась к мосту.
Чем ближе она подходила к двери крайнего дома, тем быстрее куда-то испарялась ее решимость, уступая место неуверенности и страху.
— Ты же гриффиндорка, — прошептала девочка. – Чего ты боишься? Не съедят же тебя здесь, — и, протянув руку, Лили собралась постучать.
Дверь открылась до того, как она успела это сделать. На пороге стоял высокий здоровый темноволосый мужчина, а за ним показалась женщина, в которой Лили с трудом узнала Эйлин. Мать Северуса тоже изменилась. С ее лица исчезло затравленное выражение. Волосы были приведены в порядок, а мантия, слегка преобразованная, что придавало ей вид элегантного пальто, выгодно подчеркивала стройную худощавую фигуру женщины. Самое же невероятное заключалось в том, что отец Северуса был трезв, а трезвым Лили его никогда раньше не видела.
Вчерашний вечер закончился тем, что Северус заперся в комнате, желая избежать экзекуции, а Тобиас разрешил Эйлин приготовить зелье, убирающее все следы похмелья, которые оставались неизменными спутниками Снейпа на протяжении последних десяти лет. Затем он, почти не колеблясь, выпил зелье, приглушающее его тягу к спиртному, которое робко предложила ему жена. Он тогда только спросил, почему она не подливала его ему тайком?
— Потому что я, несмотря ни на что, люблю тебя, — вздохнула Эйлин. – А что-то делать тайком – это бесчестно.
Тобиас ничего не ответил, просто залпом выпил предложенное мерзкое на вид, да и на вкус зелье. А ночью они впервые за последние три года занимались любовью.
Северус выполз из комнаты утром. Ему сильно хотелось есть. С мрачным видом он протянул отцу ремень, который Тобиас никак не мог с утра найти.
— Давай быстро только, есть хочется, — произнес Северус, чем вызвал просто гомерический хохот отца.
— Что бы ни говорил твой папаша, — он покосился на безмятежно суетящуюся Эйлин, — а Северус – мой сын.
После завтрака Снейпы решили сходить по магазинам,
Деньги у Снейпов, вопреки мнению окружающих, были. Просто они настолько увязли в личных проблемах, что совершенно не заботились о себе, да и о сыне тоже. Во всяком случае, при покупке безумно дорогой палочки, которая подошла Северусу, Эйлин ненамного облегчила семейный бюджет. Да и Принцы, хоть и вслух отреклись от дочери, тем не менее открыли на ее имя сейф и подкидывали туда золото, которым Эйлин никогда не пользовалась. Она представить не могла, сколько у нее там скопилось за все эти годы, и сейчас был хороший повод это уточнить.
Вчерашние переживания за сына сблизили ставших практически чужими друг другу людей. Мысль о том, что они могли потерять своего единственного ребенка, позволила им переоценить множество привычных нюансов их тусклой жизни. А последующие за возвращением Северуса события заставили Тобиаса собраться. Что бы ни говорила Эйлин, но он чувствовал, что от блондина, которого он вышвырнул из своего дома, можно ждать беды - а значит, нужно было мобилизовать все имеющиеся у него силы, чтобы защитить семью. Инстинкт, который был гораздо сильнее и древнее, чем вся та разгульная жизнь, которую вел Тобиас, не позволял вернуться к бутылке, когда речь шла о жизни его женщины и ребенка.
Когда он открыл дверь, чтобы выйти на улицу, то увидел маленькое прелестное создание с поднятой рукой. Из-под шапки выбивались рыжие кудри, придававшие девчушке совершенно очаровательный вид.
— Ух ты, — вырвалось у него.
— Добрый день, мистер и миссис Снейп, — прощебетала девчушка. – А Северус сейчас дома?
— Дома, — усмехнулся Тобиас, давая Лили пройти. – Он наказан. Ему запрещено выходить из дома, но принимать гостей мы ему не догадались запретить.
С этими словами Снейпы вышли. Дверь закрылась, и Лили осталась стоять в темной мрачной прихожей. Глубоко вздохнув, она стиснула в руке подарок и отправилась искать Северуса.
Глава 14
В последний день каникул Ворону разрешили покинуть дом и пойти прогуляться. До этого замечательного момента он выходил на улицу лишь однажды, чтобы купить новую мантию да несколько маггловских вещей. Все остальное время валет провел под домашним арестом, что претило его деятельной натуре.
Он помогал матери привести дом в порядок, читал и все время искал, чем бы себя занять. Ежедневные визиты Лили стали для Ворона единственным развлечением.
Когда она пришла к нему в первый раз и притащила шахматы, в которые он даже не умел играть, Ворон удивился. Но ему было скучно, поэтому он позволил ей остаться, и они до позднего вечера пытались научиться играть, пользуясь самоучителем и подсказками, часто нелепыми, самих шахмат. Игра Ворону понравилась, она заставляла думать и просчитывать варианты предполагаемых событий. Конфуз заключался в том, что он сам ничего не приготовил в подарок Лили.